— Ты знаешь о нём?
— Конечно, — ухмыльнулась она. — Я навестила его в храме Астарты, когда ещё казалось, что помощь пришла слишком поздно. Я всегда восхищалась им. И довольно сильно побаивалась, — добавила она со смехом.
— Мне рассказал об этом Орикес, но я хотел увидеться с тобой ещё до этого известия. — Ласка недоверчиво покачал головой. — Ты можешь представить меня в роли инквизитора? Нелепая идея.
— Верховный инквизитор — это нечто большее, чем кажется на первый взгляд, — серьезно сказала она. — Его главная задача — прикрывать мне спину. Это то, что ты всегда делал, и лучше тебя никого не найти. Однако это должен быть твой выбор. Но если причина твоего прихода не в этом, тогда в чём?
— Можешь на время забыть о том, что ты Сова и императрица?
— Настолько всё серьёзно? — удивлённо спросила она, затем кивнула. — Если это не представляет явной опасности и не нарушает моей клятвы, то да. Так в чём дело?
— Это касается Марлы.
— Марлы? — с удивлением спросила она. — Я не слышал о ней уже много лет. С тех пор, как ты выставил её за дверь. — Она рассмеялась, увидев взгляд Ласки. — Мне было четырнадцать, и я уже несколько лет жила здесь, в башне. Но никогда не была глупой или слепой! Так что с ней?
— Выслушай меня…
Как бы тяжело ему не было, он почти ничего не упустил. Рассказал даже о прошлом… и том, что должен встретиться с ней в полночь, чтобы отправиться в храм, а также, что она — жрица Безымянного. Что он не знал, сколько времени займет это путешествие и насколько оно будет опасным. Поведал и о своём визите к священникам и заверениях Марлы, что бог хочет помочь своим братьям и сестре. А также, что, возможно, Безымянный может оказаться не таким, как о нём часто думают. Лишь одно он утаил: что она оседлала его и обладает тёмным даром.
Дезина, как всегда, слушала, словно не желая упустить ни слова, и лишь изредка переспрашивала. К тому времени, когда он закончил, у него было такое чувство, будто он бежал, а чай успел остыть.
— Кроме тебя мне некому рассказать, — заключил он. — А мне нужно было с кем-то поделиться.
— Значит она говорит, что Троица готова позволить Лиандре умереть, потому что так для них более удобно. А Безымянный хочет, чтобы ты изменил её судьбу, и она могла продолжить жить. Марла помогает тебе в этом делом. А тебя выбрали, потому что ты веришь в Маму Маэрбеллину, которая тоже богиня?
Он кивнул, и она вздохнула.
— Кому-то другому я бы не поверила, Ласка, — задумчиво сказала она. — Но в то же время это имеет смысл. Скажи Марле, что я желаю видеть её после того, когда вы вернётесь.
— Ты не возражаешь? Тебя не удивляет и не пугает то, что я рассказал тебе о нас с Марлой?
— Во-первых, маленькие девочки часто бывают очень любопытными. Большую часть я уже давно знаю. Во-вторых, мне нравилась Марла, потому что она такая независимая и гордая. В-третьих, я хочу, чтобы маэстра выжила. Я тоже считаю, что у неё должна быть другая судьба. Не хочу, чтобы её трусливо убили.
— Так значит ты не возражаешь?
— Нет, Ласка. Конечно, не возражаю. — Она улыбнулась. — Я доверяю тебе. Скажи, Марла упоминала о мече маэстры в своём видении?
Он покачал головой.
— Только то, что жизни её якобы лишит меч Сольтара.
— Чего генерал Копья себе никогда не простит! Кстати, он меня пугает. Как я узнала ранее, его раны уже затянулись. Но он по-прежнему лежит неподвижно и не шевелится.
— Да пусть хоть проваляется там вечность! — грубо сказал Ласка. — Он уже достаточно напугал меня. Значит, тот факт, что Марла служит Безымянному, тебя не беспокоит?
— Полагаю, это зависит от того, как она это делает. Лучше бы ей не быть наездником душ, — решительно добавила Дезина. — Потому что иначе я не смогу оставить её в живых. Вот почему я хочу увидеть её, когда вы вернетесь. Но я всё же ещё посоветуюсь с братом Джоном. Хоть мне и не нравится роскошь, которой он окружает себя, но я стала ценить его советы. — Затем она зевнула и посмотрела на него, как младшая сестра. — Можно я пойду спать? Я так восхитительно устала!
