Читаем без скачивания Порох для крабов - Иван Ермаков

Дотащив прижавшуюся ко мне и обхватившую руками петоводшу до обочины дороги, я поставил её на землю. Что-то она совсем расслабилась, почти заснула. Взбодрив Алёну снежком, кинутым за её шиворот, я поспешил скрыться от разгневанной фурии за рулём внедорожника, который тут уже стоял.

Машину для нас заранее перегнала Тамара, на ней мы начнём перемещаться по городу, а первой точкой маршрута будет Коломенский кремль. Когда севшая на пассажирское сиденье успокоившаяся петоводша, пристегнулась ремнём, я завёл двигатель.

Во время начавшегося движения меня порядком отвлекали действия жены. Где она эту сосульку успела отыскать? Сидя рядом и разглядывая пейзажи и памятники, жена настолько смачно и эротично её посасывала, что у меня кровь отхлынула от мозга.

Едва не устроив ДТП напротив Ильинской церкви, я припарковался на Гранатной улице. Выйдя из салона, чтобы сбить накал либидо, пришлось обтереть лицо снегом. Пока это делал, Алёна осуществила свою месть. Поёживаясь от начавшего таять на коже спины снежка, я пошёл с ней под руку к местной достопримечательности.

---

Сделав вывод, что забор вокруг нашей территории в Уфалее ерунда, и от нашествия монголо-татар и поляко-хохлов совсем не спасёт, я поставил себе галочку. Дешёвая рабсила в виде бамблби позволяла возвести вокруг фабрики куда более мощные фортификационные сооружения. Такие, как в Коломенском кремле будут, "пожалуй", слишком, но и Давлет-Гиреи давно уже не те.

Когда мы осматривали то, что не успели растащить за века на строительные материалы ушлые коломенцы, мне стала понятна мотивация организаторши Кати. На Соборной площади стоял памятник Кириллу и Мефодию. Дамагерше, филологу по образованию, основатели русского алфавита были особенно близки.

Вернувшись обратно к машине, мы поехали дальше. Насчёт подошв я погорячился, хоть интересных мест в городе и была масса, но маршрут наш предполагался простым. Жёлтый навигатор в голове указывал путь к пересечению Арбатской и Покровской улиц. Это было недалеко, так что добрались быстро.

Покинув машину, мы пошли к старому красивому зданию. Когда-то это был флигель старинной купеческой усадьбы Сурановых, а сейчас там был музей "Коломенская пастила", его ещё называли "Музей исчезнувшего века".

Оказавшись внутри, стала понятна мотивация всех остальных жён. Все они были сладкоежками, так что когда Алёна начала закупаться, я только успевал забирать после оплаты коробки с пастилой двадцати шести сортов. Затаривалась петоводша серьёзно.

Закончив очищать прилавки, и перегрузив покупки в машину, я вернулся к жене. Она уже трещала языком с экскурсоводшей, так что начало экскурсии я пропустил. Потом посмотрю по записи с Камеры, установленной на шоколадной переносице петоводши. Увидев меня, девушки прекратили обсуждать гастрономические пристрастия, и повели меня к экспонатам.

---

Узнав много нового о сладких лакомствах, мы поехали на выезд из города. Нам предстояло добраться до села Парфентьево. Преодолев мост через реку Москву, мы быстро добрались до деревянных ворот с большой вывеской "Экодеревушка".

Вот тут мне стала полностью понятно, почему именно Коломна. За воротами, на территории бывшего колхоза, была расположена настоящая крокодиловая ферма. Нильские, сиамские, гребнистые и узкорылые крокодилы. Конечно, в зоопарках Алёна их уже насмотрелась, но здесь можно было их покормить и погладить.

Пока мы шли к зданию, где продавались билеты, то жена постоянно умилялась. Помимо её любимых зубастых пресмыкающихся, здесь было полно других животных. Кролики, козы, куры, лошади и, ёлки-иголки, еноты. Возле последних мы задержались надолго.

Алёна не могла оторваться от полосатых, непрерывно двигающихся зверьков. Валина питомица Таша повзрослев, заматерела и вела себя с достоинством. Делать с собой то, что позволяли себе здешние обитатели она не разрешала. Тискаться и сюсюкаться с Ташей уже было нереально, могла и укусить, и поцарапать, и кусок одежды стырить, чтобы потом постирать.

Отказав Алёне приобрести здесь ещё одного енотика для пары матёрой Таше, я дотащил упирающуюся жену к билетной кассе. Купив нам пропуск на крокодиловую ферму, я прошёл с ней к основным местным аниматорам. В отдельностоящем здании посередине пола были размещёны бассейны, в котором плавали крокодилы.

Посмотрев за их кормёжкой, во время которой эти звери умудрялись выпрыгивать из воды почти целиком, я стал относиться к этим пресмыкающимся иначе. Раньше думал, что они только плавают хорошо, да бегают быстро.

Теперь же надо будет внимательней осуществлять подготовку к Рейдам в Африку и Южную Америку. Когда-нибудь мы обязательно встретимся с этими прыгунами в их естественной среде обитания. Пока Алёна застряла у бассейнов, я осматривал установленные вдоль стен клетки.

Там были игуаны, змеи и прочая экзотика. Даже лисичек увидел, фенеков. Улыбнула табличка о наказании для любителей тактильных ощущений. Тем, кто просовывал в клетку руки, грозил штраф в размере одного пальца.

Обернувшись, чтобы поделиться с женой этим юмором, я вздрогнул. Алёна держала на руках и поглаживала крокодила. Тут одним пальцем не ограничится! Приглядевшись, я расслабился. Пасть у пресмыкающегося была заклеена скотчем. Но петоводшу нужно контролировать пристальней. Совсем безбашенная, ничто её не пугает.

Посмотрим, насколько это распространяется и на других обитателей Экодеревушки. Дождавшись, когда жена освободит недовольного крокодила из своих шоколадных объятий, я повёл её на ещё одну местную ферму. Там разводили насекомых и улиток.

---

Стол в местном ресторане, который организовали для нас жёны, был накрыт в лучших традициях "русской" кухни. Жаренные кузнечики, варёные гусеницы, улиточный паштет и знаменитое эскарго, французское блюдо из улиток с белым сухим вином.

Настоящая русская женщина Алёна лопала всё это пусть и без восторга, но и без брезгливости. Видимо в курганской деревне и не такое едят. Её непрошибаемые нервы дрогнули, только когда она увидела мой подарок.

Сидя в машине, куда мы переместились после того, как утолили голод, я с опаской смотрел на свой пах. Кивающая там головой Алёна явно стремилась меня оштрафовать на манер той таблички на клетках. Из-за её энтузиазма, я начал опасаться за свой телескопический палец. Уж больно энергично она благодарила меня за мой "скромный" презент.

Аксессуар, который я ей подарил, жена из своих рук так и не выпускала. Наверное, боялась что отберут, когда узнала, сколько он стоит. Такую же красную глянцевую крокодиловой кожи с палладиевой фурнитурой сумочку продали в Техасе на аукционе за девяносто пять тысяч долларов.

Мне она досталась бесплатно, просто трофей. Её владелица уже померла на Базе, когда мы депортировали её с Сейшельских остров, сделав паузу между своих рейдов по Сибири. Её бывший муж, уехавший транжирить награбленное в РФ на Запад, которого мы заменили на бамблби, тоже не долго прожил. Умерли