Нужно только, чтобы все коммунисты ясно отдавали себе отчет в том, чем является тактика единого фронта и чем она должна быть. Нужно раз навсегда понять, что для Коминтерна тактика единого фронта была и остается только методом агитации среди рабочих, доверяющих еще социал-демократии, а также среди революционно настроенных рабочих вообще (в том числе беспартийных) — методом, приспособленным именно к данной эпохе. И только. Надо раз навсегда распроститься с мыслью о том, что тактика единого фронта есть нечто большее, именно, что она будто бы рассчитана на возможность более или менее длительного союза коммунистов с социал-демократами, союза, долженствующего осуществить в рамках демократии на целый переходный период рабочее правительство и т. п. От этой последней иллюзии, поскольку она еще была кое-где, необходимо отказаться раз навсегда.
Когда мы говорим о революционной агитации, мы, разумеется, не противопоставляем ее задачам революционной организации и борьбы. Одно связано с другим. Тактика единого фронта, разумеется, включает в себя искреннюю готовность коммунистов к совместным действиям с социал-демократами всякий раз, когда эти последние готовы, хотя бы в самых элементарных вопросах, на деле бороться против буржуазии. Врозь идти, вместе бить — мы готовы всегда.
Лозунг «рабочее правительство» (или рабоче-крестьянское правительство) был и остается превосходным агитационным лозунгом. Лучше, чем какой-либо другой, он приспособлен для того, чтобы мобилизовать вокруг коммунизма не только пролетарский авангард, но и те средние слои рабочих, которые еще стоят между нами и соц. — демократами, а при благоприятных условиях — арьергардные слои тяжелой пролетарской пехоты. Но было бы величайшим несчастьем для международного рабочего движения, если бы мы вызвали в рабочем классе иллюзию, будто рабочее (или рабоче-крестьянское) правительство действительно может быть завоевано мирным парламентским путем, в результате соглашения с социал-демократическими вождями. Во всех главнейших странах Европы положение вещей таково, что если бы даже социал-демократы — чего никак нельзя ожидать от них — все, как один, вздумали перейти на сторону рабочих, то и в этом случае мирный исход из кризиса был бы невозможен. Та же социал-демократия в течение ряда лет делала и сделала все возможное и невозможное для того, чтобы укрепить диктатуру буржуазии, которая теперь настолько сильна, что нигде не уступит власть под влиянием мирных «демократических» воздействий. А вместе с тем вожди социал-демократии не только не думают переходить на сторону борющегося пролетариата, но, напротив, с каждым годом становятся все более решительными сторонниками буржуазной контрреволюции и, наконец, докатились до того, что стали крылом фашизма.
Диктатура буржуазии должна быть сменена диктатурой пролетариата, руководимого коммунистической партией, — вот чему должны мы учить рабочих. Систематически, неуклонно, пользуясь каждым подходящим примером, каждым Крупным эпизодом гражданской войны, в особенности такими крупными событиями, как в Германии, Коминтерн должен разъяснять самым широким кругам рабочих, что надежда на какой-то мирный переход к рабочему (или рабоче-крестьянскому) правительству в рамках демократии невозможна. Мы должны объяснить рабочим, что единый фронт всех пролетариев в значительной степени облегчит борьбу и увенчает ее победой, но ни в коем случае не заменит борьбу гладкой, мирной, демократической безболезненной эволюцией. Тактика единого фронта есть тактика революции, а не эволюции. Эта тактика хороша только тем, что она обеспечивает успех революции, а вовсе не тем, что она заменяет ее мирной эволюцией.
Тактика единого фронта, как метод агитации среди широких слоев рабочих, разумеется, приспособлена к определенной эпохе, именно к той эпохе, когда коммунисты почти во всех важнейших странах рабочего движения еще находятся в меньшинстве, когда непосредственных революционных битв пока не происходит. По мере перемены обстановки придется и приходится модифицировать применение тактики единого фронта. Да и теперь в важнейших странах практическое проведение этой тактики должно быть различным. Чтобы взять хотя бы один пример, укажем на то, что модификация тактики единого фронта, намеченная выше для Германии, совсем не подходит в данный момент, например, для Польши. Секции Коминтерна должны научиться под общим контролем Исполнительного Комитета Коминтерна проводить тактику единого фронта применительно к конкретной обстановке в каждой данной стране.
События в Болгарии, Польше и Германии, разыгравшиеся в сентябре — ноябре 1923 года, несомненно, являются началом новой главы в истории международной революции. По мере ток» как борьба будет разгораться и принимать более решающий характер, нам придется еще не раз модифицировать применение тактики единого фронта в отдельных странах. Придет время — оно недалеко, — когда мы увидим громовый крах целых, ныне еще больших социал-демократических партий, когда амстердамские профсоюзы будут целиком переходить на нашу сторону или, упорствуя в своем предательстве, будут лопаться на наших глазах как мыльные пузыри, когда целые слои социал-демократических рабочих будут массами переходить на нашу сторону. Тактика единого фронта приближает этот момент. А когда он наступит, мы должны будем, разумеется, сделать вытекающие из этого тактические выводы.
Отдельные робкие попытки «левых» коммунистов воспользоваться ошибками, имевшими место даже в лучшей из секций Коминтерна — в германской, для того чтобы ликвидировать самую тактику единого фронта, должны встретить решительный отпор. Тактика единого фронта была и остается правильной, несмотря на ошибки, совершенные даже в Германии. Коминтерн не может допустить до того, чтобы вместе с водой из ванны выплеснули и ребенка. Наша задача в том, чтобы на совершаемых ошибках учиться не делать их в дальнейшем, а ни в коем случае не в том, чтобы помножать эти ошибки на новые, еще большие, промахи.
Исполком Коминтерна глубоко уверен в том, что Германская компартия, накопляющая теперь с каждым днем величайший политический опыт, сумеет быстро преодолеть сделанные ошибки и выйти на правильную дорогу.
Исполком Коминтерна считает, что нет никаких оснований для пессимизма в оценке германских событий. Истинные революционеры, настоящие коммунисты не пугаются трудностей, не колеблются при первых поражениях. Задача, стоящая перед Германской компартией, поистине грандиозна. Она, а не кто другой, должна вести в бой 15—20-миллионный германский пролетариат. Бои, которые в ближайшем будущем развернутся в Германии, решат судьбы не только германского, но и всего европейского пролетариата. Коммунисты всего мира с величайшими симпатиями следят за героической борьбой Германокой компартии, которая ведет теперь свою борьбу при режиме белого террора под градом пуль и осыпаемая ударами из-за угла, со стороны предательской социал-демократии. Братская поддержка со стороны Коминтерна в целом и отдельных его секций вполне обеспечена Германской компартии.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
