— Но ваши слуги ночевали на чердаке, — запротестовал было Родерик. — Там сухо и тепло, так что вполне можно жить.
— Если на нас нападут, — объяснила Фиона, — ты просто не успеешь сбежать вниз. Лучше держаться всем вместе. Родерик, сообразив, что хозяйка права, сдался.
— Йан может спать в зале, — предложил он. — У парнишки уши не хуже, чем у лиса. Слышит, как перо выпало из птичьего крыла, прежде чем сама пташка сообразит, чего лишилась, — с улыбкой сообщил он.
Стены оказались крепкими, крыша не протекала, внутри было чисто и, несмотря на убогую обстановку, достаточно уютно. Каждый день они пополняли запасы топлива. Кладовая, хоть и не была забита до отказа, по крайней мере не пустовала. Однако Фиона понимала, что им не протянуть зиму на привезенных из Найрн-Крэг припасах. Надо купить хотя бы самое необходимое.
Они отыскали остов старой повозки, брошенной при отъезде, поскольку лэрд тогда дал им коней и перевез слуг в своей тележке. Отец с сыном снова взялись за топоры и вскоре объявили, что готовы спуститься с горы в близлежащее поселение.
— В десяти милях от Бре, — рассказала Фиона, — есть деревня, где по средам бывает базар. Там мы сможем приобрести все, что нам нужно. Родерик, попробуй найти кур-несушек, дойную корову, несколько мешков с мукой, чтобы растянуть наш запас зерна, большую корзину яблок и все, что еще сумеешь добыть, лишь бы хватило до весны. Будь осторожнее, не болтай зря, а если тебя заподозрят, говори всем, что пришел с севера и твой дом сожгли горцы-предатели, прежде чем солдаты короля успели прийти на помощь. — Сунув руку в карман, она вытащила несколько монет. — На это можно скупить хоть весь рынок.
Родерик с сыном отсутствовали два дня и вернулись с пестрой коровой, привязанной к задку повозки. Рядом со скрипучей колымагой бежали две борзые.
— Сука уже старая, а ее последний щенок окривел. Зато отдали за бесценок, — подмигнул Родерик. — Конечно, это не бог весть что, но зато они сразу расслышат шаги чужака, да и поохотиться с ними еще можно. — Погладив собак, он полез в повозку и достал корзину. — Я нашел ее и малышей на обратном пути. Подумал, может, девочкам понравится. Будет с кем играть.
Мэри и Джоанна дружно завизжали при виде черной кошки с белым пятном на груди и двух котят — одного тигровой масти, а другого белого с рыжими подпалинами.
— Что ж, зато мыши не заведутся, — сухо заметила Фиона. Родерик Ду оказался весьма разумным и экономным хозяином. Кроме того, что заказала Фиона, он привез несколько мешков лука, корзину груш, два окорока, шесть небольших головок сыра и пряности, не говоря уже о том, что половина тележки была нагружена торфом, поверх которого стояли бочонки с элем и один с вином. Следующие день-два обитатели башни старательно перетаскивали все в кладовую и развешивали на хранение, а кошки с собаками осваивались в новом доме.
Родерик расчистил часть стены и, используя камни и бревна от разрушенных хозяйственных построек, пристроил к ней конюшню и хлев для коровы, а потом вместе с Йаном покрыл крышу. Несушек решили держать в доме, подальше от лис и хорьков.
— Теперь мы спокойно переживем зиму, — с облегчением сказала Фиона. Семья только что поужинала, и Нелли убирала посуду. — Никто нас здесь не найдет. Весной, Родерик, вы с Йаном отправитесь в Перт проверить, положил ли король на мое имя пятьсот серебряных марок. Вряд ли мы получим скот, хотя я непременно наберусь смелости спросить и об этом.
— Почему вы считаете, что король сдержал обещание, госпожа? — с сомнением протянула Нелли. — Вы же договаривались, что вам починят дом, но сами видите, он и не подумал прислать работников.
— Остается лишь молить Бога, чтобы Яков не обманул меня, — вздохнула Фиона.
Зима выдалась холодной, но не слишком суровой. Время от времени они слышали волчий вой, но лай собак, по-видимому, отпугивал хищников. Они не голодали, но и не ели досыта. Фиона и Нелли тщательно распределяли каждый кусочек, и ничего не пропадало зря.
Пятого марта Джоанне исполнилось два года. В июне Алистеру будет пять, а Мэри в сентябре — четыре. Найрн-Крэг постепенно стирался из памяти детей, и теперь они почти не спрашивали, когда приедет отец. Они жили в совершенном уединении, никого не видели, новости до них не доходили.
Но как-то майским утром из леса вышел смутно знакомый человек. Он шагал, громко насвистывая веселую мелодию. Коричневая сутана развевалась на ветру. Дети заметили его первыми и, испугавшись, побежали звать Родерика Ду. Шотландец выскочил наружу, размахивая палашом, но, завидев пришельца, отдал оружие сыну и почтительно склонился перед отцом Нинианом.
— Откуда вы узнали, где нас искать? — удивился он.
— Леди Фиона рассказала мне свою историю, когда мы впервые встретились.
В дверях возникла улыбающаяся Фиона, — Добро пожаловать, наш добрый отче, — приветствовала она. — Входите и утолите жажду вином. Вы погостите у нас?
— С радостью, — согласился священник, оглядывая обитателей башни. Худые, бледные, но не изможденные, и уж конечно, не сломленные. Он так тревожился за Фиону, когда узнал об уничтожении Найрн-Крэг! Однако кузен заверил его, что отдал Фионе, ее детям и слугам лошадей и позволил взять из замка все, что смогут унести. Яков считал, что поступил весьма великодушно, но отец Ниниан не преминул указать ему, что женщине с тремя малышами нелегко выжить зимой без крыши над головой.
— Расскажите нам все новости! — потребовала Фиона, когда Ниниан уселся у огня с чашей вина. — Вы первый посторонний человек, кого я увидела с той минуты, как мы покинули Найрн-Крэг. Родди и Йан по крайней мере спускались в деревню за припасами.
Отец Ниниан осмотрелся. Обстановка весьма скудная. Один» высокий стол»с длинной скамьей. Он сидел на единственном стуле. На виду расставлены шесть серебряных чаш, крестильный подарок владетеля Островов Алистеру. Все очень просто, если не сказать — бедно. Священник грустно вздохнул.
— Мятеж подавлен, — начал он, — по крайней мере пока. В канун дня Святого Августина, в ноябре, Александр Макдоналд явился в церковь Святого Креста в Эдинбурге, одетый лишь в длинную рубашку и штаны. В церкви негде было яблоку упасть. Владетеля Островов принудили встать на колени перед алтарем и протянуть королю палаш, держа его за кончик острия. Яков Стюарт взял палаш за рукоятку и сломал. Владетель Островов молил прощения у его величества, признал свои грехи и во всеуслышание объявил, что за все преступления заслуживает смерти. Король, очевидно, с радостью казнил бы его, если бы не заступничество королевы. Макдоналда заключили в замок Танталлон в восточном Лотиане. Сия неприступная крепость, леди, защищена с двух сторон морем, а еще с двух — глубокими рвами и насыпями. Это твердыня Дугласов, которые опять в милости у монарха. Однако люди Александра в его отсутствие выбрали своим предводителем Доналда Баллаха, его двоюродного брата, чтобы не допустить умаления власти и мощи владетеля Островов. Доналд Баллах — известный сорвиголова и смутьян. Горцы непременно восстанут снова.
