— Свет, — вскричал он во вес голос, — испепели всех Айз Седай, а заодно и Ранда ал’Тора за то, что втравил меня в эту историю!
Проходивший мимо слуга в черной с золотым шитьем ливрее замер на месте и с беспокойством взглянул на юношу. На подносе слуга нес баночки с мазями и бинты. Поняв, что и Мэт его заметил, слуга вздрогнул.
Мэт кинул золотую монету на поднос:
— Прими от самого большого дурака в мире. Потрать ее как следует — на вино и женщин.
— Бла… годарю, милорд, — запинаясь, пробормотал ошарашенный слуга.
Он так и остался стоять столбом, когда Мэт двинулся дальше. Самый большой дурак в мире. Точнее не скажешь!
Глава 14. Обычаи Майена
Когда за Мэтом закрылась дверь, Перрин покачал головой: да, этот скорее сам себя по голове топором треснет, чем в Двуречье вернется. Разве что по крайней необходимости. Перрину и самому хотелось бы найти такое решение, которое позволило бы ему не возвращаться. Только вот не было такого решения, и с этим неумолимым фактом приходилось смириться. Кажется, вся разница между ним и Мэтом состоит лишь в том, что он, Перрин, готов признать неизбежное.
Он расстегнул ворот рубахи и невольно застонал, хотя старался делать это как можно осторожнее. Все левое плечо представляло собой огромный, уже потемневший кровоподтек. Троллок увернулся от его топора, и только сноровка Фэйли, умело обращавшейся с ножом, уберегла Перрина от куда более страшной раны. Плечо ныло, и умывание доставляло боль, хорошо еще, что холодной воды в Тире хоть залейся.
Перрин уже собрался в дорогу. В седельные сумы он не положил лишь то платье, которое наденет завтра утром. Как только взойдет солнце, он отправится к Лойалу. Нет никакого смысла беспокоить огир сегодня вечером — тот, скорее всего, уже улегся спать. Единственной загвоздкой оставалась Фэйли — он никак не мог решить, что сказать ей. Ведь для нее остаться в Тире было бы безопаснее, чем уехать с ним.
Неожиданно со скрипом отворилась дверь, и на Перрина повеяло ароматом духов. Цветочным ароматом — так мог бы пахнуть вьюнок в жаркую летнюю ночь. Этот томный запах не был сильным, возможно, никто, кроме Перрина, его бы не учуял, но он знал, что Фэйли не стала бы пользоваться такими духами. Однако юноша удивился еще больше, когда в комнату вошла Берелейн.
Она заморгала, ухватившись за дверной косяк, и Перрин понял, что для нее в комнате слишком темно.
— Ты что, собрался куда-то ехать? — неуверенно спросила она.
Свет лампы из коридора падал на фигуру молодой женщины, и трудно было отвести взгляд от такой красавицы.
— Да, достопочтенная леди. — Он отвесил самый галантный поклон, на какой был способен. Фэйли может фыркать по этому поводу, сколько ей угодно, но Перрин не видел причины, почему бы ему не проявить учтивость. — Завтра утром.
— И я тоже. — Она закрыла за собой дверь и скрестила руки на груди. Перрин отвел взгляд и только посматривал на нее краешком глаза, надеясь, что она этого не заметит.
Берелейн как ни в чем не бывало прошла в комнату. Свет единственной свечи отражался в ее темных глазах.
— После того, что случилось… Завтра же я отбываю. Поеду экипажем до Годана, а оттуда отплыву в Майен.
Мне следовало бы отбыть несколькими днями раньше, но я задержалась, надеясь найти верное решение. Только его не было, о чем я могла бы догадаться и раньше. То, что случилось сегодня вечером, убедило меня в этом окончательно. То, как он расправился с ними… все эти молнии, проносившиеся по коридорам. С меня довольно, я уезжаю завтра.
— Достопочтенная леди, — смущенно промолвил Перрин, — а почему вы говорите об этом мне?
Берелейн вскинула голову. Это движение напомнило Перрину одну кобылку, которую ему доводилось подковывать в Эмондовом Лугу. Та, помнится, все норовила ухватить его зубами.
— Чтобы ты передал это Лорду Дракону. Однако непонятно, почему она обращается к нему.
— Вы и сами можете сообщить ему, — сказал Перрин не без раздражения, — а у меня на это времени нет, ведь завтра в дорогу.
— Я… Мне кажется, он не захочет меня видеть. Берелейн была прекрасна, и любому мужчине было бы приятно увидеть ее лишний раз, и она прекрасно это понимала. Перрину показалось, что вначале она собиралась сказать что-то другое. Что же ее так беспокоит? — размышлял юноша. То, что приключилось в покоях Ранда? Или то, как он расправился с Отродьями Тени? Может, и так, но, судя по надменному взгляду, Берелейн не из тех, кого легко напугать.
— Передайте свое послание со служанкой. Я вряд ли увижу Ранда до своего отъезда. Любая служанка отнесет ему записку.
— Лучше, чтобы это сделал ты, друг Лорда Дракона…
— Отдайте свое письмо служанке. Или кому-нибудь из айильцев, — Ты не выполнишь мою просьбу? — недоверчиво спросила она.
— Нет, — отрезал Перрин, — разве вы меня не расслышали?
Берелейн вновь вздернула голову, но уже не так, как в первый раз: правда, Перрин так и не понял, в чем разница. Пристально глядя на юношу, она пробормотала чуть ли не про себя:
— Какие поразительные глаза.
— Что? — машинально отозвался Перрин и вдруг спохватился, что стоит перед ней обнаженный по пояс. Юноша торопливо схватил лежавшую на кровати приготовленную на утро рубаху и натянул ее. — Отдайте свое послание слуге. А я ложусь спать. Завтра мне подыматься ни свет ни заря.
— А куда ты направляешься?
— К себе на родину, в Двуречье. Час поздний, и коли вы тоже собираетесь завтра в дорогу, то и вам не помешает выспаться. А я так устал. — Перрин демонстративно зевнул.
Но Берелейн и не подумала уходить.
— Ты ведь кузнец? — промолвила она. — А мне в Майене как раз нужен кузнец. Я хочу заказать фигурные железные решетки. Может, задержишься у меня, прежде чем отправишься в Двуречье? Думаю, в Майене тебе будет… нескучно.
— Я еду домой, — твердо заявил он, — а вам лучше вернуться в свои покои.
Она слегка пожала плечами, так, что юноша поспешно отвел глаза.
— Ну что ж, — пробормотала она, — не сегодня, так завтра. Я всегда добиваюсь, чего хочу. А хочу я, — Берелейн помедлила, оглядывая Перрина с головы до ног, — заполучить фигурную железную решетку. На окно моей спальни. — Она улыбнулась так невинно, что у Перрина кровь застучала в висках.
Неожиданно дверь открылась и в комнату вошла Фэйли.
— Перрин, — произнесла девушка, — сегодня я была в городе, искала тебя, и до меня дошел слух… — Она осеклась, увидев Берелейн.
Первенствующая не обратила на Фэйли никакого внимания. Подойдя к Перрину вплотную, она игриво пробежала пальцами вверх по его руке к плечу. На миг юноше показалось, что она хочет наклонить его голову и поцеловать. Берелейн и впрямь подняла лицо, но в то же мгновение отступила, ласково погладив Перрина по шее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
