Улучив момент, когда они с Антоном оказались на кухне, девушка спросила:
– Зачем ты его ко мне привез?
– Он настаивал, – угрюмо ответил Черный и, уловив удивление в глазах Татьяны, пояснил: – Он сильнее меня. Он читает меня, как открытую книгу. И он видит будущее. Он точно описал твою квартиру. И многое другое. Как я мог ему отказать?
Татьяна несколько мгновений молча стояла, отвернувшись от него, затем вышла из кухни.
В тот вечер они засиделись за полночь. Так что остались ночевать, воспользовавшись любезным приглашением хозяйки. Она сообщила, что утром убежит на работу, так что когда они соберутся уходить, достаточно просто захлопнуть за собой дверь.
Наутро Снежный Волк проснулся напуганным.
– За нами охотятся! – сообщил он Черному за завтраком, который тот приготовил на скорую руку, и сообщил, что во сне осознался в этой же самой комнате. И увидел, как по плотным гардинам, закрывающим окно, ползет точка лазерного прицела. Причем, когда он, испытав во сне сильный испуг, проснулся, точка никуда не исчезла! Он увидел ее вновь, уже в реале.
Это ли было причиной, либо, несмотря на испуг, Алексей уже начал чувствовать себя хозяином положения, однако, позавтракав, он уселся перед компьютером Татьяны и сказал, что хочет немного полазать по чатам. Но Черному надо было ехать, а оставлять Снежного Волка одного в квартире он не собирался. Поэтому спустя десять минут они уже усаживались в машину Черного.
Он подбросил Алексея до станции метро. Они уже подъезжали, когда Снежный Волк, задумчиво глядя в лобовое стекло на протекающую мимо толпу, произнес:
– А ведь это знак, Черный. Я имею в виду лазерную метку в окне. Нам нужно как можно быстрее уехать из Москвы. Так что ты…
Антон остановил машину, развернулся к Алексею и… внезапно увидел Люминоса. Он жил как раз неподалеку от этой станции метро. Черный замер. Что делать? Открыть окно и поздороваться с Люминосом или подождать, когда его окликнет Снежный Волк. О том, что тот никак не отреагирует на Люминоса, у Черного даже мысли не было. Тем более что в данный момент Снежный Волк уставился прямо на него.
– …не затягивай с поездкой в зону, – закончил Алексей, отцепляясь взглядом от Люминоса, будто от обычного прохожего, и поворачиваясь к Черному. – Ты меня понял?
Антон также отвел взгляд от Люминоса и молча кивнул. Сердце у него в этот момент бешено колотилось. Значит, Волк не всесилен! Значит, Снежный может чего-то не увидеть! Значит… у него есть шанс избежать той кабалы, в которую он, Черный, практически уже попал. Или нет?..
В следующие несколько дней Антон приложил максимум усилий, чтобы избежать встречи со Снежным Волком. Даже в чате появлялся максимально редко, подгадывая ко времени, когда вероятность появления там Алексея была минимальной. Но Алексей развил бурную деятельность, втянув в обсуждение предстоящей поездки в зону Баала и Татьяну. Он решил, что они поедут именно в таком составе. Причем на машине Татьяны, поскольку свою машину Черный еще не восстановил после аварии. По асфальту она еще как-то ездила, но покидать на ней город в таком состоянии было не особенно умно. И несмотря на то что его предложения в принципе были разумными, то, каким тоном и в какой форме он их высказывал, породило у Баала резкое неприятие. А у Антона это неприятие только окрепло.
В четверг, когда до поездки, запланированной на пятницу, оставался всего один день, Снежный Волк позвонил Черному и хамски обматерил его, заявив, что ни он, ни Баал ничего не понимают. И что только он знает, что и как нужно делать. Черному же его мат даже несколько поднял настроение. Похоже, его представления о силе Снежного Волка по сравнению с реальностью оказались изрядно преувеличенными.
Антон все это время размышлял над тем, как сообщить Алексею, что принял решение пока не брать его с собой, и чем ему это грозит? Но взвинченность Снежного Волка показывала, что тот теряет контроль над собой и над тем будущим, которое он мог считывать. Либо это будущее разворачивалось неприглядным для него образом. А это означало, что Черный гораздо более свободен в своих действиях. Так что когда он проинформировал Алексея о принятом решении, Антон был уже почти спокоен.
Баала с рюкзаком они подобрали у метро. Несмотря на то, что после разговора с Алексеем у Черного забрезжила некая надежда, единственным предметом разговора, вокруг которого крутились его мысли, все равно был Снежный Волк. И он этим буквально достал обоих спутников. Так что в конце концов Баал не выдержал и пробурчал:
– Слушай, Черный, ты еще хоть о чем-нибудь говорить можешь?
– Что? – не сразу понял тот, а затем слегка смутился. – Извини. Просто сам знаешь… – тут он с усилием заставил себя прерваться и замолчал, но смог выдержать только пять минут, после чего снова повернулся к Баалу и начал: – Слушай, а я думаю, что Снежный…
– Да заглохни ты со своим Снежным! – взорвался Баал. – Дай передохнуть немного. Сам вижу, что это проблема, но уже мочи нет! Перервись, будь ласка!
Черный замолчал. Но поскольку его мысли все равно никуда не могли деться, он снова и снова начал прокручивать в голове всю информацию об этом человеке (существе?), которая была у него на данный момент. И когда уже они ехали через поле к дому, стоявшему практически в центре зоны, Черного внезапно осенило.
– Таня, а что он тебе рассказал по поводу того, как валялся в коме? После чего это произошло?
Татьяна наморщила лоб.
– Ну… после того, как он перебрал дозу кокаина. То есть после ультракокаинового шока.
Черный хмыкнул:
– Странно, а мне он говорил, что впал в кому, после того как сильно разбился, катаясь на сноуборде по снежной целине.
Они с Татьяной удивленно переглянулись, после чего уставились на Баала.
– А мне он ни о какой коме не рассказывал, – отозвался тот, – хотя…
Они начали перебирать разные случаи, о которых было известно всем троим. И тут выяснилось еще множество нестыковок. Так что когда подъезжали к дому, Черный с облегчением откинулся на спинку сиденья. Снежный Волк явно врал. Пока, как стало ясно, по пустякам, по мелочи, непонятно даже зачем. Чтобы лишний раз порисоваться, прихвастнуть, попасть «в тему»? Но кому это было нужно? И как мог так мелочно прибрехивать человек, обладающий ТАКИМИ способностями? Тем более что Седой утверждал, будто сильная магия не прощает лжи. С этим надо было разобраться…
До места они добрались уже практически под утро. Татьяна взяла с собой своего кота Кузю. Тот очень не хотел входить в дом. Шипел, выгибал спинку, но так как все жутко хотели спать, на это никто не обратил внимания. Быстро разгрузились и, переодевшись в полевку, завалились спать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
