в техническом плане. Мы откровенно завидовали ребятам на колесных (буксируемых) орудиях. Там хоть простор и не травишься.
<…>
– Если говорить о механизмах заряжания, то в дивизионе из 18 гаубиц МЗ, по-моему, вообще не работал ни у кого.
<…>
– А как с корректировкой при помощи беспилотников? Они у вас вообще были?
– Ну как нам говорили, есть. Мы же стоим не на самом передке, нам беспилотник не нужен. Его должны запустить там, чтобы увидеть, куда мы стреляем, и дать корректировку.
У нас было так: с нами ездил офицер-корректировщик, он получал данные на свой планшет. Ему присылали координаты и результаты. Координаты шли на буссоль, по ней уже что-то довычислялось и выдавалась поправка.
<…>
– В СМИ неоднократно говорили и кричали о том, что у нас со снарядами проблемы. Что голод, заказываем в Корее. У вас были проблемы со снарядами такого плана, что пехота орет в рацию, надо стрелять, а вам нечем?
– У нас действительно были проблемы, только не со снарядами, а с зарядами. Причём, с дальними. Мы не могли стрелять на полную дальность, приходилось максимально близко ходом подъезжать к позициям и пытаться достать до целей. Хотя по инструкции мы так делать не должны были вообще.
Очень плохо было с дальними зарядами. А ближних навалом было. И снарядов всегда подвозили сколько надо.
<…>
– Техника старая до опускания рук. И это не только у нас, мы же с пехотой общаемся, там тоже просто кошмар порой творится в этом плане. Такое впечатление, что все старье со страны собрали и сюда загнали, чтобы не жалко было, если что.
Я не знаю, кто её сюда притащил и почему, но когда у тебя в самоходке работает только экипаж, нет отопления в мороз, не работает вытяжка, травишься пороховыми газами этими… Бывает так, что день стреляем усиленно, а потом по два-три дня выворачивает наизнанку от газов этих. И ничего тут не сделаешь вообще, чинить надо не в поле.
Вот я не могу сказать, что моя «Акация» она устарелая, нет. Можно стрелять, можно попадать куда надо. Но она старая, старая настолько, что действительно, её не хочет никто ремонтировать и до ума доводить. Выйдет из строя накатник или что ещё – просто бросят. Снимут, что ещё можно снять, и всё на этом.
Вот жаль, что рядом механиков наших нет. Вот порассказали бы про страсти… Они правда, больше механики, чем водители. Нашу самоходку завести – это вообще тот ещё танец с бубнами. С «толкача» дергают друг друга, чтобы выйти на задание. Хоть не глуши, но не глушить просто нельзя. Отстрелял – и в посадку, маскировать, пока «бензопила» не прилетел и не спалил.
У нас был случай вообще зверский: вышли на позицию, отстрелялись, а две машины из шести заглохли и не заводятся! Ощущения, надо сказать… Нам уже валить надо, сейчас запросто ответка полетит, а они не заводятся, хоть ты тресни! И ладно одна, а тут две! Ну и суета, конечно, по полной: цеплять, тащить, а это скорости какие… И бросать никак нельзя, накроют, добьют.
Вообще у нас всех таких одна претензия: где то вооружение, которое по телевизору показывают? Почему нас на таком послали воевать? Ну я вот 1976 г., а самоходка у меня была 1972‑го. Ну мы да, подходим друг другу, конечно…
Почему зарядов дальних нет? Мы на своем старье, которое и так еле пыхтит, чуть ли не к самому передку подбираемся, чтобы достать туда, куда надо. А достать надо, потому что там стоят те, кто наш передок кошмарят. Идем, да. Стреляем»[20].
По данным «Википедии», ВСУ захватили 32 САУ «Акация». Судя по всему, в их число включены и подбитые машины.
Глава 4
152‑мм САУ «Гиацинт-С»
В 1957–1958 гг. Н.С. Хрущёв прекратил работы почти по всем видам артиллерийского вооружения, в том числе по тяжёлой, дальнобойной и самоходной артиллерии. Это, естественно, привело к отставанию отечественной артиллерии от США и других стран НАТО в целом ряде областей. В первую очередь в области самоходных, тяжёлых и дальнобойных орудий.
В США вовремя осознали значение тяжёлых и дальнобойных самоходных артиллерийских систем. В 1961 г. на вооружение были приняты самоходные орудия 105‑мм гаубица М108, 155‑мм гаубица М109, 203‑мм гаубица М110 и 175‑мм пушка М107.
152-мм самоходная пушка 2С5 «Гиацинт». Артиллерийский музей.
(Фото А. Широкорада)
Разработка советского ответа на М107 – 152‑мм самоходной пушки 2С5 «Гиацинт» – была начата в СКБ Пермского машиностроительного завода по приказу Министерства оборонной промышленности № 592 от 27 ноября 1968 г. С самого начала велась разработка пушки в самоходном варианте («Гиацинт-С») и буксируемом («Гиацинт-Б»). Эти орудия имели индекс ГРАУ 2А37 и 2А36 соответственно. Оба варианта имели идентичные баллистику и боеприпасы, которые специально разрабатывались вновь. Взаимозаменяемых с «Гиацинтом» выстрелов в Советской армии не было.
Пермский машиностроительный завод проектировал артиллерийскую часть, Свердловский завод транспортного машиностроения – шасси, а НИМИ – боеприпасы.
В сентябре 1969 г были рассмотрены аванпроекты самоходной артустановки «Гиацинт» в открытом, рубочном и башенном вариантах. Приняли открытый вариант.
8 июня 1970 г. было принято постановление Совета министров СССР № 427–151, санкционировавшее полномасштабные работы по самоходной артиллерийской установке «Гиацинт».
13 апреля 1972 г. были представлены проекты «Гиацинта» в самоходном и буксируемом вариантах.
В марте – апреле 1971 г. были изготовлены две экспериментальные 152‑мм пушки «Гиацинт» (баллистические установки), но из-за отсутствия гильз, не поданных НИМИ, стрельбы из баллистических установок были проведены с сентября 1971 г. по март 1972 г.
Заряжание у пушек 2А37 «Гиацинт-С» и 2А36 «Гиацинт-Б» было раздельно-гильзовое.
20 января 1975 г. постановлением ЦК КПСС и Совета министров СССР № 68–25 самоходная пушка 2С5 «Гиацинт-С» была принята на вооружение Советской армии.
Первоначально САУ «Гиацинт» планировалось вооружить 7,62‑мм пулемётом ПКТ, но в августе 1971 г. было принято решение пулемётную установку снять. Позже её опять установили.
Первые две опытные пушки 2А37 были поданы на Свердловский завод транспортного машиностроения в конце 1972 г.
152-мм самоходная пушка 2С5 «Гиацинт». Вид сзади. Пермь.
Музей истории Мотовилихинских заводов. (Фото А. Широкорада)
Первая установочная партия САУ 2С5 была изготовлена в 1976 г., а с 1977 г. началось серийное производство на Уральском заводе транспортного машиностроения. Изготовлением пушки 2А37 занимался Пермский завод им. Ленина. Производство 2С5 продолжалось вплоть до развала Советского Союза и было остановлено в 1993 г., всего за 17 лет производства было выпущено до 2000 единиц 2С5.
В 1976 г. на базе 2С5 разрабатывался и другой вариант
