Поздравляю!
Знаю, что прямо сейчас ты в замешательстве. Эти русые брови, которые я так обожаю, сведены вместе, а на твоем лице привычный хмурый оскал.
Но все хорошо.
Я ожидала, что ты будешь шокирован. Ожидала, что сначала откажешься. Но ты не можешь. Эта школа твоя мечта с тех пор, как мы были детьми. И раз меня больше нет, чтобы жить своей мечтой рядом с тобой, это не значит, что ты должен пожертвовать своей.
Потому что я хорошо тебя знаю, и также знаю, что в мои последние недели ты будешь избегать всего, чтобы остаться со мной. Я люблю тебя за это больше, чем ты можешь представить. За то, как ты заботишься обо мне, защищаешь... то, как ты обнимаешь меня и нежно целуешь.
Я ничего не могу изменить.
Но я знаю, что твоя любовь принесет в жертву твое будущее.
Я не могу позволить этому случиться. Ты был рожден запечатлеть эти волшебные мгновения, Рун Кристиансен. Я никогда не видела никого настолько талантливого, как ты. Я также никогда не видела, чтобы кто-то так чем-то увлекался. Ты должен сделать это.
Я сделаю все, чтобы это произошло.
В это раз я позабочусь о тебе.
Прежде чем я попрошу тебя посмотреть кое-что еще, ты должен узнать, что это твой папа помог мне собрать твое портфолио, чтобы ты получил место. Он также оплатил твой первый семестр обучения и общежитие. Хоть ты и продолжаешь делать ему больно, он сделал это так самозабвенно, что довел меня до слез. В его глазах было столько гордости, что это сразило меня.
Он любит тебя.
Ты неизмеримо любим.
Теперь, пожалуйста, открой коробку номер два.
Сглотнув изматывающую нервозность, я взял помеченную коробку и вытащил ее, чтобы открыть. Внутри было портфолио. Я пролистывал страницу за страницей. Поппи и папа собрали вместе фото за фото пейзажей, закатов, рассветов. В действительности, это те работы, которыми я больше всего гордился.
Но когда я достиг последней страницы, замер. Поппи. Там была фотография Поппи на пляже со мной пару месяцев назад. Та, где она повернулась ко мне в идеальный момент, позволив мне запечатлеть ее на пленку — фото говорило о ее красоте и грации больше, чем могли сказать слова.
Мое любимое фото всех времен.
Смахнув слезы, я провел пальцами по ее лицу.
Она была идеальной для меня.
Медленно опустив портфолио, я снова поднял письмо и продолжил:
Впечатлен, ха? Ты чрезмерно одарен, Рун. Когда мы отправили твои работы, я знала, что тебя примут. Может, я и не эксперт в искусстве фотографии, но даже я вижу, как ты умеешь запечатлевать моменты, как никто другой. У тебя уникальный стиль.
Такой особенный... такой особенный, каким только может быть.
Последняя фотография моя самая любимая. Не потому что на ней я, а потому что я знаю страсть, которую разожгла эта фотография. В тот день на пляже я увидела, что искра огня внутри тебя снова зажглась.
Это был первый раз, когда я поняла, что с тобой все будет хорошо после моего ухода. Потому что я начала видеть, что Рун, которого я знала и любила, начал прорываться наружу. Мальчик, который проживет жизнь за нас обоих. Мальчик, который сейчас исцелен.
Посмотрев на лицо Поппи, которое смотрела на меня с фото, я не мог ничего поделать и подумал о выставке в НЙ. Должно быть, в тот день она уже знала, что меня приняли.
Затем я подумал о последнем фото. Эстер. Фотография, которая была выставлена меценатом последней. Фото его последней жены, которая умерла слишком молодой. Фотография, которая не изменила мир, но показала женщину, которая изменила его.
Ничто не описывало фотографию, на которую я сейчас смотрел, больше, чем это объяснение. Поппи Личфилд была семнадцатилетней девушкой из маленького городка в Джорджии. Тем не менее, в день, когда я встретил ее, она перевернула мой мир с ног на голову. И даже сейчас, после ее смерти, она все еще изменяет мой мир. Обогащает и наполняет его самоотверженной красотой, с которой невозможно конкурировать.
Снова взяв письмо, я прочитал:
Это подводит меня к последней коробке, Рун. К той, против содержания которой ты будешь противостоять больше всего, но ты должен пройти через это.
Я знаю, что сейчас ты в замешательстве, но прежде чем я отпущу тебя, ты должен кое-что узнать.
Быть любимой тобой было самым большим достижением моей жизни. У меня не было много и достаточно времени с тобой, как я хотела. Но за эти годы, за мои последние месяцы, я узнала, что такое настоящая любовь. Ты показал мне ее. Ты принес улыбки в мое сердце и свет в мою душу.
Но самое лучшее — ты подарил мне свои поцелуи.
Когда я оглядываюсь на последние несколько месяцев с тех пор, как ты вернулся в мою жизнь, я не могу злиться. Я не могу грустить о нашем ограниченном времени. Я не могу печалиться, что не проживу свою жизнь рядом с тобой. Потому что ты был со мной так долго, как тому позволено. И это идеально. Снова быть так отчаянно и интенсивно любимой — этого достаточно.
Но не для тебя. Потому что ты должен быть любим, Рун.
Я знаю, что когда ты узнал о моей болезни, ты страдал, потому что не мог исцелить меня. Спасти меня. Но чем больше я думаю об этом, тем больше верю, что это не ты должен был спасать меня. Скорее всего, я должна была спасти тебя.
Может, после моей смерти, после нашего совместного путешествия, ты нашел свой путь к себе. Самое главное приключение из всех, что у меня были.
Ты прорвался сквозь тьму и нашел свой путь к свету.
И этот свет такой чистый и сильный, что он пронесет тебя через... он приведет тебя к любви.
Когда ты читаешь это, я представляю, что машешь головой. Но, Рун, жизнь коротка. Однако я выучила, что любовь безгранична, а сердце большое.
Поэтому открой свое сердце, Рун. Держи его открытым и позволь себе любить и быть любимым.
Я хочу, чтобы ты открыл следующую коробку через пару секунд. Но сначала я просто хочу поблагодарить тебя.
Спасибо тебе, Рун. Спасибо, что любил меня настолько сильно, что я чувствовала это каждую минуту каждого дня. Спасибо за мои улыбки, твои руки, что так крепко держали меня...
За мои поцелуи. Всю тысячу. Каждый был дорог сердцу. Обожаем.
Как и ты.
Знай, что хоть я и ушла, ты никогда не будешь одиноким. Моя рука всегда будет держать твою.
