Читаем без скачивания Путь с небес - Вячеслав Шалыгин

– А я, возможно, стану Великой Княгиней, – оборвала его Татьяна.

«И ведь станет, – с тоской подумал Горох. – Глазом не успеешь моргнуть».

– Сергей Павлович может вызвать меня в любую секунду.

– К тому времени вы уже вернетесь. – Она одарила Гороха царственной улыбкой. – Или у наших новых офицеров в порядке вещей отказывать дамам?

Ответить на этот выпад Горохов мог в два счета. Да еще так ответить, что эта возомнившая о себе девица… Лейтенант кисло улыбнулся и отвесил поклон. Нет, он ничего не мог ответить или сделать. Эта редкой красоты княжна… Эта цветущая барышня, двадцати пяти лет от роду… Она его «построила»! Это был позор всему военному космофлоту, но так уж распорядилась судьба.

– Я в вашем распоряжении, сударыня. – Все, что он мог предпринять, чтобы не лишиться самолюбия напрочь, это взглянуть на часы. – Правда, лишь на ближайшие десять минут.

– Помогите Марии донести вот это. – Татьяна указала на громоздкую коробку и, навылет прострелив гордость Гороха еще одной неотразимой улыбкой, скрылась в апартаментах.

Адъютант был убит и растоптан. Он шел, обливаясь потом, прижимая к тщательно отутюженному кителю неудобную, тяжелую коробку, и проклинал себя за малодушие. «Нашла носильщика! Рядового не могла позвать?! Или все роботы во дворце сломались? Великосветские дамы! Чуть что, офицера им подавай! Мельче лейтенанта они чинов не знают! Но, черт возьми, как ей удалось запрячь меня в хомут?! Меня, царя Гороха! Которого не сломили ни гауптвахта летного училища на Каллисто, ни рудники на Торбане! А как же мое чувство мужского достоинства? По каким кусочкам его теперь собирать? Эй, мужское достоинство, ты еще живо? Вот, не плюй в колодец, лейтенант Горохов! Возомнил себя неотразимым ловеласом – получи сдачи… Сейчас донесу эту хренотень и сразу же позвоню в ателье! Доколе, действительно, можно тянуть с платьем?! Катя же волнуется…»

Воротова всеобщая суета не трогала. Завтрашнее торжество имело особое значение только для тех, кто не понимал всей глубины той бездны, в которую падали ОВК и уцелевшие Колонии. Полковник знал гораздо больше придворных и даже многих генералов, а потому все его внимание было сосредоточено на изучении данных разведки.

– Ваш парадный мундир, господин полковник. – Девушка-лейтенант дворцовой охраны продемонстрировала Воротову затянутый в полиэтилен белоснежный мундир. Раньше Игорь носил черную униформу спецвойск армии Каллисто. Теперь ему полагалось одеваться в общевойсковую форму ОВК. Хотя бы на парады и торжественные мероприятия.

– Повесьте где-нибудь, – полковник оторвался от бумаг и кивнул в сторону стенного шкафа.

– В приказе был пункт о шевроне… – Девушка развернула упаковку так, чтобы Игорь видел рукав кителя. В новую форму вместе с полковником переоделись все бойцы спецназа Каллисто, теперь это подразделение получило статус личной гвардии Великого Князя, но по просьбе Игоря Преображенский не стал придумывать им новую отличительную символику. Гвардейцы перенесли со старой черной униформы на новую свои нарукавные шевроны: круглый золотой щит с черной скалящейся пантерой в центре и надписью по краю «Каллисто. Спецвойска».

– Все правильно, – Воротов кивнул. – Свободны…

Мадемуазель лейтенант повесила мундир в шкаф и, бросив на полковника «уточняющий» взгляд – не изволит ли он что-то добавить? – вышла. Игорь снисходительно покачал головой. На Каллисто женщины в армии были редкостью. Только на незначительных должностях и в ранге служащих. Им даже не полагалось никаких званий. Земля в этом плане всегда отличалась особой демократичностью. Здесь можно встретить даже боевых специалистов в юбках, а уж о штабных дамах нечего и говорить. Катастрофа эту традицию только укрепила. В условиях жесткого дефицита кадров не до половых различий. И все же Воротов никак не мог к этому привыкнуть. Слишком уж патриархальное было у него воспитание. Женщина в форме вызывала у него двоякие чувства. С одной стороны, форма дамам шла не меньше, чем кавалерам. Но с другой… война – это кровь и грязь, серые будни походов и безжалостные вспышки сражений. Это лишенные эмоций приказы, зачастую посылающие людей на верную гибель, и никакого снисхождения, никому, вне зависимости от пола. Если в глубине души ты почти романтик – хотя бы по отношению к дамам, – все эти нюансы будут тебя тяготить…

Воротов постарался снова сосредоточиться на сводках и рапортах, но у него не получилось. Девушка-лейтенант вызвала в сознании цепь ассоциаций, которая привела к Нине и Лизе… Они тоже пали жертвами войны. Тайной, диверсионной, но оттого не менее жестокой, чем открытые схватки на планетарных полях или в космосе. Игорь до сих пор скорбел не меньше, чем князь. И по Нине, и по Лизе… Кому-то это могло показаться странным, но полковник об этом не распространялся…

Дела! Вот что могло отвлечь от грустных мыслей. Воротов встряхнулся и снова взялся за бумаги.

