Наконец Тейт перестала всхлипывать, и вся комната как будто озарилась для него небесным светом, когда, виновато улыбнувшись, она подняла на него свои заплаканные глаза.
— Ты промок. Надо снять это, чтобы высушить. — Она провела ладонью по рубашке, словно пыталась разгладить ее. Даже с красными глазами и розовыми пятнами на лице она казалась ему самой прекрасной женщиной в мире. И самой желанной, конечно.
— Ты прелесть, — пробормотал он, целуя ее. — Мне хочется снять не только рубашку… А ты? Ты лучше чувствуешь себя, освободившись от всего, что тебя мучило?
Она слегка напряглась, прежде чем улыбнуться немного печально в ответ, но все-таки кивнула.
— Да, — сказала она. — Но это еще не все. Думаю, будет лучше, если ты сядешь на диван и выслушаешь все остальное.
Услышав это, он весело поднял бровь.
— Ага, сначала я, значит, должен снять рубашку, а потом ты хочешь видеть меня на диване? — В его глазах загорелся озорной огонек. — Выкладывай побыстрее, цыганка, все, что ты собираешься мне сказать, а то там, — он кивнул в сторону черного кожаного дивана, — там у тебя не будет возможности много говорить.
— О'кей, — сказала она, — но, когда ты рухнешь от потрясения, помни, что я тебя предупреждала. — Ее плечи поднялись от тяжелого вздоха. — Лулу, бывшая проститутка, которая взяла меня к себе, когда умерла моя мать, теперь сама умирает от СПИДа. У нее есть четырехлетняя дочь, и она хочет, чтобы я стала ее законной опекуншей.
Татум видела, как удивление, потрясение, недоверчивость промелькнули на лице Джейса. В какое-то мгновение он даже физически вздрогнул от ее слов. Но в следующий момент он полностью овладел собой и с любящей, понимающей и ласковой улыбкой взглянул на нее.
— Как видишь, я не рухнул. Но все равно, чем стоять, предпочту взгромоздиться с тобой на этот диван, так что…
Он решительно сгреб ее в свои объятия и сел, держа, как ребенка, на руках. Глядя снизу вверх на его милое, улыбающееся лицо, Тейт с замиранием сердца думала, какой он замечательный человек.
— Ты… не потрясен?.. Значит, ты бы не возражал, если я соглашусь на это?
— А почему бы и нет, — с готовностью дернул плечами он. — Я поддерживаю этот проект.
— Но я не сказала… Я не дала еще полного согласия, — призналась она, стыдясь того, что не заслуживала того высокого мнения, которое имел о ней Джейс. — В сущности, я просто обязана сделать это для Лулу, но… но пока что я согласилась всего-навсего повидать малышку, встретиться с ней в январе.
Джейс нахмурился.
— Зачем ждать до января?
— Ну… Ну, просто потому, что они живут в Уогге и не смогут до этого времени…
— Глупая причина! — И пересадив ее со своих колен на диван, он подошел к телефону. — Дружище, — сказал он, нажав кнопку, соединявшую его с Тагом, — ты продержишься в одиночку до вечера и завтра весь день? Мы с Тейт собираемся слетать в Уоггу.
— Что?! — вскочила на ноги Тейт.
Реакция Тага была, по-видимому, сходной, потому что Джейс отчеканил в трубку:
— Я сказал, что мы вылетаем в Уоггу первым же рейсом. Там есть женщина, которая помогла Тейт в тяжелое время. — Обернувшись, он бросил ей взгляд, который расплавил ее сердце. — Мне нужно повидать эту женщину и поблагодарить за все. Пока. — И повесил трубку.
— Джейс, — сказала она в полной растерянности, — ты ведь даже не выслушал всю историю.
В ответ он весело подмигнул ей.
— Оставь ее для самолета, цыганка. А сейчас идем.
Выбора у нее не было, потому что он уже заказывал по телефону билеты на ближайший рейс. И с этого момента все смешалось в лихорадочном вихре чувств и суете подготовки к полету.
А спустя несколько часов, Тейт стояла, нервно держа руку Джейса в своей руке, на веранде уютного маленького коттеджика в сельской местности Нового Южного Уэльса, ожидая, когда Лулу ответит на звонок в дверь. Когда дверь открылась, и на пороге встала Лулу, ее непросто было узнать.
Она была в джинсах и в застиранной рубашке-безрукавке, но удивительнее всего было то, что впервые в жизни Тейт увидела ее лицо без грима. Глаза Лулу сделались круглыми от изумления, когда она увидела на пороге у себя Тейт.
— Э… привет, Лу! Наверное, мне следовало позвонить, но… — Она остановилась, а Лулу перевела удивленный взгляд с нее на Джейса и опять на нее. — О, это Джейс. Джейс Бентон. Он мой… э… мой… ммм… партнер.
— Партнер? Это Таг мой партнер, — пробормотал он, улыбаясь ей, прежде чем обратиться с одной из самых обаятельных своих улыбок к Лулу. — Тейт хотела сказать… В общем, я буду тоже вместе с ней опекуном вашей дочери. Разумеется, если у вас нет возражений, — прибавил он.
Слезы наполнили глаза Лулу, когда она покачала головой.
— Я бы доверила выбору Тейт свою жизнь. И доверяю жизнь моей дочери. — Она протянула руку. — Я очень рада вас видеть, Джейс Бентон. Чертовски рада, поверьте!..
И вслед за этим она сделала несвойственную ей и неожиданную для Тейт вещь — бурно, навзрыд разразилась слезами.
ГЛАВА 21
Рождество 1995 года
На другое утро Джейс сидел с Лулу на веранде, потягивая кофе и глядя, как Тейт и Эй-Джи (так ему больше нравилось называть Алиру-Джейн) пытаются растормошить ленивую овчарку, которая не желала бегать за мячом. Видя, какую радость эта картина вызывает на лице женщины, он колебался, не будет ли жестоко задать ей тот вопрос, который вертелся у него на языке. Когда собака наконец поднялась на ноги и побежала за мячом, восторженный детский смех, раздавшийся вслед за этим, вызвал в его памяти их мальчишеские игры с Дугом Расселом.
— Знаете, Лулу, до вчерашнего дня Тейт не рассказывала, что жила с вами. Она никогда даже не упоминала вашего имени, — сказал он.
— Едва ли можно винить ее за это, — ответила Лулу. — Девочка хотела забыть свое прошлое, стремилась оставить его позади. А мое имя уж точно не прибавило бы веса ее репутации.
— Не совсем так. Когда ей пришлось доказывать, что драгоценности принадлежат ей, она рассказала про Кристофера и того ублюдка… Как его?.. Робина!
Лулу встрепенулась.
— Она не говорила мне, что знала Робина.
— Знала! — Джейс длинно выругался и поведал ей о том, с чем пришлось столкнуться Тейт.
— О Боже милостивый! — Мука исказила ее лицо. — Неудивительно, что Тейт никогда не упоминала обо мне! Она, должно быть, возненавидела меня! Она…
— Нет, Лу! — Джейс потянулся и взял ее исхудалую руку. — Она не ненавидит вас. Иначе она не стала бы щадить вас все эти годы. А она все еще щадит, не рассказывая вам о том, что пытался сделать с ней Робин.
