— Я так понимаю, что это все? — спросил Анвар у Виттариуса.
— Ты же его знаешь, — пожал плечами мой несостоявшийся свекор, а я не понимала о чем они.
Все присутствующие хорошо знали друг друга, поэтому общение происходило расслабленно и непринужденно. Друзья поздравляли Анвара и преподносили ему свои небольшие подарки, начиная от сувениров и заканчивая артефактами, а я стояла и смотрела на все это со стороны и внутренне радовалась за этого мужчину. Радовалась тому, что он наконец-то выбрался из своей скорлупы заточения. Я прекрасно понимаю и сопереживаю горю, настигшее его семью, но для него жизнь продолжается и не нужно хоронить себя заживо, ведь жена и сын не одобрили бы такого затянувшегося траура. Естественно, что мы никогда не забудем ушедших за черту родных и близких. Они всегда будут жить в наших душах, сердцах и воспоминаниях.
— Анвар, — окликнула я, когда с подарками друзей было покончено. — Мы с Рианом тоже приготовили тебе небольшой сюрприз, — на моем сыне лежит ответственная часть. Он должен будет парализовать огонь в конце представления.
— Алиссия, вы и так очень много сделали, — улыбнулся мужчина. — Это убранство дома и…
— Анвар! — воскликнула я.
— Все-все молчу, — и он по-отечески мне улыбнулся.
— Риан ты готов, — я обернулась к сыну, который уже сам нетерпеливо переминался с ноги на ногу.
— Мама, давай уже, а я потом подхвачу, — довольно засмеялся он, а я громко хлопнула в ладоши, призывая к тишине и давая знак музыкантам сменить музыку, которая ранее никогда не звучала на Астрее. Мне очень долго пришлось объяснять, что же я от них хочу, но совместными усилиями и репетициями нам удалось прийти к тому результату, которого я и ожидала.
С первыми аккордами в помещении стало темно, но здесь вступает в мой план уличный маг, которого до этого момента никто не видел. Своей магией он осветил помещение, а меня заключил в огненное кольцо. Зал ахнул, не понимая, что же происходит, но мне было не до этого. Я стояла босиком на прохладном полу, опустив голову, приготовившись к первым «па». И вот к первоначальным звукам добавляются нежные ноты-стоны еще одного музыкального инструмента, а это значит пора. На мои пальцы надеты цимбалы, которые я заказала у одного кузнеца и они в ритм музыке издавали мелодичные звуки во время танца. Взмах руки и цимбалы звучат над головой, шаг в сторону вместе с другой рукой, и звук медленно перетекает вниз, сопровождаясь языками пламени. Не знаю, как это выглядело со стороны, но я полностью отдалась движениям, пропуская через себя нежную музыку, которая затрагивала потаенные уголки моей души. Языком тела я пыталась рассказать Анвару, как он дорог для меня, для нас с Рианом, как мы благодарны за его доброту и участие в наших судьбах. В танце я сопереживала его судьбе и говорила, что все будет хорошо и совершенно не заметила еще одно появившееся лицо, которое смотрело на мои движения широко раскрытыми глазами. Я не отводила взгляда от виновника сегодняшнего торжества, поэтому и не видела ошеломленного мужчину, а он не просто наблюдал, он поедал глазами каждое мое движение. Постепенно я танцем выводила присутствующих на улицу, где был самый главный подарок.
Маг огня грел под ногами дорогу, а его огненное кольцо не позволяло стучать зубами. Зима на улице как-никак, но мне было тепло. Сейчас важная часть торжества. Маг огня выпускает фейерверк в ночное небо, озаряя все вокруг, а Риан парализует еще не сгоревшие искорки пламени. Зрелище поистине завораживающее, но все это второстепенно, так как взгляд Анвара сейчас направлен не на фейерверк, не на меня, не на Риана, не на присутствующих друзей, а на одиноко стоявший портрет посредине зимнего двора. Именно застывшие искорки огня сейчас освещали изображение, добавляя картине не просто чуда, а самого настоящего волшебства. Картина перетекала из одного события из жизни графа в другое, начиная от знакомства со своей любимой женой, их свадьбы, рождения сына, успех ребенка и заканчивая счастливым пребыванием в светлой беседке из живых цветов. Анвара на портрете не было, он находился за кадром. В этой беседке его семья останется навсегда живой. Настоящие выразительные улыбки, радостный блеск глаз, мимика лица, движения тела — все это удалось передать Слэю. Он поистине сделал невероятное. И я это вижу. Анвар на негнущихся ногах подошел к портрету и провел по нему рукой, словно прикасаясь к прошлому. На улице стояла оглушающая тишина, музыка больше не звучала, и лишь огонь незаметно взял в кольцо присутствующих здесь людей, чтобы не дать замерзнуть, но это все казалось неважным. Я обвела взглядом присутствующих гостей и наткнулась на горящий агатовый взгляд некроманта. Откуда он здесь? Его глаза изучали меня, следили за каждым моим движением, а я буквально тонула в этом омуте.
— Мам, — меня за руку дернул сын, привлекая к себе внимание. — Пошли скорее в дом, там же еще торт нас дожидается, — ох, уж этот сладкоежка. Я ласково улыбнулась и взъерошила его чернявую шевелюру рукой.
— Ты сегодня молодец, — похвалила я сына. — Отлично справился.
— Да ты тоже, — буднично сказал сын. — А почему ты раньше не танцевала?
— Не было повода, сынок, — я взяла его за руку и направилась в дом, чувствуя на себе пронзительный взгляд опоздавшего гостя.
Мы шли на кухню, где нужно было вставить в торт свечу. Четырехъярусный красавец приехал еще утром, но кроме нас с Рианом и Айлин его никто не видел.
— Я пойду проверю все ли в сборе, — и скрылась за дверью.
Анвар сидел на диване и довольно улыбался. Портрет уже повесили на стене, где его жена и сын сейчас присутствовали рядом, пусть и в переносном смысле. Гости тоже с огромным любопытством рассматривали сей шедевр.
— Алиссия! — меня заметил граф и подойдя, крепко обнял. — Спасибо тебе огромное, ты даже не представляешь, что сделала для меня, — его голос нервно дрожал.
— Анвар, это тебе спасибо за то, что ты есть, — прошептала я на ухо мужчине. — Я безумно счастлива и благодарю судьбу за то, что ты оказался на моем пути…
— Это скорее ты на моем, — улыбнулся он, выпуская меня из объятий.
— Анвар, а у нас еще не все сюрпризы закончились, — подмигнула я виновнику торжества и посмотрела в сторону, где встретилась глазами с некромантом. Он прожигал меня пристальным взглядом, губы были нервно и недовольно поджаты, а руки сжимались и разжимались в кулаки. И что ему не нравиться? Я пожала плечами. Не буду сейчас думать об этом.
— И что это? — поинтересовался он.
— Сейчас узнаешь, — так, можно тушить свет и выносить десерт.
Через пять минут торт въехал в полностью темное помещение, освещая одинокой свечой пространство. Вау, я не думала, что крем будет переливаться от света свечи, но это зрелище фантастично.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
