– Сочувствуешь?
– Естественно. Даже престарелой и безмозглой лошади должно быть понятно, что если и запланировано нечто – в плане очередной попытки, э-э-э, экспроприации – то это случится именно в ночное время. Строгие и вечные законы детективного жанра, ничего не поделаешь…. Так что, я пошла спать-отдыхать, а ты, мон шер, отдувайся здесь – за всё и про всё. В принципе, это полностью справедливо: настоящие мужчины, они просто обязаны – браться за самую тяжёлую, опасную и трудную работу. И, соответственно, потом отвечать – за некачественное и недолжное исполнение задания. Или там – приказа…. Ничего личного, старина! Романтические принципы и традиции, так сказать, не более…
– Злая ты у нас, – вяло подытожил Ник. – Как впрочем, и все остальные – молодые и симпатичные особы женского пола. Женщины, как мне когда-то давно поведал один мудрый армейский старшина, они только после тридцати пяти лет начинают добреть понемногу. И то – далеко не все…
– Всех благ! Кстати, я тут немного поработала с видео– и аудиозаписями. Не было никакого ночного визита. Не было! – Милена, лучезарно улыбнувшись, сделала ручкой и торопливо покинула помещение аппаратной, плотно и аккуратно прикрыв за собой дверь.
Ночь, тревога, ожидание.
Нет, не так.
Вязкая и медленная ночь, острая и безграничная тревога, нервное и болезненное ожидание…
Ожидание – чего? Всего и вся….
У тебя, уважаемый читатель, никогда не было такого ощущения, что ещё чуть-чуть – и произойдёт…. Произойдёт нечто, меняющее твою жизнь раз и навсегда? Не было? А – лично у меня – было. Причём, много-много раз…. Соответственно, из этого неосторожного высказывания можно сделать однозначный далеко идущий вывод, что автор данного текста менял-изменял свой Жизненный Путь многократно и кардинально…. Впрочем, разве это кому-то интересно? Получается, что нет. Я многократно писал подробные мемуары. Честные такие, не придуманные. Писал и предлагал крупным, средним и мелким российским издательствам…. Результат предсказуем. Мне нудно и подробно объясняли: что есть что – в нашей современной жизни, и чем же, в конечном итоге, интересуется сегодняшний уважаемый читатель. То бишь, тот читатель, который готов покупать книги за реальный деньги, а не скачивать – на халяву – тексты из гадкого Интернета. Вот те, которые готовы покупать за деньги, они – по мнению издательств – и есть настоящие Читатели, те, которые с большой буквы…
Впрочем, отвлёкся я что-то. Покорнейше извините, господа и дамы! Тем более что мы с вами неуклонно и планомерно приближаемся к Финалу этой необычной и неформатной Истории.
К Финалу? Если рассуждать формально и строго, то, пожалуй, да. А если подойти с философской и независимой точки зрения? Тогда – лишь к началу Истории следующей, не более того…
Итак.
Ночь, тревога, ожидание.
Без пяти минут три отчаянно и неожиданно громко (видимо, по причине всеобъемлющей и полной тишины вокруг), зазвенел (заорал, заверещал, взвыл) мобильник. Тот самый, врученный накануне предусмотрительным Иваном Ивановичем.
– Здесь Ануфриев, – известила трубка приятным мужским баритоном. – Как дела, Николай?
– Всё нормально, – осторожно ответил Ник, стараясь вспомнить, где он уже слышал этот приметный голос. – За время очередного дежурства никаких нештатных ситуаций не зафиксировано.
– Это хорошо. Что там напарница?
– Спит, наверное.
– Просто замечательно! Даже и не думай – будить и понапрасну беспокоить уставшую женщину, – мягко усмехнулся баритон и после короткой паузы напористо перешёл к делу. – Что же, Николай Сергеевич. Готовься, как мы с тобой и договаривались, к встрече гостей. Со мной будут ещё две персоны: одна мужского пола, а другая женского. Имён и фамилий называть не буду. Впрочем, ты их непременно узнаешь, хотя, и не сразу…. Помни, что это дело государственной важности! Ты же давал письменные указания о неразглашении? А? Не слышу ответа!
– Давал, Иван Иванович, давал…
– То-то же! Короче, когда мы подойдём к правому крылу, то снимешь с сигнализации боковую дверь, предназначенную – в мирное время – для инкассаторов. Вопросы, боец?
– А откуда…. Откуда вы появитесь? Через главные ворота?
– От среднеазиатского верблюда! – вальяжно хохотнул баритон. – Не задавай лишних и глупых вопросов, служивый! Откуда надо, оттуда и появимся…. Когда? Минут через семь-восемь. У тебя всё? Тогда – до скорой и тёплой встречи…. Роджер!
Ник, запихав телефон в карман куртки, задумчиво помассировал кончик носа, поморщился и, не отрывая взгляда от экрана монитора, показывающего нужную боковую дверь с прилегающей к ней территорией, принялся рассуждать в полголоса:
– Голос, безусловно, не Ивана Ивановича.…Впрочем, ничего необычного и странного – рядовой «телефонный» глюк. Уже проходили…. Другое настораживает слегка: половина фраз и интонаций, безусловно, свойственны Ануфриеву, а другая половина – как бы и нет…. Может, он просто немного разволновался от близости высоких и важных персон? В смысле, высоких не ростом, а своим кремлёвским статусом? Ладно, разберёмся, ждать осталось совсем недолго…
Наконец, около инкассаторской двери возникли три человеческие фигуры.
– Вот именно, что возникли! – Ник недовольно и озабоченно покачал головой. – Откуда? Не от ворот в заборе, это точно…. Значит, из-под земли? Почему бы и нет? На банковской территории полно всяких и разных чугунных люков…. Интересное дело! Никогда не слышал, чтобы кремлёвские небожители разгуливали по городским канализационным коллекторам. Впрочем, их право. У нас в стране, слава Богу, нынче свобода и демократия, как-никак…. А вот внешний вид посетителей, без всяких сомнений, полностью соответствует сегодняшним обстоятельствам. Аура, одно слово…
Первым к боковой двери подошёл слегка сутулый человек среднего роста, одетый в старомодный тёмно-коричневый плащ, с широкополой чёрной шляпой на голове.
«Длинные чёрные волосы, орлиный нос, пронзительные карие глаза, губы очень тонкие, злые и порочные», – скрупулёзно отметил хладнокровный внутренний голос. – «Эге! Это же Фредди Крюгер, известный душегуб и поганец! Неисповедимы пути твои, Господи!
Справа от легендарного и кровожадного английского злодея нетерпеливо переминался с ноги на ногу высокий малый в мешковатом костюме Пьеро. Слева меленькими шажками семенила классическая японская гейша. Лица Пьеро и гейши были густо намазаны белилами и частично скрыты под широкими чёрными полумасками.
– Глюки совершенно мирные, – задумчиво пробормотал Ник. – Не страшные, какие-то несерьёзные, похожие на актёров из провинциального ТЮЗа. Это означает, что всё взаправду, и никакой опасности нет? А Бог его знает, что это означает! Вон, рукава-то у всех троих знатно пропитаны кровью. Аж, капает на землю…. Надо будет – на всякий пожарный случай – присмотреться к дорогим гостям повнимательнее…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
