Джулиан подошел к ней.
— Ты выглядишь очень усталой, — сказал он, обнимая Труф за плечи.
Сквозь тонкую ткань легкого халата Труф сразу ощутила волнующую близость и теплоту тела Джулиана. Она чувствовала смешанный запах его кожи и одеколона.
— Я не принадлежу к ранним пташкам, — трепетным голосом ответила Труф. Прикосновение Джулиана сводило ее с ума, охватившее поначалу смущение начало исчезать и уступило место желанию. Она мучительно пыталась избавиться от желания прильнуть к Джулиану, ответить на его мягкий и нежный призыв.
Труф почувствовала облегчение, когда в комнату, сгибаясь под тяжестью контейнера, вошли рабочие.
Звуки голосов и грохот разбудили весь дом, и к тому моменту, когда последний контейнер оказался в библиотеке, обитатели Врат Тени были уже на ногах, и только тогда Труф внезапно поняла, почему водитель и сопровождающий так не хотели входить в дом.
— Не хотите ли чашку кофе на дорогу? — предложила Труф рабочим, чувствуя за собой некоторую вину перед ними.
— Единственно, что мы хотим, так это побыстрее убраться отсюда. Так что распишитесь, пожалуйста, — отрезал сопровождающий и снова протянул бланк. Труф взяла его и приготовилась расписываться.
— Может быть, имеет смысл открыть контейнеры и посмотреть, все ли там в сохранности? — невозмутимо произнес Джулиан с угрожающей мягкостью в голосе. Стоящий позади него Карадок хрюкнул.
Джулиан стоял облокотившись о косяк, в руке у него была чашка дымящегося кофе. Пока рабочие бились с грузом, он успел переодеться, теперь на нем вместо халата был великолепный костюм и рубашка с открытым воротом.
Водитель посмотрел на Джулиана с плохо скрытой враждебностью, так собака смотрит на загнавшего ее в угол леопарда.
— Я уверена, что с оборудованием все в порядке, — решила вступиться Труф. — Да даже если там что-нибудь и сломано, на взгляд это все равно не определишь. — Она торопливо расписалась и отдала бланк.
Рабочие неестественно быстро устремились вниз.
— Счастливого пути, — весело крикнул им вслед Джулиан.
— Зачем ты так, Джулиан? — умоляюще произнесла Труф. — Это просто жестоко. — Труф пыталась упрекнуть его, но не могла избавиться от чувства восхищения его ледяным спокойствием и находчивостью. Одновременно она злилась на себя за свою податливость и доступность.
— Хочу признаться, — ответил Джулиан, сделав несколько глотков. — Есть у меня одна слабость — я ненавижу жуликов. А особенно туповатых.
— Каких жуликов? — удивленно спросила Труф. Она ожидала, что Джулиан скажет "хвастунов".
— Сопровождающий не желал делать того, что ты вправе от него ожидать. Он затребовал дополнительную оплату за труд, который входит в его обязанность. В чистом виде вымогательство.
Труф показалось такое объяснение абсолютно логичным.
— Да, ты, наверное, прав, — согласилась она, хотя и не очень охотно.
— Мужчина имеет право делать все то, на что он способен, — произнес Карадок. — Так нас учит Блэкберн.
— Но… — попыталась возразить Труф и тут же запнулась. Начинать философский спор с утра, да еще на голодный желудок было глупо. — Следуя вашей логике, можно сказать, что с таким же успехом рабочие имели право обмануть меня.
— Если бы они смогли сделать это, тогда — пожалуйста. Но они же не смогли.
— Завтрак подан, — провозгласил Карадок, приглашая всех в зал.
Он ушел, оставив Труф и Джулиана наедине. Джулиан улыбнулся.
— Хватит упражняться э софистике, оставим это для иезуитов. Пойдем позавтракаем. Утешимся тем, что мы, слава Богу, проснулись и живы-здоровы. Погода прекрасная, утро у меня совершенно свободно. А чем ты собираешься заняться? — спросил Джулиан, и в голосе его Труф почувствовала приглашение.
Труф вздохнула и многозначительно оглядела стоящие контейнеры.
— Меня призывает долг, — ответила она со смехом. — Хочешь не хочешь, а придется разбирать аппаратуру.
— Ну по крайней мере ты позавтракаешь со мной? Наш кладезь кулинарной премудрости мусью Хоскинс снова блеснул своими выдающимися способностями, — весело сказал Джулиан. — Да, и еще — отдай Гарету ключи, он поставит машину в гараж.
— Не стоит затрудняться, я сама сделаю это после завтрака. — Труф показалось, что она подозрительно быстро ответила. — Мне кое-что нужно взять оттуда. "Нужно поторапливаться, только так я смогу все узнать".
— Прекрасно, — сказал Джулиан. Улыбка на его лице показывала, что он доволен происходящим. — После завтрака Гарет покажет тебе, куда поставить машину.
Труф полагала, что четырех часов сна окажется вполне достаточным для непродолжительной, но продуктивной работы. Завтрак тоже не будет лишним, он поможет снять усталость. Джулиан, видимо, был поклонником завтраков обстоятельных. Усадив Труф за стол, он ушел на кухню и вскоре вернулся с двумя полными тарелками в руках.
Труф заметила, что за столом нет Карадока, хотя именно он так рвался на завтрак и приглашал остальных. "Интересно, куда это он улизнул с утра?" — подумала Труф.
Ей также было любопытно посмотреть на Гарета, точнее, на его щеку. Увидит ли она царапины или другие следы рукоприкладства?
— А вот и мы, — бодро воскликнул Джулиан, ставя на стол тарелки. — Кое-кто из нас на завтрак не ходит никогда, но упорный мистер Хоскинс готовит даже больше, чем требуется.
— Кому ты принес все это, Джулиан? — испуганно попятилась Труф. — Я в жизни никогда столько не ела на завтрак. Она покачала головой, рассматривая тарелку. Омлет, ветчина, фрукты и сдобные булочки.
— Все когда-то приходится начинать, — огорченно произнес Джулиан, беря вилку. — Тело человека — это машина, как и все другие нуждающаяся в горючем.
— У тебя есть поразительный талант все упрощать, — воскликнула Труф.
— А разве ты сама занимаешься не тем же? Как там называется твоя мудреная наука, статистическая парапсихология, что ли? Все зависит от того, что ты знаешь.
"Я знаю, что я почти ничего не знаю. Точнее, не слишком много", — подумала Труф.
Карадок и Гарет вошли вместе. Гарет сразу направился на кухню и через несколько минут вернулся с тарелкой, в которой горкой лежали бутерброды с ветчиной и маслом, намазанные джемом булочки и пирожные. Он уплетал все, непринужденно разговаривая с Карадоком. Труф восхитилась его самообладанием. Она посмотрела на его щеку, но никаких следов пощечины не увидела.
— Когда народ встанет, — сообщил он Труф, прожевывая бутерброды, — я соберу всех, и мы поможем тебе распаковать контейнеры.
— Народ, — пояснил Карадок, — это мы с Гаретом, Хиауорд и Доннер. Эллис не в счет, он сегодня, мягко говоря, не будет иметь возможности оказаться вам полезным.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
