– Ну что, рискнем, пока нас тут заживо не замело? – предложила я, отворачиваясь от ветра.
Волосами мне залепило глаза, и я ничего не видела.
– Давай, поехали! – бодро отреагировала Нина.
– Ну, все, я поехала! – закричала я, усевшись на доску, и оттолкнулась в надежде, что понесусь вниз как на крыльях.
Однако доска не сдвинулась с места. Я немного подтолкнула ее вперед. Проехав не более полуметра, доска опять встала намертво.
– Я, наверное, слишком тяжелая! Ничего не получается.
– Не выдумывай, попробуй еще раз! – подбодрила меня Нина.
Я раскачивалась и елозила по песку. Никакого эффекта. Вместо плавного скольжения по склону, я завалилась на бок, потеряв равновесие и создавая вокруг новые барханы.
– Почему у меня не получается? – хныкала я, сойдя с доски у подножия дюны.
– А ты воском намазала? – спросила Нина сверху.
– Не-а, – прокричала я в ответ и в растерянности почесала затылок.
На самом деле я намазала доску, но, может, недостаточно тщательно это сделала и наложила слишком тонкий слой воска. Вымазав весь воск до основания, я опять побрела в гору, но теперь ветер дул мне навстречу, и я смогла одолеть только полпути, прикрываясь доской, как щитом, от колючих иголок песка. Заняв исходную позицию, я приготовилась попробовать еще раз. Небольшой толчок – и я внизу. Не скажу, чтобы у меня захватило дух, но скользить вниз без каких-либо усилий было приятно. Встав на ноги, я улыбалась от уха до уха. Сначала мне казалось, что вообще-то взрослые и даже дети часами катаются на этих горках. Но после всего лишь двух подъемов на гору, я чувствовала себя так, будто пробежала три километра в свинцовых сапогах.
Нина уже вернулась в машину. Дверцу чуть не снесло ураганом, когда я попыталась занять свое место, и мне пришлось преодолеть сопротивление ветра, чтобы закрыть ее. Панель управления замело белоснежным песком за считанные минуты. Песок преследовал нас повсюду.
– Я вся покрыта им, – пожаловалась Нина, высыпая из-под футболки целую горсть песка.
Я отряхнула зеркало и вещи от светлых кристалликов.
– О боже, такое впечатление, что у меня все тело шелушится!
Посмотревшись в зеркало, я обнаружила, что мой блеск для губ сыграл роль клея, и теперь у меня белоснежный сверкающий рот.
– Тьфу, – я сплюнула.
– Зато красиво! – пошутила Нина.
– Просто бриллианты! – поддакнула я.
– Ну что, на обед?
– Умираю от голода.
Когда после стольких километров белого песка мы вы ехали на нормальное шоссе, я была готова кричать от радости. Теперь мы ехали по серпантину трассы 82, и она уводила нас ввысь, все дальше и дальше от равнины песков, в высокие горы, покрытые остроконечными соснами. Это напомнило мне Колорадо. Нам очень хотелось пообедать с привидением гостиницы «Клаудкрафт». В 1900 году рыжеволосая красавица Ребекка, обожавшая любовь и флирт, была убита своим бывшим любовником. С тех пор она регулярно ищет нового ухажера в коридорах этой гостиницы. Вот женщина, достойная преклонения за усердие! Когда мы добрались до гостиницы, то оказалось, что здание на много современнее, чем мы себе представляли. Шикарные дамы в красивых одеждах, увешанные настоящими драгоценностями, потягивали вино и смаковали спаржу. А мы выглядели так, будто сначала нас за ноги протащили через пески, а потом посадили на электрический стул. У меня не было уверенности, что нас вообще согласятся обслуживать в таком виде.
– Мы не можем пойти туда, – сказала я.
– У тебя салфетки для лица и косметичка с собой?
– Как обычно.
– Прекрасно, значит, мы сначала нырнем в туалет и приведем себя в порядок. Все получится, – убеждала меня Нина.
Мы потихоньку прокрались мимо администратора, пересекли холл в готическом стиле и нашли туалет, не испугав по пути никого из местных обитателей. Пока Нина занималась вытряхиванием песка из волос, я отправилась приводить в порядок бриджи.
– Нет! Только не это! – услышала я завывания Нины.
– Что случилось? – Я решила, что она нашла ящерицу в своей гриве. Но все оказалось проще: она испугалась собственного отражения в зеркале, так как ее волосы в несколько раз увеличились в объеме.
– Я похожа на Керен из группы «Бананарама», – возмущалась она своим отражением.
– А как ты умудрилась это сделать? – удивилась я. Та кого эффекта можно достичь, только вылив на себя два пузырька геля.
– Я вытряхивала песок, опустив голову вниз, а теперь никак не могу пригладить волосы, – объяснила она, пред принимая отчаянные усилия по укрощению своих буйных локонов.
В конце концов ей пришлось забрать их в пучок. Моя прическа тоже слегка напоминала взрыв на макаронной фабрике. Но с этим ничего нельзя было поделать. Очищенные от песка, мы выглядели настолько прилично, насколько это возможно, и вполне могли показаться на люди в ярко освещенной солнцем столовой.
– Добрый день, девушки. – Метрдотель вопросительно посмотрел на нас.
– Добрый день. Обед на двоих, пожалуйста.
– Извините, но мы закончили принимать заказы десять минут назад.
Десять минут? Значит, потратив двадцать минут на то, чтобы привести себя в порядок, мы лишили себя обеда!
– А вы не могли бы посоветовать, где можно пообедать?
– Да, конечно.
Ресторан, который рекомендовал метрдотель, вне всяких сомнений намного больше соответствовал нашему внешнему виду, но еду из него я бы не рискнула дать даже собаке. В итоге мне пришлось заполнять свой желудок печеньями из кафе-мороженого, которое находилось неподалеку. Клаудкрафт был приятным городком с очень чистым воздухом, великолепными видами и изящными деревянными домами, но мы почему-то заскучали по своему Говори-правду-или-пожалеешь. Всего лишь за одну ночь и сам городок, и его странные жители запали нам в душу. Я говорила вам, что нашего администратора звали Стакан? Не хочется отрываться от этого забавного городка, но я обещала Нине однодневную поездку в Санта-Фе, где располагалась самая большая коллекция работ Джорджии О'Кифи, включая и самые знаменитые – цветы размером с лист ватмана. Посмотреть эти картины было заветным желанием Нины, у которой дома целую стену занимала репродукция работы О'Кифи «Оранжевые маки».
– Нет, только не это! – вскричала Нина, указывая на очередной контрольно-пропускной пункт.
На этот раз пограничники оказались более строгими. Нас заставили отъехать на обочину, выйти из машины и пройти в маленькую комнату с зеркалами. Я их не виню. У нас не было с собой паспорта, а так как нас еще и песок потрепал, то мы выглядели совсем как нелегальные эмигранты.
– Прости меня. Я больше никогда в жизни не выйду на улицу без паспорта.
