Хелен чувствовала, как внутри закипает гнев. Будь он проклят, он, видимо, совершенно разучился говорить правду.
– Разве им не придется делить вещи? Я имею в виду, он съехал довольно быстро… все его барахло?
– Оно в камере хранения.
– Хорошо. Ну… значит, хорошо отделался. – Не надо думать о нем, не надо расстраиваться из-за него – он больше не имеет к ней отношения. Софи приняла его назад, и это было то, чего она хотела.
Теперь Софи вправе сама решать, верить или нет ее лжи. Но Хелен видела, что его ложь она принимала за чистую монету. Он был таким убедительным, казался таким ранимым, а сам ловко манипулировал людьми. Как он ухитрился выйти сухим из воды? Ответ был простым. Потому что женщины – в том числе она сама – позволили ему это. Они дали ему возможность. Она подумала о том, не открыться ли Софи, сказав: «Хелен – это я», а потом разоблачить все его вранье. Но сама мысль о признании была такой пугающей, что она не знала, с чего начать. Софи, вероятно, подумает, что она решила сыграть с ней дурацкую шутку, или еще, чего доброго, набросится на нее с кулаками – сама ведь когда-то говорила, что хочет убить свою соперницу. Нет смысла влезать в ее жизнь. Они просто выпьют пару бокалов, пожелают друг другу спокойной ночи, и все останется так, как есть. Она свое дело сделала; она поступила, как должно, вернула миру Софи гармонию. Остальное пусть восстанавливают Софи и Мэтью, Если Софи настолько глупа, что позволит ему снова сесть ей на голову, значит, она достойна своей участи.
– Я принесу нам выпить. – Хелен встала. – Что ты хочешь?
И тут Софи сказала такое, отчего коленки у Хелен задрожали и комната начала вращаться перед ее глазами.
– Давай подождем Мэтью. Он будет здесь с минуты на минуту.
Хелен решила, что ослышалась.
– Что?!
– Мэтью сейчас паркует машину. Он зайдет познакомиться с тобой. Он меня подвез, и я захотела, чтобы он познакомился с моей подругой. Он останется только выпить рюмочку, потому что ему нужно забрать девочек от друзей…
Хелен не слышала того, что потом говорила Софи, потому что вся кровь отхлынула от сердца. Она испугалась, что сейчас упадет, и снова плюхнулась на стул.
– О, отлично, – слабо сказала она.
Она пыталась рассуждать логично. Ей нужно выбраться отсюда до того, как он явится. Можно притвориться, что ее тошнит, но это займет слишком много времени, Софи начнет суетиться над ней и не даст ей сбежать. Черт побери. Она в любом случае больше не собиралась видеться с Софи, она может просто притвориться, что ей надо в туалет, а потом сбежать из паба. Она поступит невежливо, зато никто из них не узнает правды или, если они ее узнают, ей никогда не придется с ней столкнуться.
Она снова встала, пошатываясь, и схватила сумочку. Пальто ей придется оставить.
– Схожу в туалет. – Повернувшись, она едва не налетела на Мэтью.
На его лице одновременно отразились гнев, смущение и страх.
– Хелен?!
Она была в ловушке. Она подумала о том, чтобы просто убежать, но ей пришлось бы по пути миновать Мэтью. Софи смотрела на них, ошеломленная.
– Мэтью, это Элинор, моя подруга, о которой я тебе говорила. – Она переводила взгляд с одного на другую. – Вы что, знакомы?
Хелен стояла как громом пораженная, глядя в землю. Она ничего не могла сделать, чтобы спасти себя.
– Элинор? – удивился Мэтью. – Это же Хелен. Хелен не могла посмотреть Софи в лицо.
– Ничего не понимаю, – спокойно сказала Софи. – Элинор, что происходит?
– Что, черт побери, ты тут делаешь? – взревел Мэтью.
Правда начала доходить до Софи.
– Ты ведь не?..
– Я все могу объяснить, – пробормотала Хелен. Мэтью практически толкнул ее на стул в углу. Она была в ловушке, они сидели по обе ее стороны, а перед нею был стол. Несколько других посетителей повернулись к ним, привлеченные криками. Глаза Хелен наполнились слезами.
– Начинай, – сухо приказал Мэтью.
Хелен в первый раз посмотрела на Софи, и выражение ее лица ошарашило ее. Софи больше не сияла; она, словно замкнулась в себе, не желая слышать то, что будет ей сейчас сказано.
– Мне жаль.
– Я жду. – Мэтью проигнорировал ее извинения.
Хелен сделала глубокий вздох и посмотрела на Софи.
– Предполагалось, что ты ничего не узнаешь.
– Что за шутки? – перебил ее Мэтью.
– Мне плохо от того, что я сделала. Я осознала, что Мэтью мне больше не нужен, и я чувствовала себя ужасно оттого, что он бросил семью. – Она посмотрела и увидела, что Софи не отрываясь смотрит на нее в упор. – Я подумала, что я могу помочь вам воссоединиться. Сделать все правильно.
– Так, значит, это твоих рук дело?! Ты… нарочно втерлась ко мне в дружбу, чтобы втоптать меня в грязь? Я доверяла тебе. Я говорила тебе… столько всего! Ах ты, сука!
Софи повысила голос, и люди за другими столиками стали жадно прислушиваться.
– Нет. Я вовсе не стремилась… подружиться с тобой. Мне просто хотелось посмотреть на тебя; я чувствовала себя такой виноватой от того, что произошло, но потом все изменилось, а ты… потом ты мне понравилась. Мы подружились. И мне захотелось восстановить справедливость.
– Что бы ты там ни пыталась сделать, у тебя ничего не вышло. Я хочу вернуть себе Софи, и тебе не удастся встать у нас на пути. – Мэтью практически выплевывал слова.
– Я именно этого и хотела. Чтобы вы с Софи снова были вместе. – Она повернулась и посмотрела на него. – Мне ты не нужен, Мэтью. Когда ты переступил порог моей квартиры, я думала, что мы с тобой уживемся. Не получилось. А потом я поняла, что больше не люблю тебя, но ты был такой жалкий, что я просто не могла тебя выгнать. В общем… ну, я знаю, это была глупая идея…
– Жалкий? Это ты меня умоляла. Упрашивала бросить Софи. А теперь, поняв, что ты мне не нужна, пытаешься разрушить наши отношения. Я никогда не должен был с тобой связываться. Софи права, ты сука. – Он положил свою руку на руку Софи.
Хелен встретила враждебный взгляд Софи.
– А вот сейчас ты говоришь правду. Я действительно сука. Я умоляла его бросить тебя. Раз за разом. Как долго это продолжалось, а, Мэтью?
Мэтью залился яростной краской.
– Шесть месяцев, – холодно сказала Софи.
– Плюс еще три с половиной года, – тихо добавила Хелен, поворачиваясь, чтобы осмотреть Мэтью с головы до ног.
– Не слушай ее.
– Четыре года, Софи. Вот сколько мы с ним встречались. И мне здесь нечем гордиться. Поверь мне, когда я вспоминаю, меня тошнит. Я не собиралась причинять тебе боль; говорю об этом только для того, чтобы ты знала, что он все еще лжет тебе. Он никогда не изменится.
– Она сама лжет, – настаивал Мэтью, но Софи настойчиво смотрела на Хелен. Его они обе не удостоили взглядом.
