Как завещал Йозеф Швейк
«Если, к примеру, пес старый и седой, а вы хотите продать его за годовалого щенка, то лучше всего купите ляпису и выкрасьте пса в черный цвет — будет выглядеть как новый, — наставлял поручика Лукаша опытный собачник Швейк. — Покупатели оставались очень довольны. Им можно было всучить вршовицкого шпица вместо таксы, а они только удивлялись, почему у такого редкого пса шерсть мохнатая, а ноги не кривые…»
О многочисленных аферах и махинациях сопровождавших покупку самолета для ФАПСИ, я писал уже раньше. О том, как в Югославии у него загорелся двигатель. О том, как специально пришлось вызывать летчиков-испытателей, чтобы вывезти его в Москву. Самолет представлял собой груду металла. Тогда, правда, все эти подробности были лишь результатом журналистского расследования. Теперь это — уже результаты расследования официального. Которое среди прочего установило многое из того, о чем я даже не предполагал. Например, то, что по документам, Як-42Д имеет отношение к агентству не больше, чем к Обществу анонимных алкоголиков.
В июле 97-го Федеральная авиационная служба зарегистрировала самолет в своем реестре (свидетельство о регистрации № 5062). Собственником судна было оформлено уже известное нам АОЗТ «Проминвест», эксплуатантом — частная компания «Орел-авиа». Аббревиатура ФАПСИ в документах не значилась.
История эта темная. Вообще по закону Як следовало бы регистрировать через Министерство обороны как самолет государственной авиации. Но военное ведомство участвовать в сомнительной операции отказалось. В конце концов сделка между ФАПСИ и «РАТО-банком» была незаконной.
От безысходности Старовойтов и Пономарев пошли на должностной подлог — упросили директора ФАС Зайцева оформить Як как гражданское судно. На подставные фирмы.
Не знаю уж, какие аргументы привели генералы Зайцеву. Во всяком случае, директор ФАС закрыл глаза на целый букет нарушений. В авиационную службу не были представлены обязательные для таких случаев документы: акт проверки технического состояния, заключение главного инженера регистрационного управления ФАС о годности к полетам. Отсутствовали оригиналы договоров, не по форме были выписаны заявления.
Усердие Зайцева было щедро вознаграждено. Приказом Старовойтова ему вручили наградной пистолет «ПСМ» (№ РВ-4123).
Да, неплохое наследство оставил Старовойтов своим преемникам. Груду вторсырья, ремонт которого встал ФАПСИ в копеечку. Кучу долгов. Ведь теперь агентство должно платить за стоянку Яка в аэропорту, за аэронавигационные сборы — за все то, от чего суда авиации государственной освобождены. (Для справки: задолженность ГУПС ФАПСИ перед ОАО «Внуковские авиалинии», на чьей территории базируется Як, составила уже 700 с лишним тысяч рублей. Это по данным на 1 апреля.)
…Помню, с каким чувством рассказывал мне Пономарев о «самолетной» истории. (Было это в 97-м году.) Глаза под очками были по-государственному прищурены. Важность и значительность читались в каждом жесте.
Дескать, ВПУ введено уже в штат главка и скоро оно получит летный сертификат. А никакого мотовства нет и в помине, ибо купили самолет на сэкономленные средства. Все честь по чести.
Ничего не скажешь — представления о чести у фапсишных генералов весьма своеобразные…
О любви к деньгам
Думаете, на этом злоключения воздушного пункта управления закончились? Как бы не так. Не таковский генерал Пономарев человек, чтобы раскидываться своими возможностями. Доведись, он и снег зимой сумеет продать. За СКВ.
Деньги для Пономарева — превыше всего. Важнее государственной безопасности — точно.
В это трудно поверить: до последнего времени сверхсекретный самолет-ВПУ с узлом спецсвязи на борту, оснащенный особо важной техникой, использовался как обычное пассажирское судно. Только в нынешнем году на нем было совершено более 20 чартерных коммерческих рейсов — в Махачкалу, Владикавказ, Нижневартовск.
