наблюдении. Как он и думал, квартиру никто не посещал долгих семь лет.
Лина выложила на длинный стол принесенные продукты и внимательно их оглядела, затем обратилась к своему «пассажиру»:
«Сможешь мне немного помочь? Я знаю много рецептов, но опыта у меня мало, а хотелось бы угостить их чем-нибудь вкусненьким.»
«Конечно. Только не надейся, что я буду все делать за тебя. Могу подсказывать в процессе,» — откликнулась Астра, — «Ты ни о чем меня не хочешь спросить?»
Лина наконец-то разобралась, как зажечь огонь, и поставила на плиту воду в кастрюле, а затем принялась нарезать овощи.
«Нет. Я не знаю, почему ты лишила меня возможности воспринимать мир там, в ресторане, но раз ты это сделала, значит, правды не скажешь, будут лишь туманные заверения. Так что и спрашивать не о чем. Я не злюсь, не волнуйся. Уже успела привыкнуть к тому, что у всех свои тайны. У меня их не меньше,» — мысленно ответила девушка.
«От меня у тебя тайн нет,» — с толикой вины ответила Астра.
«Очень хорошо, что ты так считаешь. Но я ведь могу просто не думать о том, что собираюсь сделать,» — усмехнувшись, мысленно ответила Лина и сконцентрировалась на готовке.
Благодаря советам Астры ей удалось сварить вполне приятный на вкус грибной суп и запечь в духовке мясо в сливочном соусе. Когда она зашла к друзьям, те резались в какую-то старенькую игру на голопроекторе, расстреливая орды набегающих мутантов. Судя по разговору, их небольшим отрядом руководил опять Солард, обучая неопытного капитана нужным механикам.
Прислонившись к дверному косяку, Лина с мягкой улыбкой за ними понаблюдала. Она сейчас чувствовала себя невероятно мирно. Парни шутили и негромко смеялись, радуясь очередному успеху. А в Ричарде виднелось то, что она в нем замечала исключительно редко. Какая-то светлая меланхолия и искренность, без напускного ехидства. Дождавшись, когда они пройдут уровень и победят босса, Искательница негромко постучала по двери, привлекая внимание.
— Господа, все готово. Садитесь жрать, пожалуйста, — объявила она с широкой улыбкой.
После еды они все вместе отправились смотреть фильм. Обрадованные вкусным ужином, ребята предложили выбрать его Лине, и, конечно же, она остановилась на своем самом любимом, о становлении Розы капитаном Искателя Ветра. Это была не историческая хроника, а образ Розы сделали значительно более героическим. Да и о ее любовных похождениях там умолчали. Лина его обожала. Точнее, его обожала та девочка, личность, жизнь и мечты которой она украла.
Когда кино подходило к концу, а Роза предстала перед злым и безумным генетиком на земле, превращенного в гигантскую лабораторию, летающего острова, Лина заметила, что сидящий справа от нее Солард заснул, опустив голову ей на плечо. Она осторожно переложила его на свои колени и погладила по зеленым, мягким волосам, стараясь не потревожить уставшего альва. Наблюдающий за ней Ричард не ревновал и не высказывал раздражения.
— Кто он для тебя? — тихо спросила блондинка у своего капитана.
— Я человек, который относится к окружающим согласно их возможной ценности. Ничего не могу с этим поделать и, как ребенок, привязываюсь к наиболее полезным из своих игрушек, — пожал плечами солнцеволосый с холодной улыбкой.
— Прекрати мудачить и ответь честно, — строго посмотрела на него Лина, и под ее взглядом парень немного стушевался, отвел глаза и ответил:
— С этим я тоже ничего поделать не могу, но попробую. Сол — твоя противоположность. Если ты моя правая рука, то он левая, — заметив, как изменилось лицо девушки, он пояснил с заметной досадой, — И не ухмыляйся, я не гей, сама знаешь. Я ему верю, понимаешь? Не знаю, как это еще объяснить.
— А я знаю, Ричи, это просто. Он твой друг, — ответила девушка и положила ему голову на плечо.
Они замолчали. Лишь когда зло было повержено, а по поверхности объемной трехмерной голограммы побежали титры, Ричард едва слышно сказал:
— Возможно, ты права. Баррет, тебе здесь нравится?
— Тут тихо, спокойно и немного печально. А еще пахнет тобой, — мирно ответила девушка.
— У тебя нюх как у ищейки. Может, в тебя намешали и собачьи гены? — пошутил Ричард, на что девушка его легонько укусила в плечо, — Я здесь жил два года после смерти матери, до шестнадцати. Скрывался от отца и мира. Разумеется, он все знал, но я думал, что спрятался. Я… Хочу тебе кое в чем признаться.
Девушка подняла голову и вгляделась в серые глаза капитана. Друга. Любовника. Он был спокоен, немного печален и наполнен решительностью:
— На самом деле у меня не было никогда никакого плана. Я семь лет жил по принципу «Отморожу назло отцу уши, чтобы вместо них поставить новые, незамерзающие». Судьба набросала мне неплохие карты, но я вел себя как… Дурак.
Лина положила голову опять на него и потерлась щекой, прежде чем ответить:
— Я знаю. Всегда знала. Уверена, что и Гермес это прекрасно понимал.
— Тогда почему он оставил меня капитаном? — пару мгновений помедлив, спросил Рич.
— Чтобы ты сам смог это осознать, я полагаю. И перестать быть игрушкой судьбы. Ох, и не мне это говорить… — Искательница самоиронично рассмеялась.
— Все еще не хочешь стать моей правой рукой? — спросил парень, обняв девушку за плечи.
— Не сейчас. Сначала мне предстоит кое что сделать, — Лина вновь посмотрела в серые, искренние глаза друга.
А затем они синхронно сказали:
— Я хочу спасти тебя.
— Я хочу спасти тебя.
Оба смущенно отвели взгляд, а затем Ричард осторожно отстранил девушку и поднялся на ноги, кивнув на спящего Сола:
— Ладно, думаю, нам пора на боковую. Подними Соню, а я пока раздвину диван. У меня на завтра для вас еще обширные планы.
— С нетерпением буду ждать, Ричи. Что ты еще учудишь? Сегодня был чудесный день, спасибо, — взяв на руки сладко посапывающего ушастика, ласково откликнулась девушка.
Ховербайк беззвучно летел над пустой ночной скоростной трассой, проложенной между тремя станциями, соединяющими Зууле с другой, ближайшей к ней летающей жабой. Скорость движения мощного, парящего над ухоженной, платной дорогой гравицикла перевалила за двести километров в час, продолжая расти. Лина оглянулась назад на своих преследователей и ухмыльнулась, она неплохо
