мужчина в традиционных одеяниях Ванахейма, а в радиусе пары десятком метров рядом с ним грохотала ярко-синяя молния. Точнее бывший старик сам стал подобием молнии.
Сразу несколько разрядов молнии ударили точно по Кетару, но основная мощь вана пришлась на Анширу и демонов, которые насели на Фьётру. За секунду рядом с девушкой образовалась безопасная зона в виде круга молнии.
Мириада сраных бед! Что ж, предсказуемо. Знать бы еще, кто он такой на самом деле.
«Ранкар, он могущественный метаморф! — выпалила Руна. — Запретная магия ванов. Именно поэтому мы не смогли раскусить его».
Плевать уже как-то. Он помог и ладно.
— Отец⁈ — удивлению Фьётры не было предела. — Что… что вы… тут забыл⁈
Прозвучавшие слова Дурёхи выбили малость из колеи, и я против воли вновь возвратился в реальный мир прямо рядом с лжепроводником и с каким-то непониманием перевел взор с валькирии на бывшего сопровождающего.
Чтоб меня бесы драли! Стоп! Получается всё это время рядом со мной находился её папаша?
— Боюсь, разбойница, вопрос не к месту, — расплылся в отеческой улыбке Алейф, а молния в радиусе пары десятков метров затрещала еще сильнее, когда натиск демонов усилился.
Вот только радость встречи отца и дочери омрачил радостный смех Анширы:
— Так-так-так, кто бы мог представить. Фейлан по прозвищу Пешая Молния. Лучший метаморф Альбарры. Глава побочной ветви Ванахейма. Однако по всем возможностям превосходит свою младшую сестру из основной ветви.
Занятно. Весьма занятно.
— Всего-навсего старый слуга, значит, — колко заметил я, переходя на первичную стадию неистовства, чтобы хоть как-то держать себя в руках. — Ни больше и не меньше.
— Уж простите, чтимый Ранкар, — покаялся тот. — Таков был план. Я не успел тебя поблагодарить. Спасибо, что спас мою разбойницу.
«Разбойницу?»
— Отец, что вы себе позволяете? Вам известны заветы и правила Севера! Я уже не часть клана! — возмущению Дурёхи уже не было предела, но сквозь холодную маску небесной воительницы пробивалось смущение. — Не разрушайте мою репутацию валькирии.
— И спасибо за то, что пощадил Линнею, — добавил ван, не обращая никакого внимания на препирательства дочери. — Она всё-таки моя племянница. Не хотелось бы отправлять её раньше времени на поля Фолькванга. Да и моя разбойница тоже, думаю, тебе благодарна. Как не крути, но они всё-таки сёстры.
Какого причиндала тут происходит⁈ Погодите-ка. Получается, та стерва Линара сестра Дурёхи? Так еще и будущий тесть всегда был под боком. Этого мне еще не хватало.
— Был рад помочь, глава Фейлан, — невозмутимо кивнул я ему, а после обратил взгляд на Натана, который напоминал собой настоящий ходячий факел. — Парни целы?
— Всё в порядке, юный лорд. Не переживайте за них. Боюсь, сейчас переживать стоит нам. Если всё так продолжится, то нас сметут. Против Верховных вы ничего не сможете сделать, да и против Высших тоже вряд ли…
— Много болтаешь, Натан, — сухо отчеканил я.
— Чтимый Глиан прав, если…
Тем не мнее, довести свою речь до конца Пешая Молния не успел, потому как над ристалищем вновь раздался свирепый вопль Анширы, а рядом с ней образовалась пара Верховных и несколько Высших.
— ХВАТИТ ВОЗИТЬСЯ!!! УБИТЬ!!! УБИТЬ ВСЕХ!!! НИКОГО НЕ ОСТАВЛЯТЬ В ЖИВЫХ! — а затем её взор сместился на меня. — НО ТЫ ЩЕНОК БУДЕШЬ ПОДЫХАТЬ ПОСЛЕДНИМ!
Передышка оказалась секундной. Через пару секунд натиск демонов лишь усилился. Фейлан практически сразу вступил в битву с Анширой. Кетар и несколько Высших наступали на Дурёху. Натан же весьма скверно держал оборону против еще одного Верховного. Каждый раз безопасник каким-то чудом спасался от смерти.
Я же не найдя ничего лучше прямо на глазах у нескольких Высших вновь обратился призраком. Сейчас это был единственный верный вариант. Имелось желание рвануть к артефакты в разломе, но прямо сейчас он находился под контролем сразу двух Верховных и более сотни легионеров.
«Я знаю о чем ты думаешь, Ранкар, но не вздумай, — с волнением выдала Альяна. — Ты не осилишь стольких в нынешней ситуации. Даже у твоего безумия должен быть предел. Я не смогу во второй раз использовать смеще».
Понимаю, малышка…
Массовая бойня подскочила к своему апогею. Однако держаться слишком долго против подавляющих сил противника оказалось попросту невозможно. Благодаря Первой Форме и возникшей суматохе на ристалище я успел обезглавить четверых Высших, но затем случилась смерть служителя. Именно она перевернула всё с ног на голову.
Об этом ознаменовал яростный и довольный рык неизвестного Верховного. Первой жертвой стал один из эйнхериев. Через несколько секунд раздался еще один утробный воинственный рык: погиб второй из общей троицы сынов Хеймдалля. Далее же случилась смерть, которая перечеркнула многое, если не всё. Возможно, именно данная гибель болезненно ударила по валькириям и те дрогнули. А когда дрогнули они нечто переменилось и во Фьётре, потому как пала одна из её сестер.
Честно сказать, я не видел как убили Христу, потому как находился слишком далеко от сражения мастодонтов, но визжащий рык какой-то демонессы я расслышал отчетливо, а стоило обернутся на крик, как в руках у инфернальной твари все разом обнаружили обезображенную голову валькирии водяного трезубца.
— ВО СЛАВУ АББАДОНА! — с явным довольством закричала Аншира, довольная увиденным. — СМЕРТЬ СЛУГАМ!!!
Количество сказалось на качестве. Воинство защитников дрогнуло. Всё стало рушится как карточный домик. Через несколько секунд смертельное ранение получила Сигрун, следом за ней пострадала Ингрид. Сейчас обе небесные воительницы выживали лишь благодаря Кралду, который прикрывал их своими барьерами, но нужно было отдать должное второму сыну Видара. Он на равных бился сразу с тремя Верховными.
Я по-прежнему продолжал носится по полю боя в эфемерном состоянии выискивая только Высших. Прямо сейчас я и вправду напоминал настоящего призрака. Телепортируясь из одной точки в другую, я отнимал ту или иную жизнь инфернальной твари. Чувствуя вседозволенность и силу над превосходящими силами противника, я слишком сильно отдался во власть неистовства. Я убивал, убивал и снова убивал. Кровь демонов дурманила и без того расшатанный рассудок. В какой-то миг ярость и Жажда Крови взяли вверх над остатками разума. Проклятое наследие сыграло злую шутку со своим носителем. А глас разума в виде Альяны, которая первой почуяла неладное, заглушился потусторонним шепотом, что находился вне себя от счастья из-за горы трупов.
Однако судьба… судьба сложна штука. Это я осознал в тот самый момент, когда сквозь пелену крови и негативных эмоций до меня донесся наполненный болью и отчаянием
