— А где остальные?
— На причале, — спокойно ответил Конан. — Нам тоже пора идти в город.
Воины вышли из таверны и быстро двинулись к воротам. Впереди маячила чалма Исайба. По плану киммерийца, Селена и шемиты должны войти в Аграпур первыми. Так будет гораздо безопаснее. «Барса» подмывало начать разговор, но он сдерживался. Молодой человек понимал, что время для рассказа еще не наступило. Городские ворота отряд преодолел без малейших трудностей. Заплатив пошлину охраннику, киммериец направился по узкой улочке в сторону бедных кварталов. Здесь легче затеряться и тем самым избавиться от слежки. Наемник несколько раз обернулся, но не заметил ничего подозрительного.
— К тебе за эти дни никто не приставал с расспросами? — уточнил Конан.
— Нет, — вымолвил Арамаз, обрадовавшийся возможности поговорить. — Я ведь и из таверны не выходил, боялся вас упустить, а когда блокаду сняли, то хозяину и вовсе стало не до меня.
— Хорошо, — кивнул киммериец.
Он остановился и поднял правую руку. Это означало, что опасности нет. К воинам тотчас подошли волшебница и Исайб. Губы юноши предательски дрогнули. Шемит надеялся увидеть кого-то их своих друзей. Положив руку на плечо «барса», северянин сказал:
— Прости, Арамаз. Больше никто не уцелел. Одни погибли во время прорыва из порта, другие утонули при кораблекрушении, а Эблис и Касан — в схватке с демоном и его слугами.
— Я понимаю, — мужественно принял удар молодой человек.
— Ты воин и знаешь цену победы, — проговорил киммериец. — А теперь нам нужно убираться из Аграпура. До захода солнца я хочу ускакать как можно дальше от столицы. Андуран давно ждет отряд.
Группа разделилась. Селена и два шемита двинулись к базару. Им предстояло купить лошадей. Чтобы сократить время, Конан решил доехать до долины в Ильбарских горах верхом. Преодолевать этот путь пешком было слишком опасно и долго.
Сам киммериец направился к западным воротам Аграпура. Он слишком заметен, и подвергать друзей опасности не имел права. В городе путешественникам лучше держаться подальше от него. Низко опустив голову и глядя себе под ноги, наемник не спеша брел по улице. На всякий случай, ножны с двуручным акбитанским мечом северянин спрятал под одежду.
К счастью, столица Турана была слишком занята восстановлением торговых путей, и стражников куда больше интересовали постоянно подходящие караваны, чем одинокие подозрительные воины. С купцов можно хоть мзду взять хорошую…
Киммериец укрылся в небольшом темном переулке, из которого ворота были видны, как на ладони. Ждать пришлось довольно долго, и Конан даже начал волноваться, но вот на северной улице показались три знакомых всадника. Киммериец приблизился к ним и, ни слова не говоря, взял свободную лошадь под уздцы. Ласково поглаживая животное по крупу, наемник ждал, когда путешественники покинут город. Как только друзья скрылись из виду, киммериец уверенно направился к воротам.
В этот момент в Агапур втягивался большой караван из Пунта. Десятки лошадей, верблюдов, ослов, сотни тюков с товаром, хорошо вооруженная охрана. Сборщики пошлины и стражники довольно потирали руки. Какое им дело до лениво покачивающегося в седле чужака, покидающего столицу Турана…
Конан подхлестнул коня, резво сорвался в галоп и вскоре догнал своих спутников. Огромный город остался позади.
К Туманным горам ехали очень быстро. Мимо рудника путешественники проскочили на одном дыхании, так что охрана не успела даже отреагировать. Преследовать незнакомцев туранские воины не посмели. Углубляться на территорию козгаров они не решались.
Киммериец опасался засады кочевников, а потому костер ночью не разжигали. Огонь виден слишком далеко. Несколько дней можно потерпеть и без горячей пищи. Укрывшись в густых зарослях кустарника, в тени нависающих скал, Селена негромко рассказывала Арамазу подробности похода в Гирканию.
Отряд двигался очень осторожно, преодолевая теснины на предельной скорости, но, видимо, племя козгаров в прошлый раз понесло слишком тяжелые потери и разбоем больше не промышляло.
К исходу третьих суток отряд добрался до долины. Уже издали северянин увидел на уступе одинокую фигуру. В том, что это Андуран, киммериец не сомневался. Расседлав лошадей и отпустив их на волю, путники начали быстро подниматься по тропе. Возле грота расположилась четверка «барсов». Увидев людей в туранской одежде, шемиты тотчас схватились за оружие и закрыли собой повелителя.
— Это свои, — вымолвил волшебник, выходя вперед.
Впрочем, воины уже узнали Арамаза. Приблизившись к Конану, король с волнением спросил:
— Вы посадили чудовище на цепь?
— Да, — устало кивнул киммериц. — Признаться честно, это было нелегко. Мы потеряли почти весь отряд по пути, и если бы не помощь гирканцев… — киммериец сделал паузу и глотнул вина из фляги. — Мерзкая тварь чуть не прикончила меня. Вволю наелся земли…
— А Исхад? — уточнил правитель Кироса.
— Утонул во время шторма, — бесстрастно пояснил северянин.
Андуран подошел к Селене, по-отцовски обнял ее и что-то едва слышно зашептал девушке на ухо. Она отвечала учителю столь же тихо. Опять эти колдовские тайны!..
Еще в гирканской степи наемник заметил, как на привалах волшебница пишет какое-то заклинание на небольшом куске шкуры гиены, который Селена попросила у кочевников. Где она спрятала заклятье, Конан не знал. Определенно, не в Гиркании и не в Аграпуре. Краешек шкуры киммериец приметил в ее сумке еще в Туманных горах. Значит, где-то неподалеку. Глубоких расщелин в скалах хватает…
Правитель Кироса повернулся к северянину и с добродушной улыбкой заметил:
— Конан, мне не хватит золота, чтобы с тобой рассчитаться.
— Вычти то, что я уже потратил, — рассмеялся киммериец.
Отряд неторопливо направился в грот. Зеркало не могло перенести всех разом, и четверка «барсов» оставалась в горах. Получив необходимые распоряжения, воины двинулись в долину — отлавливать лошадей. Это означало, что им придется возвращаться домой с каким-нибудь караваном. Путь неблизкий и опасный, но решение короля — это закон.
Поверхность волшебного зеркала превратилась в дрожащую дымку. Один шаг, — и ты уже в подземелье киросского дворца… Конан не любил колдовство, но прекрасно понимал, что порой без него не обойтись. Слишком уж много в мире разной нечисти!
Первыми исчезли Андуран и Селена, за ним последовали Исайб и Арамаз. Как, всегда, киммериец уходил последним. Он почему-то был уверен, что в Туран вернется еще не раз. С этой страной киммерийца связывали невидимые прочные нити, а потому прощаться не стоит.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
