– Игорек, ты, главное, не волнуйся, всё обойдется, – она попробовала ободряюще улыбнуться.
Игорь взял Таню на руки и понес в приемное отделение. Она обхватила его руками за шею и прижалась так крепко, что ему было трудно дышать. Вика, взяв папку с документами, шла следом. Она мечтала только об одном – не расплакаться, глядя на них. Закончив побыстрее все формальности, Вика вышла из здания. Борис курил, стоя возле машины. К Вике подошел Николай.
– Привет, зайка, – он улыбнулся и поцеловал её в щеку.
– Привет, – Вика тоже поцеловала его.
– А что это у тебя глаза почти на мокром месте?
– Ой, Коленька, что-то я сентиментальной становлюсь. Как глянула, чуть реву не дала, – она шмыгнула носом и виновато улыбнулась.
– Да у меня самого всё перевернулось. Что ж они, сволочи, с ребенком делали? Как из Освенцима. Я что-то не понял, обморок у неё голодный был, что ли?
– Ну да. Она на пальцах показала, что три дня не ела, – Вика вздохнула и совсем тихо добавила. – А тут ещё и этот… гад…
– А ему-то чего неймется? – Николай удивленно поднял брови.
– Дома расскажу. Ладно. Я помчалась, мне пора. Ты будешь Игоря ждать?
– Конечно. Как всё решится, сразу же перезвоню тебе. А, возможно, он сам позвонит.
Вика заспешила к машине. Новых вызовов пока не было и они поехали на станцию. Вика задумчиво смотрела в окно машины. Андрей извлек откуда-то сборник кроссвордов и углубился в его заполнение.
– Виктория Андреевна, а этот мужлан, с которым вы целовались, родственник всех ваших поклонников или как?
– С чего вы взяли? – вяло ответила Вика. – Это брат Дмитрия Максимовича Амерханова, моего мужа.
– Кем же он приходится вашему другу сердца?
– Почему вы решили, что Игорь Михайлович Сударев мой «друг сердца»?
– А чего бы он стал за вами заезжать? Или вы себе машину ещё одну купили вместе с водителем?
– В конце концов, что вы нос суете во все дыры? – поморщилась Вика.
– Просто интересно. Брат покойного мужа и лучший друг любовника. А с братом у вас никак?
– Помолчали бы вы! – посоветовала Вика.
Конец, пришедший терпению, в который раз напомнил о себе. Теперь по приезде она успела дойти до кабинета главврача. Михаил сидел за столом и что-то быстро писал.
– Извините, Михаил Викторович, не помешаю? – вежливо спросила Вика.
– Проходи, присаживайся, – он прервал своё занятие и радостно улыбнулся. – Ты же знаешь, что ты помешать не можешь. Я тебя сегодня мельком успел увидеть. Как дела?
– Миша, я жаловаться пришла, – Вика села на диван.
– Что стряслось?
– Избавь меня от этого урода. Вообще, всех от него избавь. Эту мразь к людям на пушечный выстрел подпускать нельзя. Если хочешь, я тебе сейчас докладную напишу. Генрих выйдет с больничного и он напишет. Он уже давно обещал.
– А теперь подробнее, – Михаил перестал улыбаться и чуть заметно нахмурился.
Вика, без лишних эмоций, пожалуй, даже слишком сухо и сдержано, рассказала, о том, что произошло сегодня. Михаил слушал внимательно. Когда Вика закончила, он придвинул ей ручку и лист бумаги и предложил:
– Пиши докладную. С меня хватит. Можно даже Генриха не ждать.
– Не будет ли с одной моей докладной всё выглядеть так, будто я свожу с ним счеты? – начав писать, спросила она.
– Не будет. Я же не предлагаю тебе писать, что вы с ним отношения выясняли. Ты напиши, как он давление мерял и, как дальше себя вел. То, что он сегодня вытворял, очень легко подходит под отказ от оказания медицинской помощи. Знаешь, что это такое и чем это пахнет?
– Статья, – Вика натянуто улыбнулась.
– Вот и пиши. Андрей и водитель слышали эти реплики?
– Слышали. Андрей всё видел и слышал, Павел Иванович только то, что в машине.
– Пригласи ко мне Андрея.
– Сейчас, – Вика поднялась и подала Михаилу исписанный листок. – Прочти.
– Нормально всё, – он пробежал написанное глазами, потом взглянул на Вику и улыбнулся. – Как у тебя вообще дела, строгая ты моя?
– Вроде бы нормально.
– Ты в сутках?
– Да.
– Тогда поближе к вечеру, зайди, хоть чайку попьем. Я с тобой уже недели две в приватной обстановке не виделся. Хоть поболтаем.
– Ладно, если минутка будет, зайду.
Глава 70
Было уже около половины двенадцатого, когда позвонил Игорь. Вика как раз вернулась с очередного вызова.
– Вика, я тебя не отрываю от дел? – у него был очень уставший голос.
– Нет, Игорек, мы только что вернулись. Рассказывай, что и как?
– Ты оказалась права, сильное истощение и стресс. Реаниматоры пока настаивают, чтобы побыла у них.
– В обморок больше не падает?
– Нет. Даже улыбаться к вечеру начала.
– Что-нибудь сказала?
– Молчит, – он тяжело вздохнул.
– Игорек, ты же сам понимаешь, то, что она увидела…
– Конечно, понимаю. Ещё я понимаю, что молчать она теперь может долго… а то и вообще никогда не заговорить…
– Вот только давай не будем! Ты пользуешься тем, что меня нет рядом, и начинаешь впадать в хандру. Давай подождем. Всему своё время. Ты уже ждал. Теперь ждать будет легче – ведь Танюшка здесь, с тобой рядом.
– Конечно, – он помолчал, потом очень ласково сказал. – Вика, спасибо тебе…
– А мне-то за что?
– За всё. За то, что ты рядом. Если бы не ты, особенно в последние дни…
– Игорь, я, кажется, завтра вернусь с работы, чуть-чуть посплю, а потом приеду, когда ты уже будешь дома, и буду кусаться и царапаться, как разъяренная кошка.
– Почему?
– Разговоры мне такие не нравятся. Нужно принимать решительные репрессивные меры.
– Хорошо, что твоей душе будет угодно. Если хочешь, я завтра после больницы приеду к тебе.
– Ты ещё спрашиваешь? Конечно, хочу. Ты хоть в офис завтра не едешь?
– Нет. Николай сказал, что я могу отсутствовать столько, сколько будет нужно. В больнице я договорился, мне разрешили с Танюшкой днем быть.
– Вот и прекрасно. Если хочешь, я к вам заеду после работы. Думаю, коллеги не прогонят.
– Думаю, что не прогонят. Приезжай.
– Ладно, Игорек, давай прощаться. Нашу бригаду снова зовут, – Вика услышала из динамика «Третья бригада на выезд!».
– Давай. Я люблю тебя, солнышко.
– Я тебя тоже. Сейчас постарайся выспаться. До завтра.
Вика отключила телефон и поспешила к машине. Когда она проходила мимо диспетчерской, её остановил старший врач и сказал:
– Виктория Андреевна, забыл вас предупредить, в вашей бригаде другой фельдшер. Девочку-практикантку из медучилища переживете?
– Конечно, – Вика улыбнулась. Практикантка из медучилища была куда лучше, чем Борис.
Утром, когда дежурство закончилось, Вике передали, что её приглашает главный врач. Она поднялась в кабинет к Орехову. Здесь уже сидел Валевский.
