Крестная смерть Учителя произвела поэтому на Фому особенно тяжкое, удручающее впечатление: он как бы закоснел в убеждении, что утрата Его невозвратна. Упадок духа его был столь велик, что он даже не был с прочими учениками в день воскресения: он, видимо, решил, что уже незачем быть вместе, так как все кончено, все распалось и теперь каждый из учеников должен по-прежнему вести свою отдельную, самостоятельную жизнь. И вот, встретив других учеников, он вдруг слышит от них:"Видели Господа". В полном соответствии с своим характером, он резко и решительно отказывается верить их словам. Считая воскресение Своего Учителя невозможным, он заявляет, что поверил бы этому только тогда, если бы не только видел своими глазами, но и осязал своими руками язвы гвоздичные на руках и ногах Господа и прободенное копьем ребро Его."Вложу руку мою в ребра Его" - из этих слов Фомы видно, что рана, нанесенная Господу воином, была очень глубока.
Спустя восемь дней после первого явления Господа десяти апостолам, Господь снова является,"когда двери были заперты", по-видимому, в том же доме. На этот раз и Фома был с ними. Может быть, под влиянием обращения с другими учениками, упорное неверие начало оставлять его, и душа его мало-помалу становилась вновь способной к вере. Господь и явился для того, чтобы воспламенить в нем эту веру. Став, как и в первый раз, совершенно неожиданно среди Своих учеников и преподав им мир, Господь обратился к Фоме:"Подай перст твой сюда и посмотри руки Мои"… На сомнения Фомы Господь отвечает Его же собственными словами, которыми он обуславливал свою веру в Его воскресение. Понятно, что уже одно это знание Господом его сомнений должно было поразить Фому. Господь к тому же прибавил:"И не будь неверующим, но верующим", то есть: ты находишься в положении решительном: перед тобой сейчас только две дороги – полной веры и решительного ожесточения духовного. В Евангелии не сказано, осязал ли действительно Фома язвы Господа – можно думать, что осязал – но так или иначе, вера возгорелась в нем ярким пламенем, и он воскликнул: "Господь мой и Бог мой!" Этими словами Фома исповедал не только веру в Воскресение Христово, но и веру в Его Божество.
Однако, эта вера все же основывалась на чувственном удостоверении, а потому Господь, в назидании Фоме, другим апостолам и всем людям на все будущие времена открывает высший путь к вере, ублажая тех, которые достигают веры не таким чувственным путем, каким достиг ее Фома:"Блаженны не видевшие и уверовавшие…" И раньше Господь неоднократно давал преимущество той вере, которая основывается не на чуде, а на слове. Распространение веры Христовой на земле было бы невозможно, если бы каждый требовал такого же удостоверения для своей веры, как Фома, или вообще не перестающих чудес. Поэтому Господь и ублажает тех, которые достигают веры одним только доверием к свидетельству словом, доверием к учению Христову. Это – лучший путь веры.
Этим повествованием св. Иоанн заканчивает свое Евангелие. Следующая 21-я глава написана им позже, спустя некоторое время, как думают, по поводу слуха о том, что ему определено жить до второго пришествия Христова. Теперь же св. Иоанн заключает свое повествование свидетельством о том, что"много сотворил Иисус пред учениками Своими и других чудес, о которых не написано в книге сей" - хотя св. Иоанн и поставил себе целью дополнить повествование первых трех Евангелистов, но и он записал далеко не все. Он, однако, считает, как видно, что и написанного вполне достаточно,"дабы вы уверовали, что Иисус есть Христос, Сын Божий, и, веруя, имели жизнь во имя Его" - и того немногого, что записано, довольно для утверждения веры в Божество Христово и для спасения через эту веру.
Явление при Тивериадском море (Иоанна 21:1-14)
Еще до Своих страданий Господь предупреждал Своих учеников, что по воскресении Своем Он явится им в Галилее. Это же сказали и ангелы, находившиеся у гроба Господня, женам-мироносицам (Матф. 26:32 и 28:7). Пробыв полностью все восемь дней праздника Пасхи во Иерусалиме, апостолы отправились в Галилею, где, вполне естественно, занялись опять своим прежним ремеслом – ловлей рыбы на Геннисаретском озере, что давало им пропитание.
Здесь"опять явился Иисус ученикам Своим при море Тивериадском". Это было, по счету св. Иоанна, третье явление Господа Своим ученикам, собранным вместе. На этот раз их было семеро: Симон Петр, Фома, Нафанаил, сыны Зеведеевы, то есть Иаков и Иоанн, и еще двое, которые не поименованы. По смирению, св. Иоанн ставит себя с братом, при этом перечислении, на последнем месте, не указывая и имен их, в то время как всюду в других Евангелиях они ставятся обычно после Андрея и Петра. Целую ночь трудились апостолы, ловя рыбу, но ничего не поймали. Это, несомненно, должно было напомнить им ту ночь, которая, по сказанию св. Луки (5:5 и д.), три года тому назад предшествовала их избранию на апостольское служение. И в этот раз опять повторилось нечто подобное.