– Разрешите… – одновременно с троекратным стуком раздалось от порога.

Игорь поднял голову и внимательно посмотрел на вошедшего. Он никого уже не ждал, время было позднее, но, разглядев визитера, только молча кивнул и указал на кресло перед своим столом. Припозднившийся офицер прошел и сел. Воротов его не знал, но это было естественно. Откуда полковнику армии Каллисто знать всех полицейских лейтенантов Колонии Терция. Судя по форме, это был один из них.

– Лейтенант Осокин, – вставая, запоздало представился гость.

– Садитесь, – приказал Игорь. – Докладывайте.

– Согласно приказу штаба Ударной группировки, сводный патрульный отряд Терции провел разведку на Деа… – Лейтенант заметно волновался. – Я прилетел с рапортом…

Полковник усмехнулся. Начало «рапорта» было не слишком четким. Впрочем, что взять с полицейского?

– Почему вы? И почему не отправили рапорт по гиперсвязи?

– Кроме меня, никого не осталось… а по связи… я не смог бы сформулировать.

– А так, устно, сможете? – Воротов удивленно выгнул бровь, но тут же спохватился: – Постойте, как это – никого не осталось? Вы же вылетали целым отрядом.

– Так точно. – Осокин нервно улыбнулся и положил на стол инфокристалл. – Вылетали… да… только вернулся я один. Вот здесь внешние видеозаписи бортового кибера. Только корабль стоял далековато от места, и на записи виден лишь средний план. Вблизи это было совсем… кошмарно. Поверьте, господин полковник, я видел всякое, но это…

– Стоп. – Воротов понял, что дело серьезное. – Сейчас я позову князя и генерала Барышева. И вы расскажете обо всем с самого начала. Выпейте пока.

Он поставил перед лейтенантом бокал и щедро плеснул в него коньяка.

– Я не пью, ваше высокоблагородие, – лейтенант покачал головой.

– Тогда кофе?

– Да, благодарю.

– Лейтенант! – крикнул Воротов, забыв, что есть интерком.

– Слушаю, – снова возникла в кабинете девушка.

– Кофе господину офицеру и отправьте срочный вызов генералу Барышеву. От имени Великого Князя.

– Вызвать сюда?

– Да, и как можно быстрее! – Игорь встал и похлопал Осокина по плечу. – Сосредоточься пока, а я схожу за князем.

– Я постараюсь… – Осокин слабо улыбнулся. – Только… время уходит, господин полковник. Разрешите, я пока начну диктовать.

Он взглядом указал на видеокамеру системы внутренней дворцовой безопасности.

– Что-то не так? – Воротов внимательно взглянул на полицейского. Он был несколько бледноват, но явно не ранен. – Инфекция?

– О нет, это не заразно. – Осокин слабо улыбнулся. – Меня проверили в карантинной зоне. Но времени у меня действительно маловато. Я объясню это в процессе рассказа… э-э… рапорта.

– Хорошо, диктуйте пока официальную сводку, цифры, данные… Художественное изложение приберегите для аудитории.

Аудитория сформировалась довольно быстро. Барышев оказался неподалеку – он инспектировал процесс подготовки главной площади. Преображенский понял все без дополнительных разъяснений, стоило Воротову сказать: «С Деа возникли проблемы…» Когда они вошли в кабинет Игоря, полицейский уже заканчивал диктовать сводку.

– Здравствуйте, Осокин, – Великий Князь пожал ему руку и уселся напротив.

Барышев расположился справа, а Воротов занял свое место за столом.

– Рассказывайте, – приказал Сергей. – Подробно.

– Если успею, – Осокин виновато развел руками, – они коснулись меня лишь походя. Даже не коснулись, только обдали волной горячего и какого-то вязкого воздуха.

– Вязкого? Кто – они? – нетерпеливо спросил Воротов.

– Постой, – прервал его князь, не спуская глаз с полицейского. – Осокин, постарайтесь сосредоточиться. Это очень важно.

– Я и сам понимаю, ваша светлость. – Лейтенант мельком взглянул в зеркальную дверцу шкафа. – Видите, бледнею? Это и есть самое важное. Все остальные уже растворились. Остался лишь я…