Все было как в нормальных авиакомпаниях. Билеты, стюардессы, газированная вода. Многие из пассажиров и не догадывались, что летят на секретном военном самолете.
…Понимаю, что занудствую, всякий раз обращаясь к указам и приказам. И тем не менее. С точки зрения закона действия начальника ГУПС Пономарева — а именно он давал санкции на чартерные полеты ВПУ — не лезут ни в какие ворота. Я не говорю даже о режиме секретности. По закону, для коммерческого использования госсобственности любому ведомству необходимо получить разрешение Мингосимущества. А разрешения такого никто не давал.
Любопытно было бы узнать, что думает по этому поводу сам Пономарев. Особенно если учесть, что вырученные от чартерных рейсов средства в бюджет ФАПСИ не поступали и судьба их неизвестна.
Впрочем, смотря для кого неизвестна. Пономарев, наверное, осведомлен обо всем превосходно. Равно как и о том, кому предназначались многочисленные гостинцы, привозимые на борту ВПУ. Канистры спирта, бочонки с медом, икрой. В ФАПСИ об этих дарах говорят много. Правда, пробовать никто не пробовал.
Деньги и жадность — дети одних родителей…
…История с самолетом — отнюдь не единственный «подвиг» генерала Пономарева. Взял он, например, в аренду на десять лет дачный домик в поселке Пехорка, предварительно отремонтировав его за счет ФАПСИ, а платить почему-то забывал. Вспомнил, только когда начала проверку Счетная палата.
Построил в здании управления на бюджетные деньги оздоровительный центр (ценой 125 тысяч рублей). С гидромассажем, сауной, комнатой отдыха. Пользовался, конечно, бесплатно. Но другим сотрудникам париться запрещал — в конце концов, в соседнем переулке находятся Сандуны. Лень, что ли, пройти двести метров?
Выписывал сам себе не предусмотренные законом премии. (Правда, в ходе проверки вернул в кассу все до копейки.)
Не лучше обстоит дело и с финансовой политикой главка. Масса незначительных чиновников из разных органов власти бесплатно пользуются не положенными им «вертушками». Видимо, каждый из них сделал что-то хорошее для Пономарева.
Вопреки правительственному постановлению — если абонент не платит за спецсвязь, отключать её к чертовой матери, — годами прощал долги коммерсантам. В «Уникомбанке», «Кредитпромбанке», на ОРТ и РТР Пономарева должны особо любить. Он не только не перекрывал должникам правительственную связь, — не направил ни одного искового заявления в суд.
Это, кстати, вообще в его духе. В «самолетной» истории все происходило по аналогичному сценарию. «РАТО-банк» должен был выполнить работы и сдать ВПУ до 31 декабря 96-го года. Акт приемки же подписали только в декабре 98-го. Ни копейки штрафных санкций Пономарев не потребовал.
Широкая натура, настоящий русский ухарь…
Я не привожу здесь примеров, связанных с научно-исследовательскими работами (НИР) и научно-исследовательскими опытно-конструкторскими работами (НИОКР) главка, поскольку вынужден буду разгласить секретные сведения. Но поверьте, цифры и факты — впечатляют…
…Как видно, претензий к Пономареву накопилось порядком. Никакой же ответной реакции нет. Когда генералу принесли на визирование акт Счетной палаты, он махал руками почище Валдиса Пельша. А на предложение сменившего на посту Старовойтова Шерстюка подать рапорт «по собственному» отреагировал так, будто его склоняли к сожительству.
Конечно, признаваться в содеянном не хочется никому. Только удастся ли Пономареву остаться на плаву? Акт проверки направлен уже в Генеральную прокуратуру. Да и расследование по «самолетному» эпизоду идет полным ходом.
На месте Пономарева я бы хорошенько подумал о своей судьбе. Это Старовойтову — уже 59 лет. Пономареву-то — всего 43…
* * *
Два года назад, в апреле 97-го, обращаясь к Старовойтову, я писал: «Александр Владимирович, как можно скорее подайте рапорт. Не ради интересов дела, ради самого себя».
Сегодня то же самое я могу адресовать Пономареву:
