Прибывшие силы секты превосходили игроков уровнем и в большинстве своём — свирепостью. В течении пары минут половина бессмертных погибла, а оставшаяся часть лишилась почти всех щитов и теперь отчаянно билась за последние метры пространства на стене пуская в ход всё — основное оружие, запасное, кулаки, а отдельные личности даже зубы.
Красный Бык отвёл в сторону удар противника, едва не потеряв при этом собственное оружие. Бес воспользовался шансом и набросился на того с ножом. Бык впервые видел друга, дерущегося с такой яростью. Тифлинг без остановки наносил один удар за другим, рыча что-то неслышимое в окружаемом ужасе. Стоило его противнику упасть, как из-за спины появился новый, уже замахнувшийся свои оружием.
Стрела воткнулась ему в глаз, спасая жизнь тифлингу — подкрепление подошло и ко второй стороне конфликта. В ряды культистов вгрызлись прибывшие наёмники во главе с Науром.
Глава 71
Появление Ночного Леса кардинально поменяло соотношение сил. Закалённые в боях наёмники превосходили игроков во всех аспектах, начиная от подготовки и заканчивая уровнем развития. Первые из них кто поднялся по лестнице быстро вклинились в строй бессмертных и остановили продвижение культистов. Чем больше их поднималось на стену, тем меньший напор могли организовать сектанты. Спустя минуту строй наёмников полностью вытеснил собой бессмертных.
— Ночной Лес! — прокричал Наур, — Наступаем!
По команде наёмники перешли в наступление. Маги и лучники одновременно дали залп по рядам врага впереди. Передовая линия ринулась в появившиеся слабые места. Наёмники действовали слаженно и чётко. Любая брешь в строю противника быстро ширилась. Более-менее организованный строй культистов развалился после первого же серьёзного удара. Ночной Лес начал наступать, прорубая себе дорогу вперёд.
Сильнее всего вперёд выбивался левый фланг: нужно было освободить как можно больше лестниц, чтобы остальная часть армии могла подняться наверх. Армейские отряды у края стены уже выдвинулись к лестницам, чтобы начать подъём и помочь наёмникам наверху.
Касиз стоял в левой части строя и прорубал дорогу вперёд через толпу культистов. Его отряд напирал, желая отбить как можно больше мест для подъёма и растянулся слишком сильно. В паре метров от него строй наёмников прорвали — несколько культистов оказались прямо перед задней линией бойцов Ночного Леса. Касиз успел только проводить взглядом культиста, что с искаженным безумием лицом бросился к одной из лучниц его отряда. Наёмница только выпустила стрелу и не успевала никак защититься.
Культист уже замахнулся для укола в шею, когда на него налетел другой человек. Он опрокинул безумца на землю и незамедлительно атаковал. Бил в шею и лицо пока не убедился, что враг мёртв. Касиз узнал в залитой кровью фигуре Вольного. Оставшиеся в живых бессмертные, что ещё могли сражаться, ринулись в брешь и встретили культистов, дав время наёмникам вернуть строю прежнюю прочность.
— Вы вовремя! — крикнул он подходящему Вольному. Следующая фраза замерла у него в горле, когда он увидел выражение лица бессмертного. Тот подошёл к самому краю стены, проскользнул мимо наёмников там и оказался впереди. Касиз мельком видел, как Вольный сбросил какого-то культиста со стены, что колол щит солдата на лестнице, и тут же переключился на следующего. Очередной скалящийся кровавой улыбкой противник отвлёк Касиза. Когда же мужчина почти отделил ему голову от тела и глянул в прежнем направлении, найти Вольного уже не смог. Там были только поднимающиеся на стену имперские солдаты.
Мрачный Клинок наблюдал за тем как в правой части стены всё больше лестниц работают на полную. Солдаты поднимаются по ним и исчезают за парапетом откуда доносятся звуки напряжённого боя. Его отряд стрелков сделал своё — обстреливал стены прикрывая подъём лестничников. Их секция стены уже была взята, а перебрасывать их в другое место смысла не было: по другим секторам работали армейские лучники и маги, либо наёмники. И те, и другие наголову превосходили бессмертных.
— Что наверх охота?
Женя обернулся на голос и увидел стоящего рядом Крюка.
— Ты же вроде был в отряде лестничников?
— Был, — согласился игрок Дружины, — да только наверху такая мясорубка началась, что шансов у меня не было. Умер едва ступил на стену.
— Ну, вы всё же своё дело сделали.
— Да, и померли все наверняка. Уже больше половина лестничников воскресла. Идём на второй заход. Пойдешь с нами?
— С вами?
— Стрелки-игроки наверху понадобятся не скоро, а ты мечом махать умеешь. Может друга твоего там найдём. Пара ребят видела его на стене. Говорят, что он просто без башки.
— Он вероятно самый нормальный из нас, — Мрачный Клинок вернул свой арбалет в магический инвентарь, — пошли.
— Отлично, — Крюк сделал несколько манипуляций рукой, — Принимай группу и давай за мной.
Крюк повёл его к передним мантелетам, за которыми раньше прятались несущие лестницы игроки. Первая волна игроков — лестничники — сейчас готовились здесь к подъёму на стену. Одевали броню, брали в руки нормальное оружие. Хотя большинство их тех, кто все-таки успел подняться на стену и хоть сколько-то там посражаться, пристраивали поудобнее запасные штурмовые ножи, оказавшиеся самым подходящим оружием в тесной давке.
Многие приветствовали Мрачного Клинка. Он приобрел кое-какую известность в лагере во время своих тренировочных боёв, но по большей части был известен как друг Вольного, что для лестничников теперь было весьма весомым аргументом. Появление Жени оказало воодушевляющий эффект на собравшихся игроков. Через пару минут они начали подниматься.
Женя не отрывал взгляда от кучи тел под стенами, пока поднимался наверх. Здесь звуки битвы становились отчётливее, но к ним прибавились новые, не слышные внизу. Стоны боли, крики раненых и предсмертные слова умирающих, спасти которых не сможет уже и магия. Площадку где не так давно лестничники дрались за каждый метр очистили от трупов — сбросили их со стены — и теперь использовали для оказания помощи раненым.
Эта картина была даже чудовищней, чем битва впереди. Особенно из-за силы некоторых неписей, которые могли выжить просто с невероятными ранами. Женя видел несколько источников магической энергии, отблески заклинаний, что применяли целители над ранеными. Над некоторыми не было уже никого, только раненый солдат или наёмник вся задача которого сводилась к тому чтобы выслушать последнюю волю умирающего.
Игроки всем скопом остановились, проходя мимо наёмника, практически располовиненного от пояса до плеча. Даже если бы целители собрались и кое-как залатали эту рану вместе, оставив этого полуорка инвалидом, то потратили бы на это столько силы, сколько хватило бы на помощь десятку других раненых. Наёмник все ещё держался за жизнь на чистом упрямстве, а его последние слова слушал потерявший руку солдат. Когда он поднял глаза Мрачному Клинку стало не по себе: в них были слишком реальные эмоции.
