–Лежи и не дёргайся. - Голос Военного сталкера, приглушенный из-за фильтров маски, вновь донёсся до Стекольщика.
Он послушно кивнул, но взгляд его был устремлён теперь уже не на конвоира, а дальше, туда, где скрытый от посторонних глаз, поблёскивал его нож. Только бы добраться до орудия, и всё изменится. Сталкер попытался подняться, но Военный придавил его к земле.
–Не рыпайся, я сказал. - Прохрипел он, и Стекольщик вновь подчинился.
Он ждал, как ждёт затаившийся хищник. Ждал, пока про него вспомнят и поведут на допрос к офицерам, или решат запереть где-нибудь. Вот тогда-то он проявит свой актёрский талант, упадёт на землю, дотянется до ножа. А дальше?…
А дальше всё будет гораздо легче…
–Веди его! - Внезапно раздалось с противоположной стороны двора, и Стекольщик улыбнулся.
Конвоир схватил пленника за плечо и поднял на ноги.
–Пошли. - Проговорил он, и ловко защёлкнул на запястьях пленника браслеты наручников.
Стекольщик чуть было не взвыл от досады. Его гениальный план провалился на стадии осуществления. Не справедливо!
–Шагай. - Вояка толкнул пленника в спину, и тот полетел на землю, словно Военный сталкер от души приложил его кулаком.
Перелетев через спину, Стекольщик схватил с земли нож, и прыгнул в сторону конвоира. Мгновение, и серебристое лезвие ножа ударило противнику в горло. Резко развернувшись ко второму конвоиру, Стекольщик перехватил автомат противника и нажал на курок.
Боец вскрикнул, и в следующий момент получил пулю в затылок. В стекло маски что-то ударило изнутри, и через фильтры воздуховода потекли две струйки крови. Второй военный сообразил, откуда ведётся огонь, и повернулся к Стекольщику, но в руке сталкера уже был выроненный им недавно нож. Он выпрямил руку, и в следующий момент военный сталкер упал на траву, так же, как и я сутки назад.
А между тем автомат в руках беглеца вновь зарокотал, и частый стук затвора внезапно начал приближаться.
Полковник и несколько бойцов метнулись навстречу звукам, и я услышал грохот взрыва. А потом дважды хлопнула штурмовая винтовка Стекольщика, и всё стихло. Но я не надеялся, что он погиб. Сталкер просто выжидал момента.
Я выглянул из-за укрытия, и увидел, как полковник Пилотов и трое бойцов медленно приближаются к стоящим в конце двора штабелям ящиков. А потом я увидел Стекольщика. Патроны в его винтовке закончились, или же "G36" заклинило, но, как бы то ни было, Стекольщик отбросил оружие, и выхватил пистолет Макарова. Против трёх "валов" и "калаша" это оружие, на мой взгляд, было бесполезно. Но Стекольщик стрелял на удивление хорошо.
Перекатившись в сторону, он обхватил рукоять пистолета обеими руками, и трижды нажал на курок. Один их Военных сталкеров схватился за колено, и выронил спецавтомат. Этого Стекольщик и хотел. Он перекатился ещё раз, скрывшись за телами убитых, и выхватил из кобуры мертвеца второй пистолет. Тэтэшник удобно ложился в руку, и как только палец замер на курке, сталкер выпрямился в полный рост. Пистолеты застучали попеременно, и ещё один часовой упал на траву, матеря стрелявшего.
Теперь расклад был в пользу Стекольщика. Он перебежками направился к гаражу, и через мгновение скрылся за его стеной. Ни полковник, ни оставшийся часовой не могли его видеть, но, зато, его видел я. Сталкер упёрся ногами о стену, подтянулся, схватился стянутыми в наручники руками за бетонный блок крыши, и перемахнул через стену. С вышки ударила очередь, но стрелок не добился результата. Серая тень беглеца уже маячила по другую сторону поля.
–Троих убил, и шестерых ранил. - Услышал я из глубины двора голос Пилотова. - Может быть мне кто-нибудь расскажет про этого "Рембо"?А снайпер с Агропрома?
…
Сегодняшний день без сомнения был чертовски тяжел. Рука в месте пореза снова начала ныть, и, вколов себе обезболивающее, я поднялся на крышу.
Говорят, глядя на мир с горной вершины, человек осознаёт, насколько он мал, насколько ничтожен. Примерно то же я ощутил, когда хлопнул стальной люк, закрывающий лаз на крышу, и в лицо мне ударил порыв холодного ветра.
Там, внизу, копошились люди, горели яркие "файры", и валил к небу густой багровый дым. Но всё это разнообразие было никчёмным. Один выброс, и нет никого. Стоило зоне лишь захотеть, и все мы будем мертвы…
Обезболивающее подействовало минуты через три, и я провалился в темноту…
Мне снился сон. Я видел Чернобыльскую зону с высоты птичьего полёта, а потом сорвался в пропасть безграничного, и увидел Припять.
Серые полосы крыш мелькали передо мной почти минуту, а потом внизу что-то щёлкнуло, и в ответ зарокотал автомат, озаряя переулок робким светом пламени, вырывающегося из ствола.
Эпизод резко прервался, и я увидел реку, большую баржу с надваренными поверх бортов заграждениями в форме бойниц. Мой взгляд скользнул выше, и я вновь устремился в полёт.
–Не дай ему открыть. - Прозвенел в голове голос убитого мной мародёра, и я увидел Припять.
Бестелесным духом я несколько мгновений метался по его улицам, и, наконец, оказался в здании кинотеатра, где вокруг выстроенной из книг пирамиды горел огонь.
–Тревога! - Закричал человек, сидящий ближе всех к огню и указал на меня.
Все сидящие вокруг импровизированного костра обернулись. На меня взглянули мёртвые глаза Медведя, Смертника, Лича. Справа от них, привстав с деревянного ящика, стоял убитый мной паренёк. За плечо его держал Стекольщик.
–Тревога!
–Тревога! - Вновь раздался крик, но на этот раз он был более отчётливый.
Я открыл глаза, и поглядел вниз. Во дворе кипел бой. Ночную мглу разрезали трассеры, и первым, на что я обратил внимание, была сторожевая вышка, в которую ударила ракета ЗРК, прочертив в небе огненный след. Башня рухнула, перегородив собой часть двора. Яркое пламя взвилось вверх, и я заметил, как из здания выбегают, один за другим, десятки Военных сталкеров. Некоторые из них тут же падали, срезанные очередями. Но откуда стреляли? Я перевёл взгляд на ворота, и с ужасом понял, что их нет. Тяжелые створки, которые были закрыты бойцами Заречного ещё до расстановки караула, теперь были распахнуты неведомой силой, а из тумана шли люди в разномастной одежде, сжимая в руках калаши и старые пистолеты-пулемёты. Их было не больше полутора десятков, но фактор внезапности сыграл свою роль.
Я в нерешительности стоял на крыше здания, во дворе которого шел бой. Взрывались гранаты, и редкие пушки Гаусса высекали голубоватые лучи. И тут из-за облаков вынырнул вертолёт. Никогда бы не подумал, что так буду рад ему. Зелёная туша вертолёта нависла над крышей, высаживая рядом со мной десант. Вот шестеро бойцов спрыгнули на бетонные плиты. Это были Военные сталкеры. И только один, спрыгнувший последним, как раз перед тем, как вертолёт скрылся из виду, был одет в тёмный плащ.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
