Главная тема любого примирения – «изменись ради меня, но считай, что сделала ты это для себя».
Из нас двоих кто-то должен прогнуться. Он не станет. Либо это сделаю я, либо отношения не имеют смысла. Я сама себя довела до ручки, и меня это бесит. Говорит и говорит о моих недостатках, я ему: «На себя посмотри!» – а он: «Я тоже не подарок! Плохой – отпусти!»
Я его люблю! Очень! Поэтому обижаюсь. Он не разу не поблагодарил меня ни за то, что столько времени была рядом, ни за то, что показала, как надо жить.
Приснилось как-то: сижу себе красивая, нарядно одетая посреди пустого дома, на голове каска, а на ней куча навоза. Воняет нестерпимо, но не стекает.
Вот так и в жизни. Я догадываюсь, что именно у меня на голове, но не верю. Жду, пока кто-нибудь выльет сверху кувшин с водой, чтобы я убедилась, что на голове – не повидло.
Не понимаю, что у нас за отношения. Сижу одна дома и каждый раз вздрагиваю от телефонного звонка. Из всех неприятных состояний самое противное – это когда надеешься на что-то хорошее, но ждешь худшего. Так долго продолжаться не может. Вдруг я перегорю? Когда в доме тяжело больной лежачий родственник, через год его близкие уже готовы к смерти и спокойно переносят потерю. Вот и я словно в агонии. Борюсь до последнего, прохожу через унижения, депрессую постоянно. Бессонница, приступы голода вперемешку с яростью, волосы пучками лезут…
Постепенно заползает какой-то тупой холод в душу. Когда-то секс у нас был волшебным, а сейчас он приносит только физическую боль и душевный раздрай. Не хочу прийти к решению, что его следует разлюбить и бросить. Кто-то поборется, найдет другого и уйдет, а я не такая. Пока навоз с каски на меня не польется, не покину поля боя. Увижу, что не повидло с макушки плывет, – умоюсь, переоденусь и больше в атаку не пойду».
Пока женщина называет отношения с любимым полем боя и идет на него в штыковую, вряд ли стоит ждать хорошего. Какая уж тут свадьба? Редко какой мужчина добровольно отправляется в зону боевых действий или в тюрьму, если нет войны или он не рецидивист. Особенно если учесть, что такая война ему светит всю жизнь, от ЗАГСа до могилы.
Переоценка ценностей
Не удержусь, приведу историю. Рассказывает симпатичный, усталый мужчина средних лет:
– Меняются вкусы у человека с возрастом. Представь: мне восемнадцать, читаю Бабеля и тону в тонких вензелях, в бесконечности внятного сюжета. Что ни фраза – то конец жизни, запечатана в небе, как на камне. Теперь читаю только дневники – торопливость конных привалов, кратность перекуров между боями. Бесконечность ужаса составляется из краткости рапирной схватки.
Это в театре играют длинную пьесу, показывают, как герои долго шпагами друг друга ударяют, а у Бабеля – анкор, туше, смерть.
К чему я? Возраст другой.
Я десять лет назад понял, что все женщины одинаковые – топают ногами, просят денег и рожают. У нас с женой за эти годы могло быть шестеро детей, но меня от нее тошнит и на размножение не тянет.
К пятидесяти годам хочется женщину, которую можешь терпеть рядом. Не то чтобы безмолвную, нет, важно, чтобы хорошо говорила. Чтобы в ответ на мое «нет» улыбнулась, а не заорала. Мне достаточно, если она не грызет ногтей, не расчесывает волос над кастрюлей с супом. И красота не особо нужна, важнее ухоженная внешность и не пустая голова.
Вспоминаю, как все начиналось. Я не просился замуж за нее – она просилась. Все влюбленные мужчины хотят дочку. Родилась девочка.
Я сентиментальный и сердечный, всегда всем помогаю, когда могу. Мне их стало жалко. Как они без меня? Женился.
С первых дней брака жена начала кричать на меня. Я отшучивался, а когда услышал – было поздно. Понимает только крик «Заткнись!», больше ничего. Мне снилось, что я ее бью. Мечтал стукнуть, однажды сам себя удержал за руку. Живу дома, а мне худо, горестно, пакостно. В голосе превалируют визгливые интонации, пришлось даже предупредить: «Начнешь оскорблять при дочке – выведу в другую комнату и дам в глаз».
Все деньги отдаю до копейки. Приходится просить на бензин и ремонт машины, а она и этими моими просьбами недовольна. Хвастается мной перед подругами, на людях демонстрирует чувства, а дома кричит, что я испоганил жизнь ей и ребенку.
Влюбился в другую женщину. Я без нее выживу, я без нее король и бог. Но не хочу без нее жить, вот и все! Но никому неинтересны мои переживания. Прошусь на волю, прошу у жены развода… Куда там! Выставляются неподъемные счета, требования, припадки истерические один за другим. И начинает снова вальсировать на самом святом: «У нас общий ребенок, ты подлец!» Дальше – слезы: «Только останься с нами ради дочки!» Назавтра же все по новой. Тысячу раз ей говорил: «Я не обязан быть тебе самым прекрасным мужем. Я не люблю тебя. Но ради ребенка буду стараться».
