сомневается, условно-пригодна для размножения.
При воскрешении она потеряла три уровня — немало, с учетом её ранга и того факта, что уровни были отнюдь не первые. Вероятно, только божественной энергии для этого чуда оказалось мало. Впрочем, лучше немного ослабнуть, чем умереть навсегда…
— Знаешь, я ведь должна тебе жизнь.
— Две жизни. — поправил я.
— Ты прав, две жизни. — кивнула эльфийка, переходя на передачу голоса. — Одну — твою собственную, другую — чью-нибудь ещё. Есть ли кто-то, кого ты хотел бы увидеть мёртвым?
Разумная предосторожность, но у меня нет лишней ци, чтобы тратить её на подобные игры. Так что ответил я так же, как и раньше — вслух.
— Нет. Иначе я нашел бы способ разобраться с ним сам. К тому же, какой в этом смысл? Пусть мы союзники, но наши пути скоро разойдутся.
— Верно, разойдутся. — согласилась Лиана. — Знаешь, долг жизни можно отдать и другими способами. Не только отнимать, но и дарить. Как ты на это смотришь?
Встав, она перекинула через меня ногу, а затем опустилась сверху. Не слишком приличная поза. И, похоже, наличие поблизости возможных свидетелей её не слишком смущало. Впрочем, водить пальцами по моей груди она не переставала, пусть от изначальных ран остались уже скорее шрамы, так что это всё ещё можно было считать продолжением лечения…
— Со скепсисом. Башня — не самое лучшее место для рождения новой жизни.
— В мире мало действительно подходящих мест.
— И у меня ревнивая жена.
Оправдание, весьма сомнительное в подобной ситуации. Лиана наклонилась, потершись своим носом о мой. И что это было? Кажется, у некоторых народов это считалось аналогом поцелуя?
— Только одна?
— Ммм… две, но одна не очень ревнивая.
Правда, вопрос принадлежности Эши к этой категории мог считаться спорным и, в определенном смысле этого слова, теологическим.
— Правда? Тогда попробуем чуть иначе…
Лиана вновь наклонилась, на этот раз целуя меня в губы, и дергаться я не стал, подчинившись насилию. Правда и руки распускать тоже, подозревая подвох. Тем не менее, эффект получился довольно предсказуемый. Чистая физиология…
— Вижу, ты действительно меня простил. — произнесла эльфийка, вставая следом. — И совсем здоров. Ладно, с лечением мы закончили. Что касается долгов, то ты прав, место не самое подходящее. Да и две жены — это серьезно. Приходи, если захочешь кого-нибудь убить. Или завести третью…
Вот же… Я перевернулся и поднялся на ноги, но пытаться догнать девушку не стал. Третья жена мне была не нужна, так что лучше обойтись без закрепления нашего примирения чем-то большим. В конце концов, с момента, как я расстался с Евой, не прошло и двух недель. Время звонить в колокола ещё не пришло.
Лиана:и кстати, теперь я должна тебе только одну жизнь…
Я понял, это намек… предположительно на тот факт, что, не убив меня, она списала половину долга. Довольно… прагматичный подход…
* * *
Круговорот!
Первое, что я сделал — это сел под ближайшее дерево и приступил к медитации, восполняя потраченную энергию. И, набрав тысячу единиц маны, сразу же перекинулся в боевую форму. Сначала Е-ранга, а потом и дальше, не став останавливаться на достигнутом. И большинство игроков, способных поддерживать трансформацию постоянно, придерживались той же тактики. Так было безопаснее. В конце концов бессмертные знали о нашем присутствии, их оставалось много и, значит, новое нападение могло последовать в любой момент.
Мана: 8322/9701
Ци: 3744/4001
В принципе, остальное восстановится и без моего участия, но я продолжил медитацию до тех пор, пока окончательно не заполнил резерв. Одно из негласных правил запрещало лезть к ослабленным игрокам, без веских на то причин или четко высказанного разрешения, так что мне никто не мешал. Тем не менее, стоило мне закончить, как из-за деревьев появилась огромная золотая обезьяна…
— Ты обещал мне разговор. — напомнил Девятихвостый. — Помнишь?
— Конечно. — кивнул я, садясь обратно. — И не отказываюсь от своих слов. Спрашивай.
— Оза была с тобой и погибла. Ты ведь ходил за её телом, верно?
Я ожидал, что вопросы будут касаться лорда некросов и возможной сделки, но, очевидно, ошибся. Возможно, до боя это было бы так, но павший враг его не слишком интересовал. Или, что не менее вероятно, детали уже были ему известны. Неважно…
— В том числе. И мне удалось его отыскать.
— Ты собираешься её воскресить?
Проще всего было сказать «нет», но вряд ли такое короткое объяснение его устроит. К тому же большинство сильных игроков могли чуять прямую ложь, так что самый простой вариант — сослаться на откат — будет не лучшей идеей…
— Не думаю. Вряд ли этот трюк получится у меня в ближайшее время еще раз.
Весьма уклончивый ответ, но углубляться в технические проблемы я не хотел. Информация о хрупкости связи с покровителем — уязвимое место, а рассуждения о низких шансах и осушении только усложнят ситуацию. Для отказа достаточно вполне и одного внятного аргумента. Длинный список играет только в минус, создавая иллюзию возможности торга по отдельным пунктам.
— Жаль, но понимаю. Я могу поделиться этой информацией?
— Буду только благодарен.
Наверняка и у других павших имелись друзья, которые могли бы захотеть вернуть их к жизни, но это было невозможно. Рисковать ещё раз, без крайне веских на то причин, я не собирался.
— Расскажешь, как умерла Оза?
Достаточно неожиданная забота о представительнице чужой расы, но опять же — не мое дело. Сегодня я был не слишком любопытен.
— Наткнулась на лорда. Я попытался спасти её, но не преуспел.
— Девять посохов… не повезло. Умник будет расстроен.
— Мне жаль.
— Тем не менее, она принадлежала к нашему рейду. Тело и её имущество меня не интересуют, но я пришел забрать костяной гребень. Он ведь у тебя?
— В нем есть что-то особенное?
— Возможно. — пожал плечом обезьян. — Хочешь оставить его себе?
— Нет. — я протянул требуемое. Несмотря на то, что тщательно его осмотрел, ничего интересного в нем не нашел. — Мне не нужно чужого.
— Мудрое решение. Возможно, Умник прав и из тебя получилась бы правильная обезьяна!
— Лестно слышать. Кстати, давно хотел спросить… почему Девятихвостый? Хвост у тебя, вроде, всего один?
— На моей родине принято собирать хвосты поверженных врагов. Само собой, считаются не любые хвосты, а только те, что получены от равного противника. На момент обретения имени, ещё будучи всего лишь золотой обезьяной, я успел получить восемь штук! До того, как едва не потерял свой собственный…
— Поэтому и девятихвостый?
— Верно. Напоминание о том, что одна ошибка, и твой хвост тоже украсит чей-нибудь пояс. Каждый раз, повышая ранг, я приносил хвосты в жертву покровителю, а затем
