Читаем без скачивания Афины на пути к демократии. VIII–V века до н.э. - Валерий Рафаилович Гущин

454 г. до н. э. – казна морского союза будет перенесена в Афины (Plut. Arist. 25; Per. 12; Diod. XII. 38. 2)[1056]. Очевидно, что ведение военных действий на два фронта становится небезопасным, к тому же после египетской катастрофы на первый план вновь выдвигается борьба с персами.

Вот тогда-то афиняне вновь вспоминают о Кимоне, который понадобился им для того, чтобы заключить мир со Спартой, а также для ведения военных действий против персов. Об обстоятельствах возвращения Кимона мы еще будем говорить в следующем разделе. Здесь же отметим, что, вернувшись из изгнания, Кимон избирается стратегом (возможно, в 451 г. до н. э.) и, заключив 5-летний мир со Спартой, отправляется в свою последнюю морскую экспедицию – на Кипр. Туда, по словам Фукидида, было послано 200 кораблей, 60 из которых направились в Египет (Thuc. I. 112. 5). Подробности последней военной кампании Кимона сообщает Диодор. Он рассказывает, что Кимон захватил Китион и Марион, взяв под контроль море (Diod. XII. 3. 2–3). Однако другие авторы говорят, что Кимон умирает во время неудачной осады Китиона (Thuc. I. 112. 4; Plut. Cim. 19. 1)[1057]. Возможно, что военные действия после смерти Кимона будут остановлены, хотя тот же Диодор рассказ о военных действиях на Кипре дополняет сообщением об осаде Саламина (Diod. XII. 4. 1–3). Лишь после этого, если верить Диодору, между афинянами и персами будет заключен так называемый Каллиев мир (Diod. XII. 4. 4–5)[1058].

Исследователи отмечают, что заключение мира с Персией создавало кризисную ситуацию внутри Афинского морского союза. И действительно, теперь отпадала необходимость в организации, созданной для продолжения борьбы с Персией. Однако афиняне не собирались распускать союз, который эволюционировал в Афинскую архэ. Последнее не могло не вызвать недовольства союзников, не желавших выплачивать взносы в союзную казну[1059].

Несмотря на заключенный мир между Афинами и Спартой, произойдет заочный обмен ударами – так называемая Священная война. Согласно Фукидиду, в 449 г. до н. э. спартанцы поведут военные действия против фокидян. Они отнимут у них контроль над Дельфами и передадут его дельфийцам (Thuc. 1. 112. 5). Но после того, как лакедемоняне удалились, сюда приходят афиняне и вновь передают фокидянам контроль над Дельфами[1060].

Именно в эти годы Перикл превращается в одного из самых влиятельных лидеров Афин – демагога в трактовке Аристотеля (Arist. Ath. Pol. 27. 1). Долгое время ему это не удавалось. В годы Малой Пелопоннесской войны его влияние вряд ли было значительным, хотя он мог быть среди тех, кто предлагал важные политические решения. Об этом мы еще скажем в следующем разделе. А здесь заметим, что в политической жизни Афин этих лет наблюдается своего рода плюрализм. Вернее, политические и идеологические проблемы и разногласия отходят на второй план. На первый план выдвигаются сугубо военные проблемы. Это значит, что наибольшее влияние обретают военные деятели – стратеги, осуществлявшие активную внешнюю политику. Наиболее известные из них – Леократ, Миронид и Толмид. Леократ и Миронид, как мы уже говорили, упоминаются как стратеги во время Платейской битвы (Plut. Arist. 20). О Толмиде Плутарх говорит, что тот пользовался необыкновенным почетом среди граждан (Plut. Per. 18).

Приведенные выше слова Диодора о Мирониде позволяют предположить, что в середине 50-х годов именно он мог быть назван едва ли не самым влиятельным в Афинах. Любопытные ностальгические воспоминания о времени Миронида мы находим и у Аристофана:

В ту пору, когда был еще

Храбрец Миронид могуч,

Никто не посмел бы

Родимой стране служить

И денежки класть в карман.

(Aristoph. Eccl. 302–306, пер. А. Пиотровского)

Популярности Мирониду, по-видимому, добавляли раздачи военной добычи, полученной в результате военных походов. Одна из таких раздач имела место после битвы при Энофитах. Диодор говорит, что, разделив добычу, Миронид обеспечил воинов большими богатствами (Diod. XI. 81. 5). Не исключено, кстати, что подобные раздачи становились обычными после каждого успешного сражения, т. е. к ним могли прибегать и Леократ и Толмид.

У анализируемых нами событий была и другая сторона. Активизация военных действий создавала предпосылки для изменений политического строя – для превращения его в демократию. Об этом рассказывает Аристотель. В «Политике» он замечает, что «в Афинах знатные уменьшились в своем числе после неудачных сухопутных битв, потому что ко времени Лаконской войны в поход выступали по списку» (Arist. Pol. V. 1303 a 8 sqq).

Об этом же, в сущности, он говорит и в «Афинской политии». Рассказывая о времени после реформ Эфиальта, он замечает: «В эту пору как раз произошло такое совпадение, что партия благородных не имела даже вождя (первое место у них занимал Кимон, сын Мильтиада, человек слишком молодой и поздно обратившийся к занятию государственными делами) да, кроме того, большинство их погибло на войне. Надо иметь в виду, что в те времена походные армии составлялись по списку и в полководцы назначали людей хотя и неопытных в военном деле, но пользовавшихся почетом только из-за славы их отцов; поэтому постоянно бывало, что из участников похода до двух или трех тысяч оказывалось убито. Таким образом выбывали лучшие люди и из простого народа, и из числа состоятельных» (Arist. Ath. Pol. 26. 1).

Мы полагаем, что данная ситуация складывается скорее не после похода Ксеркса, как следует из контекста приведенного пассажа, в котором упоминается молодой Кимон, а в результате рассматриваемого нами конфликта Афин и Спарты[1061]. Итогом активизации военной деятельности – в ходе Первой Пелопоннесской войны и особенно в результате египетской катастрофы – стало численное сокращение афинской аристократии, что явится благоприятным фоном для демократизации политического строя.

Другими словами, рассматриваемые события имели не только военное, но и социально-политическое значение. Численное сокращение аристократии А.И. Доватур называет одним из значимых условий последующей демократизации Афин[1062]. Д. Стоктон также считает предоставление зевгитам права избираться на должность архонта прямым следствием физического убывания элиты в результате многочисленных военных кампаний[1063].

Можно предположить, что и выдвижение Перикла на первый план было результатом внутренних социальных изменений и ослабления влияния тех, кто наиболее прославился во время конфликта с Пелопоннесским союзом, в частности Миронида и Толмида. Возможно, наибольшее влияние в середине 40-х годов V в. до н. э. имел Толмид, гибель которого, безусловно, усилила позиции Перикла.

Предыстория этих событий такова. В 447 или начале 446 г. до н. э. в Беотии происходят кардинальные перемены, повлекшие за собой ослабление там позиций Афин. «По прошествии некоторого времени после этого беотийские изгнанники заняли Орхомен, Херонею и некоторые другие пункты Беотии. Афиняне выступили в