Читаем без скачивания 11/22/63 - Стивен Кинг

– Разве у вас нет автомобиля? Или он сломался?

– Для развалюхи автомобиль работает нормально, но Гарри уже его не водить. Вообще больше не водить. В прошлом месяце опять нанимался на эти однодневные работы. Свалился в кювет, а когда вылезал, его сбил самосвал. Сломал ему хребет.

Я закрыл глаза и увидел разбитый пикап Винса, который эвакуатор с автозаправочной станции «Саноко» вез по Главной улице. Увидел запекшуюся кровь на треснувшем лобовом стекле.

– Сожалею о случившемся, миз Темплтон.

– Жить он будет, но ходить больше не сможет. Будет сидеть в инвалидной коляске и ссать в пакет, вот что он будет делать. Но сначала ему придется доехать до Мозеля в кузове пикапа моей мамы. Мы украдем матрас из спальни, чтобы ему было на чем лежать. Все равно что везти собаку в отпуск, да?

Она заплакала.

– Я задолжала аренду за два месяца, но меня это не волнует. Знаешь, что меня волнует, мистер Паддентарю, спросите еще раз, и я повторю? У меня тридцать пять чертовых долларов, и это все. Чертов говнюк Гарри, если бы он тверже стоял на ногах, я бы не оказалась в такой жопе. Я и раньше так думала, но теперь куда хуже!

В трубке послышался долгий всхлип.

– Знаешь что? Почтальон очень уж заглядывается на меня, и я думаю, что за двадцать долларов дам ему на чертовом полу в гостиной. Если эти чертовы соседи, которые живут на другой стороне улицы, не будут смотреть, как мы этим занимаемся. Не могу отвести его в спальню. Там лежит мой чертов муж со сломанной спиной. – С ее губ сорвался смешок. – Знаешь, что я тебе скажу? Почему бы тебе не приехать на твоем клевом кабриолете? Отвези меня в какой-нибудь мотель. Заплати чуть больше, сними двухкомнатный номер. Розетта сможет смотреть телевизор, а ты пока оттрахаешь меня. Судя по всему, с деньгами у тебя все хорошо.

Я промолчал. Потому что в голове мгновением раньше молнией сверкнула идея.

Если эти чертовы соседи, которые живут на другой стороне улицы, не будут смотреть, как мы этим занимаемся.

Существовал человек, за которым, по моему разумению, мне стоило приглядывать. Помимо Освальда. Человек, которого тоже звали Джордж и которому предстояло стать единственным другом Освальда.

Не доверяй ему, написал Эл в своей тетрадке.

– Ты еще здесь, мистер Паддентарю? Нет? Если нет, пошел ты на хер вместе со...

– Не кладите трубку, миз Темплтон. Допустим, я оплачу ваш долг по аренде и добавлю еще сотню баксов? – Я, конечно, основательно переплачивал за ту мелочь, что мне требовалась, но в деньгах не нуждался, в отличие от нее.

– Мистер, за две сотни баксов я трахну тебя на глазах родного отца.

– Вам не придется этого делать, миз Темплтон. От вас потребуется лишь встретиться со мной на автомобильной стоянке в конце улицы. И кое-что мне принести.

Уже стемнело, когда я добрался до автомобильной стоянки у склада «Монтгомери уорд». Температура падала, и начавшийся дождь грозил перейти в мокрый снег. В холмистой местности к югу от Далласа такое случалось, пусть и не часто, но я надеялся, что мне удастся вернуться в Джоди, не соскользнув с проезжей части.

Айви сидела за рулем старого темного седана с проржавевшими порожками и треснувшим задним стеклом. Она пересела в мой «Форд» и тут же наклонилась к вентиляционной решетке обогревателя, работавшего на полную мощность. Куртку ей заменяли две байковые рубашки, и она вся дрожала.

До чего приятно. Этот «шеви» холоднее ведьминой сиськи. Обогреватель сломан. Привез деньги, мистер Паддентарю?

Я протянул ей конверт. Она открыла его и пересчитала двадцатки, которые уже больше года лежали на верхней полке моего стенного шкафа, с тех пор, как я забрал в «Честном платеже» выигрыш по ставке на Мировые серии. Оторвала от сиденья свою объемистую задницу, сунула конверт в задний карман джинсов, потом порылась в нагрудном кармане нижней из байковых рубашек. Достала ключ и положила мне на ладонь.

– Пойдет?

Я полагал, что да.

– Это дубликат, правильно?

– Как ты мне и сказал. Я сделала его в магазине скобяных товаров на Макларен-стрит. Зачем тебе нужен ключ от этого шикарного сортира? За две сотни ты можешь снять его на четыре месяца.

– На то есть причины. Расскажите мне о соседях, которые живут напротив. Тех самых, которые смогли бы наблюдать, как вы и почтальон занимаетесь этим самым на полу в гостиной.

Она поерзала, одернула рубашку на внушительной груди.

– Я просто пошутила.

