* * *
Ученых больше нет, и мрак объемлет нас,А человек простой в невежестве погряз,
Приметных некогда, как вороные кони,Наставников лишась в годину беззаконий.
И жены и мужи, мы все до одного —Рабы ничтожные для бога своего.
Ему подвластно все: и месяц, и Плеяды,И полная луна, и горные громады,
Звезда Полярная, созвездье Льва, заря,И солнце, и костер, и суша, и моря.
Скажи: «Велик господь, руководитель света!» —Тебя и праведник не упрекнет за это.
О брат, недолго мне терпеть земную боль.У неба испросить прощенья мне дозволь!
Ты скажешь: праведность. Но это только слово,Есть лица, имена — и ничего иного.
Хадисы вымыслил обманщик в старину,Чтоб ради выгоды умы держать в плену.
Взгляни на сонмы звезд. По мне, узоры эти —Судьбою над людьми раскинутые сети.
Дивлюсь: невыносим судьбы железный гнет,Один ее удар сильнейшим спину гнет,
А людям невдомек, что смерть играет ими,Когда горбы могил встают над их родными.
Неправда на земле царит с начала днейИ в ярости казнит мудрейших из людей.
От смерти, Асами, бежать не стоит в горы:Непререкаемы у смерти приговоры.
Четыре составных слились в живую плоть,Одна стремится часть другие побороть;
Здорова плоть, когда в ладу они друг с другом,А несогласье их предшествует недугам.
Наш век и нем и груб; напрасно хочешь тыПонять невнятные сужденья немоты.
Жизнь — полосы ночей, сменяющихся днями:Змея двуцветная, ползущая за нами.
Пред смертью мы в долгу; в определенный часЗаимодавица всегда находит нас.
Из чистого ключа спешит напиться каждыйС тех пор, как в оны дни погиб Кааб от жажды.
И лилии садов, и мирные стада,И стаи хищные равно поит вода.
Когда бы дел своих последствия мы знали,Как воду, кровь тогда мы лили бы едва ли.
Кто сострадателен от первых лет своих,Тот сострадания достойней остальных.
Мы правды не хотим и гневно хмурим брови,Когда нам говорят, что грех у нас в основе.
Адам, я вижу твой поросший шерстью лобИ Еву из числа пятнистых антилоп.
Мы — пища времени. Никто в заботах светаНе плачет над конем разбойного поэта.
Мир в замешательстве, как зверь в морских волнах,Как птица в грозовых кипящих облаках.
Душистый аль-бахар, питомец мирной лени,Шипами защищен от наших покушений.
Жизнь — быстролетный миг, и мало пользы в том,Что колют нас копьем и рубят нас мечом.
В ком сердце черное, тот черен сам и слухаЛишен, тогда как я — всеслышащее ухо.
Ты выпустил стрелу, попала в цель стрела,Зато душа твоя до цели не дошла.
Рок благородного ввергает в море бедствий.Амр матери своей лишился в раннем детстве.
Главою крепости был Самуил-поэт,Она еще стоит, а Самуила нет.
На собеседника Плеяда перст уставит,И смерть ваш разговор прервать его заставит.
Персты шести Плеяд, причастных небесам,О силе божией свидетельствуют нам.
Разумный человек — безумного подобье,Все беды для него судьба готовит в злобе.
В могиле мать и дочь. Коса расплетена,Коса заплетена… Но смерти смерть равна.
Видения весны кромешной белизноюИ дикой чернотой подменит время зноя.
Пересекающий безводные края,Ведущий к смерти путь возненавидел я.
Окрест ни шороха, ни дружественной речи.Мой путь — двуострый меч, всегда готовый к сече.
Зачем же благ земных не делит с бедным тот,Кто вдоволь ест и пьет и в роскоши живет?
* * *
Живу я надеждой на лучшие дни.Надежда советует: «Повремени!»
Душа моя тешится горьким вином,Доколе мне смерть не прикажет: «Идем!»
* * *
Добивается благ только тот, кто привыкИ в горячке держать за зубами язык.
Обернется грехом торопливая речь,А молчанью дано от греха уберечь.
Если низкий вознесся превыше горы,То высокий — посмешище смутной поры.
Ты, что хочешь бежать от невзгод, не спеши!Что ни дом — ни одной беспечальной души,
Нет под кровлями необесчещенных жен,Сын Адама багряным вином опьянен.
Скоро в нищей одежде правитель страныСнидет в царство, где нет ни дворца, ни казны.
* * *
Дочерей обучайте шитью да тканью, а письмуИли чтению внятному их обучать ни к чему.
Сила женских молитв — добродетель и память добра,А Коран не для них: что им Юнус и что Бараа?
Ты певиц из-за полога слышишь, и видит твой взор,Как бездушную ткань сотрясает и морщит позор.
* * *
Уединись! Одинок твой создатель поистине.В дружбе царей не ищи утешительной пристани!
Ищет приятелей бедность, но если их нет,Юноше легче уйти от пороков и бед.
Чтоб вам пропасть, дни глухие и ночи кромешные,Род мой ничтожный, мужчины и женщины грешные!
О, умереть бы младенцу в пеленках, покаОн из сосцов роженицы не пил молока!
Вот он — живет и клянет ее без языка еще:«Много вреда я еще принесу ей, страдающей!»
* * *
Когда в науке нет ни сердцу обороны,Ни помощи уму — пускай умрет ученый!
Судьбы не изменить: ее судил Аллах,И мудрость мудрецов развеялась, как прах.
Не может человек бежать велений бога,От неба и земли отвлечься хоть немного.
По торному пути покорным чередом —Потомки умерших — мы к пращурам идем.
Давно я не дивлюсь тому, что пресыщеньеИ муки голода — в противоположенье.
Стреляю, но врага щадит моя стрела,Зато стрела судьбы мне прямо в грудь вошла.
В побеге лиственном сокрыта кость людская,И кровь от корня вверх течет, не иссякая.
Зло не смыкает глаз и головы сечет,Как предугадывал разумный звездочет.
Растратив золото на щедрые даянья,Великодушие лишается признанья.
Жизнь порождает страх, и люди как во снеЛетят во весь опор у страха на спине.
Проснитесь наконец, обманутые дети!Вы слепо верите лжецам былых столетий.
Корыстолюбие, не знавшее препон,В могилу их свело, и умер их закон.
Они твердили вам, что близок день последний,Что свет кончается, — но это были бредни,
Но это ложь была! Не слушайте речейИзвечной алчностью палимых главарей!
И ближний, как чужак, порой наносит рану.Благоразумие да будет вам в охрану.
Я сердце оградил от радостей земных,Когда увидел смерть в числе врагов своих.
* * *
О земные цари! Вы мечтаете смерть обмануть,Но единым злодейством означили жизненный путь.
Что же истинной доблести вы не спешили навстречу?Даже баловень женский порой устремляется в сечу.
Люди верят, что будет наставник ниспослан судьбой,Чья высокая речь зазвучит над безмолвной толпой.
Не томись в ожиданье, надежду оставь, земножитель!Для тебя твой рассудок — единственный руководитель.
Он во благо тебе, чти его справедливый уставИ в скитаньях своих, и на якорь у пристани став.
Это множество сект для того существует на свете,Чтоб царей и рабов завлекать в хитроумные сети.
Люди чашами пьют наслаждений губительных яд,Ни смиренницы юной, ни гордой жены не щадят,
Как восстания зинджей жестокий главарь или злобныйВождь карматский… Поистине, все на земле им подобны.
Удались от людей, только правду одну говорящий,Ибо правда твоя для внимающих желчи не слаще.
* * *