"А когда уже настало утро, Иисус стоял на берегу; но ученики не узнали, что это Иисус" - выражение внезапного явления. Ученики Его не узнали, быть может, потому, что и в этот раз Он явился, как и Луке с Клеопой,"иным образом", или же просто потому, что еще не рассеялся вполне мрак ночи или утренний туман."Дети! Есть ли у вас какая пища?" обратился к ним Господь, разумея под"Пищей", как видно из дальнейшего, рыбу. В ответ на их отрицание Господь предложил им закинуть сеть"По правую сторону лодки", и вновь повторилось уже пережитое ими три года тому назад чудо: они не были в состоянии вытащить сеть из-за множества попавшейся рыбы. Это чудо, как и первое, несомненно, должно было прообразовать собой их будущую плодоносную апостольскую деятельность, в которой они, трудясь сами, должны были вместе с тем во всем руководствоваться указаниями Господа.
"Тогда ученик, которого любил Иисус", то есть Иоанн, как он не раз называет себя, пораженный этой чудесной ловлей, сразу почувствовал своим сердцем, Кто этот таинственный незнакомец, стоявший на берегу, и сообщил свою догадку Петру:"Это Господь!" Не дерзая предстать перед Господом обнаженным, Петр опоясался"одеждой", то есть верхней одеждой, чтобы одеть ее на себя при выходе из воды, и бросился в море, дабы выйти на берег к Господу. Из этого мы видим особенности характеров этих двух Апостолов: Иоанн – возвышеннее, Петр – пламеннее, Иоанн более способен к созерцанию, Петр – решительнее в действии,"Иоанн проницательнее", – говорит бл. Феофилакт,- "Петр пламеннее; Иоанн первый узнал Господа, а Петр первый поспешил к Нему".
Другие ученики тем временем приплыли на лодке, таща сеть с рыбой, которой было так много, что они не решались втащить сеть в лодку, чтобы она не опрокинулась под тяжестью пойманной рыбы, а потому тащили сеть к берегу, где удобнее было вытащить ее, безо всякого риска.
"Когда же вышли на землю, видят разложенный огнь и на нем лежащую рыбу и хлеб", - Господь опять чудесно приготовил им, голодным, пищу, но желая, чтобы они вместе с тем вкусили и от плодов рук своих, сказал:"Принесите рыбы, которую вы теперь поймали". Симон Петр возвратился к лодке и, вероятно, с помощью других учеников вытащил на берег сеть, в которой оказалось сто пятьдесят три рыбы. Видимо, чудесным было и то, что при таком количестве сеть не порвалась. Во всяком случае, надо полагать, что эта чудесная ловля произвела сильнейшее впечатление на Иоанна, если он даже запомнил на всю жизнь количество пойманной рыбы. Должно быть, из особого благоговения, пораженные всем происшедшим, апостолы стояли в некотором почтительном отдалении от Господа, почему Он и пригласил их подойти ближе и начать трапезу словами:"Приидите, обедайте". Должно быть и Сам Иисус находился в некотором отдалении, потому что дальше сказано:"Прииде же Иисус". Как хозяин, Он стал угощать апостолов, давая им вкушать приготовленный хлеб и рыбу."Из учеников же никто не смел спросить Его: ‘Кто Ты?’ зная, что это Господь" - нечто необычайное видели ученики в явившемся Господе: Он не был, очевидно, вполне похож на такого, каким они всегда привыкли Его видеть, как тело Его по воскресении было особенным, прославленным, исполненным особого величия и Божественности, но они знали, что это, несомненно, Он.
Восстановление апостола Петра (Иоан. 21:15-25)
"Когда же они обедали, Иисус говорит Симону Петру: Симон Ионин! Любишь ли ты Меня больше, нежели они?"- Симон больше всех обещал Господу, перед Его страданиями, свою верность:"Если и все соблазнятся о Тебе, я никогда не соблазнюсь" (Матф. 26:33);"Я душу мою положу за Тебя" (Иоан. 13:37);"Хотя бы мне надлежало и умереть с Тобою, не отрекусь от Тебя" (Марк. 14:31);"С Тобою я готов и в темницу и на смерть идти" (Луки 22:33). Несмотря на все эти горячие уверения, Петр трижды отрекся от Господа и этим, конечно, лишился своего апостольского звания и апостольских прав – перестал быть апостолом. Это отмечает, несомненно, со слов ап. Петра, и Евангелист Марк, который повествует, что ангел, явившийся женам-мироносицам, говорит:"Но идите, скажите ученикам Его и Петру…", выделяет Петра, как отпавшего чрез отречение от лика апостольского, ставя его на последнее место, после остальных апостолов.
