это то же, что для немцев кухня французская. Легендарная минеральная вода боржоми, которой лечили свои желудки еще русские цари, от Калининграда до Владивостока считается подходящей для борьбы с любыми расстройствами и похмельем. Еще во времена Шеварднадзе[499] сближение Грузии с НАТО и Западом слишком сильно раздражало Россию. Москва с беспокойством смотрела на то, как быстро американские солдаты появились в стране, которая ранее была сферой ее интересов: хотя это было сравнительно небольшое количество инструкторов, символическое значение события оказалось огромным, особенно когда США начали поставлять Тбилиси оружие и военное снаряжение. То, на что Москва сама толкнула традиционно дружественную к русским — в отличие от стран Прибалтики — Грузию, ошеломило наблюдателей. Еще в 2002-м в Тбилиси боялись ударов российской авиации, после того как Путин стал угрожать Грузии войной за ее якобы помощь чеченским сепаратистам.
Как и предполагалось, и без того напряженные отношения между Тбилиси и Москвой еще более ухудшились после того, как у руля государства встал Михаил Саакашвили, учившийся в США и полностью ориентированный на Запад. Как только он победил на выборах, многочисленная неистовая толпа женщин, вероятно, сделала низкорослого Путина своим злейшим врагом, обозвав его «Лилипутиным». Саакашвили выступил с опровержением, но сам факт не добавил сторонам желания помириться. Получивший адвокатское образование Саакашвили провозгласил возврат Абхазии и Южной Осетии своим важнейшим приоритетом и тем самым припер себя к стене, поскольку Кремль начал выдавать жителям обоих кризисных регионов российские паспорта.
С 2004 года на границе Грузии с Южной Осетией не прекращались столкновения, в том числе вооруженные, в провоцировании которых стороны обвиняли друг друга.
В феврале 2008-го ситуация ухудшилась. В апреле грузинский беспилотник вторгся в воздушное пространство Абхазии и был сбит российскими истребителями. Оба события нарушили соглашение с Москвой от 1994 года. В мае Кремль посылает в Абхазию железнодорожные войска, которые должны обновить рельсовый путь в Россию. Это снова беспокоит Саакашвили, и он по тревоге приводит армию в боевую готовность. В дальнейшем практически ежедневно возникают военные столкновения вдоль границ обоих регионов. Нападениям подвергались даже сотрудники ОБСЕ. Третьего июля от взрыва бомбы погибает Нодар Билибов, начальник полиции села Дменизи в Южной Осетии. Через несколько часов — новый удар, теперь по начальнику прогрузинского «антиправительства» Дмитрию Занакоеву. Ранены также трое грузинских полицейских[500]. В результате два дня стороны продолжают забрасывать друг друга гранатами, а затем российские самолеты вторгаются в воздушное пространство Грузии. Россия демонстративно нарушает условия соглашения. «Этот маневр позволит нам охладить горячие тбилисские головы», — официально заявляет российское министерство иностранных дел. Грузия отзывает своего посла из Москвы, а Кремль отчитывает ежедневную газету «Коммерсантъ» за выступления о том, что Россия якобы «начала неприкрытую агрессию в отношении Грузии» и что «циничные заявления МИДа» нарушают «все пределы»[501].
15 июля Москва начинает крупномасштабные военные учения на границе с Грузией. Задействовано 8000 человек и 700 транспортных средств. В тот же день по другую сторону границы 1000 грузинских, 600 американских и несколько десятков азербайджанских, армянских и украинских солдат также проводят маневры, называемые ими «Достойный ответ»[502]. Двадцать седьмого июля представители миротворческих сил и наблюдатели от ОБСЕ отправляются в поселок Чорбаули. Они хотят проверить информацию о том, что южноосетинские войска нелегально возводят укрепления. Но выполнить задуманное им не удается: войска Южной Осетии перекрывают им путь, совершая предупредительные выстрелы прямо над их головами[503]. Тридцать первого июня вследствие разрыва бомбы на границе ранены шестеро грузинских полицейских. Возникают ожесточенные вооруженные стычки, есть убитые и раненые. Обе стороны сообщают о вооруженных нападениях на своей территории, каждая обвиняя при этом противную сторону в развязывании конфликта. Напряженность возрастает с каждым днем.
В день открытия Олимпиады в Пекине, 8 августа, стало очевидно: началась война. Генерал Мамука Курашвили объявил, что грузинские войска переходят в наступление по всему фронту с целью восстановления в Южной Осетии конституционного порядка, то есть использовал ту же фразеологию, что и Путин, вводя в свое время войска в Чечню. Тем самым Москва была вынуждена выступить в роли агрессора. Президент Михаил Саакашвили отзывает своего генерала и дезавуирует его заявление. Грузинская версия событий известна лишь фрагментарно: артиллерия Южной Осетии в течение нескольких дней обстреливала ближайшие грузинские села. В ночь на 8-е августа интенсивность обстрела повысилась и вместе с тем большое количество российских войск вторглось на территорию Грузии через Роки-туннель — единственный легкодоступный для переезда пункт на грузинской границе. О том, что происходило в дальнейшем, мы имеем противоречивую информацию даже из самого Тбилиси: кто говорит, что грузины перешли в наступление, чтобы остановить российские войска, кто говорит, что наступали осетины, а грузины только оборонялись.
Московская версия отличается кардинально: на рассвете неожиданно заработала грузинская артиллерия, войска Тбилиси вошли в столицу Южной Осетии — город Цхинвали, погибло 2000 гражданских лиц. Российские военные оказались вынуждены выступить на защиту собственных миротворцев и мирного населения.
К настоящему времени не известно, какая из версий соответствует истине — российская или грузинская. Не вызывает, однако, сомнения, что российские войска проникли в глубь территории Грузии. Девятого августа российская авиация бомбила объекты глубоко в грузинском тылу. Тем самым Москва фактически вела войну против соседнего государства.
Многолетняя практика выдачи российских паспортов жителям Абхазии и Южной Осетии дает Кремлю основание для оправдания сделанных захватов. Теперь уже речь идет о защите российских граждан, заявил президент Дмитрий Медведев. При этом казалось, что он старается сдерживаться. В то время как его политический воспитатель Путин в далеком Пекине на Олимпиаде первым отреагировал на конфликт и, как обычно, в агрессивной манере стал требовать возмездия, Медведев только через несколько часов выступил с обращением: размеренно и спокойно говорил он о гуманитарных проблемах, а не о мести.
Как и в Москве, многолетний тлеющий конфликт на Кавказе применяется в политических целях и внутри самой Грузии. Критики обвиняют Саакашвили в том, что он использует международную напряженность для отвлечения внимания от социальных проблем и проявлений собственного авторитаризма. В отличие от своего предшественника Эдуарда Шеварднадзе, молодой и горячий глава грузинского государства легко реагирует на провокации со стороны России и сам не боится дразнить, а иногда даже унижать могущественного соседа.
По российскому телевидению конфликт на Кавказе усиленно раздувается: государственный канал «Россия» твердит, что это весь Запад пошел на Россию войной, прежде всего на информационном уровне. Невинные российские миротворцы в Южной Осетии становятся жертвами нападений грузинских варваров. Телепередачи из Москвы создают впечатление, что грузины будто бы собирались уничтожить все население Цхинвали, а от города