Глава 28. Поток миров
Старая Энка развязала узел своего льняного мешка и достала маленькую свечу. Жестом она выпустила искру, и фитиль зашипел, затрещал и заискрился из-за воды, которая испарялась.
— Мне не трудно поддерживать свет, — заметила Леандра, и старая Энка кивнула.
— А я и не собиралась использовать её для света. — Она прогнала Бликса взмахом руки. — Освободите немного места, — потребовала она. Это было не так-то просто, остров был недостаточно велик, поэтому он сел, чуть ли не прижавшись к Анлинн. Ведьма произнесла слово, которое странным эхом отозвалось в его ушах, и маленькое пламя изменило цвет на тёмно-красный, стало меньше и перестало мерцать.
— Что…? — начала Лиандра и тут же запнулась. Все почувствовали тепло, исходящее от маленького пламени. — Это магия, а не колдовство! — с энтузиазмом заметила Лиандра. Она была похожа на маленького ребенка, которому хочется хлопать в ладоши от радости. — Вы можете научить меня этому заклинанию? Единственная магия, которую я знаю в этом направлении, может согревает лишь комнату, и здесь просто потерялась бы!
Старая Энка подняла голову и засмеялась, Зиглинда тоже слегка улыбнулась.
— Ты так этого хочешь, дитя? — с усмешкой спросила ведьма. — Тогда у меня есть для вас предложение. Я буду сопровождать вас в течение года и одного дня, помогать в борьбе с мёртвым богом и его приспешниками и научу всему, что знаю сама. А вы, в свою очередь, поможете мне убить моего змея, который покинет болото, когда обнаружит, что барьеры разрушены.
— Не знаю, будет ли у нас ещё для этого время, — задумчиво произнесла Лиандра.
— Я способна помочь во многом, — заметила старая Энка. — В целом это будет вам выгодно. — Она ухмыльнулась. — Что толку от такого мощного дара, если вы даже не можете им правильно пользоваться? — Она указала рукой на голубоватое мерцание под водой. — Если вы перенаправите поток миров, чудовище вырвется из своей тюрьмы и опустошит эту землю. Не думаете, что ваш долг — защитить людей от его ярости? Поскольку змей будет разгневан, что вполне естественно: кто бы не гневался, если бы тысячелетиями был заперт в болоте.
— Если это Бирвайлд, тебе следует сделать именно так, — сказала Зокора, сидящая в стороне. Она снова медитировала, а теперь встала одним плавным движением и аккуратно положила арбалет Вароша на край маленького островка. — Наше воспоминание говорит о змее, настолько огромном, что он способен поглотить всю землю. Нашим хранителям пришлось немало потрудиться, чтобы усмирить это чудовище. Но у них не было такого меча, как этот. — Она кивнула в сторону Лиандры.
— Каменного Сердца? — спросила Лиандра, но Зокора покачала головой.
— Нет. Против змея он не годится. Я имела в виду Ледяного Защитника.
— Мой меч? — удивленно спросила Зиглинда, сидевшая позади Лиандры. Как и тёмная эльфийка, казалось, она не испытывала особых проблем из-за холода; там, где у других губы медленно синели, у неё оставались розовыми.
— Лёд — единственное, что может усмирить Бирвайлда, — пояснила Зокора. — Хоть он когда-то и родился из ледника, и холод не причиняет ему особого вреда, но делает вялым. Заморозь его Ледяным Защитником, и достаточно будет одного удара в нужную точку, и Бирвайлд разлетится на куски.
— Я просто сомневаюсь, что Ледяной Защитник сможет заморозить что-то настолько большое, — с сомнением заметила Зиглинда.
— Это только потому, что ты сомневаешься, — категорически сказала Зокора. — Кроме того, не обязательно замораживать всего змея, достаточно, чтобы голова стала глыбой льда. — Она повернулась и прыгнула в воду головой вперёд, да так ловко, что на воде почти не появилось волн.
— Она стала более разговорчивой, — заметила Лиандра, покачав головой, когда встала, чтобы понаблюдать за погружением с края острова. — Я почти надеялась, что у неё появится привычка рассказывать нам, что она задумала.
