Читаем без скачивания Дракон не спит никогда - Глен Кук

– Наверное, мне лучше принести нашу систему. Я уже вижу недостаток в работе вашей. Вы не можете нам «приказывать». Неадекватность перевода ведет к недоразумениям. Но мы учтем недостаток вашей системы. Для протокола: Блаженный задерживается, но будет с минуты на минуту.

– Говори дальше.

Говоривший был именно тот, кого с самого начала он и выделил: тощий кожистый старик с косматыми волосами, похожий на извлеченную из гроба и оживленную для этого случая мумию. Его пышный титул в сухом остатке можно было понимать как «Первый из Голосов». Личного имени у него не было. Он был на поколение старше своих спутников и намертво настроен против любого союза. Он был так стар и так близок к смерти, что мог позволить себе доктринальную непримиримость.

Первый сказал:

– В космосе Канона продление жизни до тысячи лет – не такая уж редкая вещь.

Посеять зерно соблазна просто ради процесса. И вернулся к теме:

– Наши агенты встретились с вашими в Нейтралитете Хемибук. Они нашли предлагаемую плату щедрой и достаточной.

Пятый, Шестая, Седьмой и Восьмая взяли коммандос Кеза Маэфеля и дюжину вооруженных кораблей и захватили конвой с сокровищем, предупреждая предательство, задуманное этими злобными стариками, которые этого еще не знали. Размер сокровища произвел на них впечатление.

– Мы решили принять ваше задание. Мы возьмем Звездную Базу. Если вы одобрите план. Кез Маэфель расскажет, как он собирается совершить невозможное.

И в этот момент Блаженный совершил свой выход на сцену.

Черт его побери!

Он привел с собой Миднайт. И это сделало абсолютно ясной и неоспоримой одну вещь. Это не дубль Блаженного Трегессера, это Блаженный Трегессер собственной персоной.

Идиот проклятый!

Неудивительно, что он постарался опоздать. Перед лицом Внешников, считающих, что получают настоящих заложников, спорить с ним невозможно.

Проклятый идиот! Ради бабы-биоробота!

Вторая влетела в кабинет Лупо.

– Включи монитор встречи! Блаженный отколол номер.

Провик включил, увидел биоробота, чертыхнулся и позвал Кейбла Шайка, Найо Бофоку и Тину. Их где-то носило, причем первых двух услал куда-то по делу сам Блаженный. Все трое клялись, что ничего не знали. Дубль Блаженного из замка Фуэрогоменга сказал:

– Он хотел смыться. Хотел проводить больше времени с Миднайт.

Лупо со злостью отключил монитор.

– Чертов биоробот. Знал я, что от нее добра не будет.

– Что ты собираешься делать?

– А что я могу сделать? Жить дальше и надеяться на лучшее. Поздно что-нибудь менять. Ах, паразит хитрый!

Панцирь сверлил глазами Миднайт. Она сидела прямо и уверенно. И была слишком счастлива. Этот идиотизм дал ей то, что она хотела – Блаженного для нее. Что это значило для Дома, она не понимала. И ей это было все равно.

Быть может, мир был лучше, если бы его обитатели разделяли ее приоритеты.

Панцирь включил звездную карту и представил пятнадцатиминутный обзор своей стратегии.

Она была неимоверно сложной и требовала участия каждого корабля, которым владели Внешники, и батальонов Голосов Божиих, без которых невозможно было бы координировать операцию. Она должна была развернуться в Шестом и Втором Президентствах, и ничего не будет делаться так, как делалось обычно. Первый удар по Звездной Базе будет нанесен не военными кораблями, а специально построенными реактивными снарядами массой с небольшой астероид. Боевой флот подойдет с направления, с которого Стражи их ожидать не могут, после продолжительного перехода через космос. Вся операция от начала до завершения должна занять девяносто шесть дней.

– Мистер Провик раздаст каждому копии подробного предложения. В нем содержатся четыре сценария – наилучший исход, наихудший исход, среднее значение и наиболее вероятный исход. Сценарии составлены с использованием данных, полученных из разведисточников Дома Трегессер. Они кажутся многообещающими.

Они были соблазнительными. Хотя этих людей уже не надо было соблазнять. Они были готовы на все.

Провик раздал документы, настаивая, чтобы каждый расписывался за полученный экземпляр. Каждый из них был пронумерован, и его местонахождение все время отслеживалось.

Первого нервировало это молчание. Внешники проявили не более воодушевления, чем роботы. Они приняли свои экземпляры, расписались странным, но четким курсивом и стали читать.

Подозревал ли квай, что у Лупо есть тридцать первый, ненумерованный экземпляр, который можно будет пустить или не пустить в ход в интересах Дома? Мог подозревать. Он чертовски сообразителен.

Первый сел возле Четвертой, ожидая, пока Внешники прочтут предложение. Она тронула его за руку. Если они выживут, то много лет пройдет, пока они вернутся к семье.

Какое-то время слышался только шелест бумаги да мягкий перезвон посуды на буфете. Внешники стояли поодаль, пока их мумифицированный начальник, закончив чтение, сервировал себе скудный завтрак. Он брал порции лишь с тех тарелок, откуда уже брали хозяева.

Параноидальный старый дурак! Сильно это ему поможет. Все было настолько хорошо сдобрено марихуаной, чтобы у всех повысилось настроение.

Когда все поели, старик сказал:

– Есть критической важности данные, не включенные в этот доклад.

– Только оперативные подробности, – ответил Первый. – Их мы раскрывать не можем.

Мумифицированный повернул хмурую рожу к кваю:

– Я заметил, что некоторыми фазами будете управлять вы лично и ваши лейтенанты.

– У нас нет политических или религиозных отвлекающих моментов. У нас нет личных амбиций или врагов и нет причин делать ложные шаги, чтобы выставить кого-то в плохом свете. У нас один враг и одна цель. У вас нет грамотных, обученных командиров. У вас есть люди, выполняющие приказ. В вашем учебнике стратегии две страницы: атаковать, пока не достигнешь цели любой ценой, и защищаться до последнего человека. Стражи вас любят – вы выстраиваетесь очередями на расстрел. С теми ресурсами, что у вас есть, я прямо сейчас мог бы завоевать Канон.

Это их проняло.

И Первого – тоже. Квай не был склонен к преувеличениям.

Мумифицированный помрачнел.

– Мы посоветуемся.

И он отключил транслятор.

Сильно это ему поможет.

– Они собираются согласиться, – сказала Вторая Лупо. – Квай их достал этими словами, что завоевал бы Канон с тем, что у них есть.

– Интересно как.

– Он сказал «Канон», а не «Стражей».

– Есть предположения, почему они согласны?