– Знаю. – Я не знал, да и плевать на это хотел. – Меня интересует, действительно ли соседи могут видеть, что происходит в вашей гостиной.

– Разумеется, могут, и я бы увидела, что творится у них в гостиной, если б не занавески. Я бы тоже их купила, да не на что. Если говорить о личной жизни, мы могли бы жить и на улице. Пожалуй, мне стоило воспользоваться мешковиной, позаимствовав ее оттуда, – Айви указала на мусорные контейнеры у восточной стены склада, – но выглядит она отвратительно.

– Соседи, которые все видят, живут в доме двадцать семь ноль четыре?

– Двадцать семь ноль шесть. Там жил Слайдер Бернетт с семьей, но они уехали сразу после Хэллоуина. Он работал подменяющим клоуном на родео, можешь такое себе представить? Знать не знала, что есть такая работа. Теперь там живет какой-то парень по фамилии Хаззард, двое его детей и, думаю, мать. Розетта с детьми не играет, говорит, они грязные. Удивительно слышать от этой маленькой свинюшки. Старуха пытаемся говорить, но во рту у нее каша. И половина лица не двигается. Не понимаю, чем она может ему помогать, еле передвигается. Если я стану такой, попрошу меня пристрелить. Раз – и все. – Она покачала головой. – Вот что я тебе скажу, долго они здесь не проживут. Никто не задерживается на Седес-етрит. Есть сигарета? Мне пришлось бросить курить. Если не можешь позволить себе четвертак на сигареты, точно знаешь, что ты в полной жопе.

– Я не курю.

Она пожала плечами:

– Подумаешь. Теперь я могу купить себе пачку, да? Я чертовски богата. Ты не женат, так?

– Так.

– Но подруга у тебя есть. На этой стороне пахнет духами. Хорошими.

Я улыбнулся.

– Да, подруга у меня есть.

– Хорошо тебе. Она в курсе, что ты ездишь в Форт-Уорт по ночам и занимаешься здесь хрен знает чем?

Я промолчал, но иногда это красноречивый ответ.

– Не важно. Это ваши дела. Я согрелась, так что могу возвращаться в «шеви». Если завтра будет так же мокро и холодно, не знаю, что нам делать с Гарри в кузове пикапа моей матери. – Она улыбаясь посмотрела на меня. – Девчонкой я думала, что стану как Ким Новак, когда вырасту. Теперь Розетта, она думает, что сможет заменить Дарлен в мышкетерах. В «Хайди-гребаном-хо».

Она уже открыла дверь, но я остановил ее:

– Подождите.

Я очистил карманы – леденцы «Лайф сейверс», бумажная салфетка, коробок спичек (его как-то сунула мне Сейди), вопросы к контрольной, которую я хотел устроить девятиклассникам перед рождественскими каникулами, – и протянул кожаное пальто Айви.

– Возьмите.

– Я не возьму твое чертово пальто! – На ее лице читалось изумление.

– Дома у меня есть еще одно. – Неправда, но я всегда мог его купить, в отличие от нее.

– И что я скажу Гарри? Что нашла его под чертовым капустным листом?

Я улыбнулся.

– Скажете, что оттрахали почтальона и купили на полученные от него деньги. Что он сможет сделать? Будет бегать за вами по подъездной дорожке и лупить?

Она рассмеялась, и этот грубый каркающий смех, как ни странно, ласкал слух. Потом взяла пальто.

– Передайте Розетте мои наилучшие пожелания. Скажите, что мы увидимся с ней в ее снах.

Айви перестала улыбаться.

– Надеюсь, что нет, мистер. Вы ей приснились, но в кошмаре. Она так орала, что дом едва не рухнул. Разбудила меня в два часа ночи, когда я спала как убитая. Сказала, что в автомобиле мужчины, который поймал ее мяч, сидел монстр, и она боялась, что он ее сожрет. Перепугала меня до смерти своими криками.

– У монстра было имя?

Само собой.

– Она сказала, что это джимла. Может, говорила о джинне, как в этих историях об Аладдине и семи вуалях. Ладно, мне надо идти. Береги себя.

– Вы тоже, Айви. Счастливого Рождества.

Вновь каркающий смех.

– Почти что о нем забыла. Тебе тоже. Не забудь купить своей девушке подарок.

Она потрусила к старому автомобилю в моем пальто – теперь ее пальто, – наброшенном на плечи. Я ее больше никогда не видел.

Дождь подмерзал только на мостах, и я знал по другой жизни – в Новой Англии, – где надо соблюдать особую осторожность, но дорога до Джоди все равно выдалась долгой. Я не успел поставить воду на плиту, чтобы выпить чашку чаю, как зазвонил телефон. На этот раз Сейди.

– Я пытаюсь дозвониться до тебя с ужина, чтобы спросить насчет рождественской вечеринки у тренера Бормана. Она начинается в три. Я пойду, если ты согласишься взять меня с собой, потому что тогда мы сможем уйти пораньше. Сказать, что у нас заказан столик в «Седле», или что-то такое. Мне же надо ответить на приглашение.