невиновным человеком. Было тогда, было и сейчас. На секунду он проклял Мюриэл. Она запустила мяч, и как только тот набрал скорость, его уже было не остановить, он сбивал с ног любого, кто попадался на его пути. Если бы она понимала, кому это повредит, может быть, только может быть, она бы передумала. Ему нравилось так думать. Она сказала, что любит его, хочет защитить. И, честно говоря, так оно и было. Она поддерживала с ним связь даже тогда, когда он вернулся в Сомерсет. Она была зла, что он переехал поближе, всего в одном округе от нее. Ей нравилось, что он был в Шотландии. Расстояние помогло ей почувствовать себя в большей безопасности. Но в конце концов она одумалась. И она продолжала информировать его о жизни дочери, сообщая ему, когда та вышла замуж, когда сделала его дедушкой…
Рыдание вырвалось из его напряженной груди, когда он попытался представить, как выглядит его внучка. Он так отчаянно хотел, чтобы Мюриэл прислала фотографии Кэрри, но они знали, что это неразумно. Письма были достаточно рискованными. Он хотел, чтобы Билли понял, что его тоже наказали. Он также потерял надежду увидеть, как его дочь превращается в женщину, пропустил все главные события в жизни. Главным для Эрика было то, как он упустил шанс стать дедушкой, принять участие в жизни Кэрри.
Мюриэл однажды назвала его трусом. Это пронзило его насквозь, он буквально упал на землю, его ноги подкосились. Как она могла так сказать? Потому что он ушел… сбежал как можно дальше? Он сделал это не только для себя. Он сделал это ради нее. Для них.
Это был несчастный случай.
Трагический, ужасный несчастный случай. Момент, о котором он будет сожалеть всю жизнь. В течение нескольких дней, месяцев и лет после этого все другие мыслимые исходы прокручивались в его голове. Тот, который не был связан со смертью десятилетней девочки. Если бы он сделал что-то по-другому, возможно, все сложилось бы для всех?
Сидя у окна и наблюдая за проезжающими мимо машинами, ожидая и гадая, какая из них подойдет ему, Эрик размышлял, стоит ли ему возвращаться.
Обратно в Мейплдон, чтобы расплатиться за все свои поступки.
Он был мертв независимо от того, остался ли он в Сомерсете или поехал туда. С таким же успехом он мог бы сделать что-нибудь хорошее, прежде чем за ним придет Жнец.
Эрик Фишер набил сумку какой-то одеждой. Затем, с подкрадывающимся чувством обреченности, сел в свою машину и отправился в то место, которое он когда-то называл домом.
Глава 99
2019
Анна
Как только Билли, казалось, удовлетворился тем, что правда наконец-то была раскрыта, после тридцати лет, когда Мейплдон скрывал ее, он открыл дверь гостиной, посторонившись, чтобы пропустить людей мимо себя. Роб и Нелл быстро приняли приглашение уйти, быстро выбежав из комнаты, вероятно, опасаясь, что он может передумать. Но Тина и Пэт Верн держались в стороне. И Анна тоже, несмотря на то, что Мюриэл бросила на нее вопросительный взгляд, когда сама придвинулась ближе к двери. Анне все это почему-то казалось незаконченным. И она также чувствовала потребность в подтверждении того, чего именно ожидали от нее и Мюриэл дальше. Как только с Эриком Фишером связались.
Независимо от того, что Билли и Тина говорили о нежелании привлекать полицию, Анна была уверена, что они скоро навестят Фишеров. Если бы Тина хотела, чтобы Эрик сказал ей, куда он отвез тело Джони, они, очевидно, хотели бы достойных похорон — полных похорон. Таким образом, полиция была бы вовлечена, хотели они этого или нет.
Секреты Мейплдона станут достоянием общественности. Это было неизбежно.
Если только Билли не планировал по-прежнему брать вину на себя. Если бы он был тем, кто раскрыл местонахождение тела Джони, никто другой не должен был бы быть замешан. Может быть, он сказал бы, что это его последнее признание. Однако, конечно, возможность очистить свое имя перевесит все остальное. В голове у Анны пульсировало. Все это было слишком сложно принять; слишком многое нужно было обдумать прямо сейчас, за полночь, в этом заброшенном, призрачном бунгало. Пока шестеро из оставшихся, стояли, беспокойно глядя друг на друга, Мюриэл начала бормотать.
— Дело в том, что у вас нет никаких доказательств… На самом деле нет, все это просто слухи и косвенные улики.
Анна рассмеялась. Истерический смешок, который она не могла контролировать. К ней присоединились слезы, и, прежде чем она осознала это, она уже рыдала.
Как могла ее мать быть такой чертовски ироничной? Неужели она сама себя не слышит?
— Успокойся, Анна, — сказала Лиззи, подходя к ней. Она обняла Анну за плечи. — Это были чертовски трудные несколько часов, не так ли?
Это был один из способов выразить это. Анна без предупреждения переходила от одной эмоции к другой. Она была опустошена. Ее мысли были в хаосе. Она сделала несколько судорожных вдохов, достаточных, чтобы восстановить самообладание, не вдыхая больше частиц пыли.
— Я не могу успокоиться! Мы только что слышали одну и ту же историю, не так ли? — Анна недоверчиво посмотрела на Лиззи и стряхнула ее руку. — Когда ты все это узнала, Лиззи? Или ты приехала сюда, уже зная ответы?
— Нет, честно; я была в таком же неведении, как и ты, во всяком случае, пока не добралась до Мейплдона. Затем пришло медленное, ползучее осознание того, что все было не так, как казалось вначале. Как только я встретила Билли и выслушала его версию, часть лжи выплыла наружу. Затем он рассказал мне истории, которые потрясли фундамент, который я построила, заставили меня усомниться в том, что, как я думала, я знала. Конечно, это было не все от Билли. Пэт также помог заполнить некоторые пробелы. Как и Гвен из «Булли Бартон». Я была удивлена ее знанием жителей деревни, поскольку она относительный аутсайдер, хотя, я думаю, большая часть этого была основана на сплетнях. Но те, кто присутствует здесь сегодня вечером, подтвердили, что большинство из них — правда.
— Собери вместе комнату, полную людей, — все они пытаются скрыть секрет, — выдвини одно обвинение и наблюдай, как начинается паника», — сказал Билли. — Не требуется много времени, чтобы первый человек сломался, а за ним последовали остальные; правда обычно выплывает наружу, каждый пытается обвинить другого. Инстинкт самосохранения в лучшем виде.
— Именно поэтому я попросила всех собраться здесь. Это был самый быстрый способ связать все нити воедино, добраться до сути дела, — сказала Лиззи.
— Это заняло слишком много времени, но, по крайней мере, теперь у нас