Решил уйти из дома в день школьного выпускного дочери, а до этого времени буду жить с ними. Жалко дочку, жена с ней тоже общается криком. Затюкает ее, если меня не будет рядом.
Я совестливый человек, честный, правдивый. Когда меня жена спрашивает о чем-то, отвечаю на ее вопросы, а она бесится. Объясняю ей, что даю ей возможность выбора делать что-то и жить, как ей хочется. Не желают женщины ответов на свои вопросы и не слушают никаких аргументов, если сами приняли какое-то решение.
Я люблю своего ребенка, был рад, когда она родилась. Такая веская причина обязывает жить. Разговаривал с нею, она внимательно выслушала и говорит: «Не уходи, папа!» Невозможно выдержать, как она смотрит. Куда же я уйду?
О себе сейчас думать не получится. С такой проблемой сталкиваются многие мужчины, не я один.
Конечно, не позавидуешь. Но ведь не только мужчины страдают от невозможности прожить две жизни, причем обе счастливые. Слабому полу в битве за личное счастье тоже достается. Да еще как. Прочти-ка следующую историю, женскую.
– Мы вместе уже шесть лет, последние полтора года он живет со мной.
Это четвертая размолвка за все время. Он ушел и третий день живет у моего брата.
Я не знаю, нужен ли он мне, мне обидно и горько из-за того, что каждый раз, когда перед ним стоит выбор «мы с сыном» или «она с дочерью», он всегда выбирает не нас.
Едем в магазин с нашим ребенком, а навстречу его жена с дочерью и родственниками. Он, конечно, выходит с ними поздороваться. Мы из приличия идем гулять по магазину, а он звонит и рассказывает, что дочка увидела его, расплакалась и теперь он их домой отвезет и с ними побудет, а нас доставит домой мой брат (он ему уже позвонил).
Я не понимаю, как дальше жить. Шесть лет мне пел, что с женой не спит, а дочке четыре года только что исполнилось. Когда я узнала об этом, то даже говорить не могла – голос пропал от слез.
Он зарабатывает копейки. Когда ко мне пришел, я и одежду ему покупала, и ни на чем не экономила – продукты, поездки, развлечения… Все эти годы сама тащила наш бюджет, я же неплохо зарабатываю. Меня он подарками не баловал, да и не нуждалась я в них. Мне нравилось, как он любил, как был страстен в постели.
Когда его жена узнала, что у меня растет сын, после попреков и скандалов купила мужу машину, созвала большой сабантуй и оставила всех ночевать. Ну и, конечно, он с ней переспал – пьяный, веселый, возбужденный от новой машины да хорошей компании…
Когда он после ее родов приполз ко мне, мы рыдали сутки. Он кричал, что боялся меня потерять, поэтому и молчал, что не настоял на аборте, потому что его и так чувство вины перед ней выедает изнутри. Она много лет не могла забеременеть, а теперь сказала: «Буду рожать». Он жаловался, что не хочет подходить к колыбельке, и, пока жена лежала в роддоме, молился, чтобы она умерла.
Каждый день возвращался ко мне ночевать, умолял, чтобы не смела подумать, что малышка может разрушить наше счастье, клялся, что идет в тот дом, как на каторгу, потому что с грудничком оставить ее не может. У меня самой тогда был полуторагодовалый сын, я все понимала, терпела ни много ни мало еще четыре года.
Однажды говорит: «Мне нужно отвезти их на море!» Спрашиваю: «Почему ИХ, а не НАС?» Пожал плечами и все равно уехал.
Я рыдала, когда прощалась с ним. Мне же все вокруг дудят, что я пустила его в постель и жизнь после этой ситуации с ребенком, а теперешний его отъезд – абсолютный показатель того, что мы с сыном у него на десятом месте.
Приехал из отпуска, прибежал ко мне сразу же: «Все, не могу больше, перехожу к тебе!»
Пришел без ничего. Все оставил там: «Я бросил все ради тебя». Приходил к дочке почти каждый день укладывать спать, исполнял все отцовские обязанности типа купить – прибить, отнести – вынести. Стали они ездить в гости к старым знакомым, друзьям. Я спрашиваю, нормальны ли такие поступки, по его мнению? Отвечает, что супруга не разрешает видеть малышку без ее присутствия, а сидеть с нею в квартире совсем тошно. Она манипулирует им, а он ведется, как бычок на веревочке.
Официально оформлять развод даже не собирается. Живет у меня, говорит: «Я – твой, туда хожу из-за ребенка. Стоим с женой в очереди на квартиру служебную, если разведемся – все рухнет, жилье не достанется даже дочери, я и так все бросил ради тебя, все им оставил.
