ним. Сказать, что брат был убит горем – это ничего не сказать! Он просто не хотел жить дальше! Мать с отчимом не знали, что с ним делать. По правде говоря, нам тоже не удалось его утешить. Да и как тут утешишь – поднять Лэйнистрат из могилы было не в наших силах, время вспять не повернуть. Разве что...
Да, тут-то мы и вспомнили о соктавском временно́м портале. Если переместиться во времени назад и не дать Лэйнистрат погибнуть... Гилларт ухватился за идею руками и ногами. Конечно, мы не могли лишить брата единственного шанса и решили отправиться на Соктаву вместе с ним. Один он бы в жизни не нашёл портал туда, да и путешествие предстояло не из лёгких – пересечь пол-Земли своим ходом, а не на спине дракона. К тому же Гилларта на Соктаве никто не знал – раньше там бывали только мы с Кронсталлом.
Но всё оказалось не так просто, как виделось нам. Тяготы дальнего пути – это ещё полбеды. До портала мы вообще удачно добрались в тот момент, когда он был открыт. Однако драконы явили нам чудеса сочувствия – в том смысле, что наотрез отказались помогать. Они в один голос твердили, что прошлое изменятьнельзя. Но разве ж нас каким-то «нельзя» остановишь!..
В общем, я украл ключи – благо раньше уже протоптал к ним дорожку. А чтобы в дальнейшем не зависеть от драконов, мы решили изготовить себе копии ключей от Воолло.
Итак, раздобыв ключи, скакнули куда-то в будущее. Раз уж посещение прошлого таит в себе опасность на каждом шагу, предпочли туда без необходимости не соваться. А если бы остались в настоящем – наверняка драконы отыскали бы нас и отобрали ключи раньше, чем мы успели бы сделать их копии.
— Минуточку, что значит «уже протоптал дорожку к ключам»? — перебил его явно озадаченный Розовский. — Или в те времена они хранилисьнеза Коридором Мадо?
— Да нет, именно за ним, — улыбнулся Адельвурт.
— И ты егопрошёл?! — вытаращил глаза Розовский. — Но это... НЕВОЗМОЖНО!
— Коридор я прошёл ещё в свою бытность, как вы выражаетесь, дварра.
— Не суть важно! Его не мог пройти никто, кроме драконов! Или... или вы действительно сравнялись с нами по силе?!..
— Современные дварры нам точнонеровня, — безапелляционно возразил Инри. Однако тут же задумался: — Но это, так сказать, вторая волна, к тому же развивавшаяся на Сэйнорре, обособленно от альтеранской ветки. Быть может, на Альтеране дварры действительно добились ощутимо больших успехов?
— В общем, хотите – верьте, хотите – нет, а тысячу сто лет назад Коридор Мадо я прошёл, — свернул Адельвурт прения по теме.
— Можно узнать, с какой целью? — спросил Розовский. — Уже тогда планировал украсть ключи от портала времени?
— Нет, конечно. Просто стало интересно испытать себя.
— В молодости Адельвурт был жутким авантюристом, — вставила Рамария. — Риск определённо доводился ему родным братом. Иногда мне казалось, что даже роднее Кронсталла, — улыбнулась она.
— Вот и Лэйнистрат была такой же, — добавил Гилларт. — По счастью, гибель её изменила. Наконец-то она начала задумываться о последствиях.
— А можно обо мне не в третьем лице?! — обиделась девушка.
Супруг примирительно обнял её, зашептав что-то на ухо.
— Андрей, а что вообще за Коридор-то? — полюбопытствовал Элестайл. — Своеобразная охранная защита для ключей?
— В общем-то, да. Его строили с тем расчетом, чтобы, кроме драконов, до ключей не мог добраться никто. Но ещё у него имелась вторая функция.
— Какая?
— Дело в том, что драконьих кланов у нас было два – Мадо и Кодо. И испокон веков они не то чтобы враждовали, но очень жёстко соперничали друг с другом. Когда-то даже были строжайше запрещены любые межклановые отношения и уж тем более межклановые браки. Потом запрет отменили, однако женихам или невестам из Кодо предъявлялись некоторые условия: полное отречение от своего клана... и даже изменение внешности – на генном уровне. Все Мадо были темноволосыми, а Кодо, напротив, светловолосыми.
Вообще изначально Коридор создавался с тем расчётом, чтобы, если кто-то из Кодо и исхитрится добраться до ключей, то уже не сможет вернуться в свой клан, поскольку внешность у него станет как у Мадо.
— А это настолько принципиально? — усмехнулся Лонгаронель.
Розовский улыбнулся чуть грустно:
— Наверное, вам это кажется дикостью. Но для нас было принципиальней некуда. Каждый клан признавал только свой тип внешности, а противоположный считался вовсе низшим сортом.
— То есть типа только мы, темноволосые, голубая кровь, а эти, со светлыми волосами, так, просто недодраконы какие-то, — с ироничной улыбкой резюмировал Элестайл. — Ну и, соответственно, Кодо полагали ровно обратное.
Розовский кивнул.
— Кажется, теперь мне ясны корни твоей любви к Испании, — засмеялся Ростислав. — Ведь именно внешность испанцев как раз в твоём типе. Странно только, что обосновался ты не в Испании, а в России. Хотя, конечно, тут портал.
— Да нет, поначалу я всё-таки пытался обосноваться как раз в Испании. Но именно с испанскими магами у меня не сложились отношения. Тогда уж и решил перебраться поближе к порталу. — Розовский достал сигарету и закурил. — Смех смехом, а вкусы у меня и на Земле остались прежними. На протяжении трёхсот лет женщины мне нравились исключительно темноволосые.
— И только Инка!.. — засмеялся Ворон.
— Да, и только жена у меня – блондинка, — резко помрачнел Розовский.
— Вот, а говоришь, блондинки не нравятся, — заметила Лэйнистрат, не обратив внимания на произошедшую в нём перемену.
— Не нравятся. И Инка – в особенности! — бросил, нет, прямо-таки выплюнул Розовский. — Адельвурт, я вот чего не пойму... — сменил он тему, не имея ни малейшего желания продолжать предыдущую. — Если ты прошёл Коридор Мадо, почему глаза у тебя остались зелёными? Должны же были стать карими.
— Тень знает. На меня этот ваш Коридор вообще как-то странно воздействовал. Насколько я понимаю, гены должны были измениться и по наследству уже передаваться новые? Однако, хотя у меня самого после Коридора волосы и потемнели – от природы я был блондином, мои дети родились всё-таки блондинами. Но это ещё не самое странное – с возрастом их волосы потемнели до каштановых. Как будто они тоже проходили Коридор.
— Адельвурт, данная странная метаморфоза наблюдается в твоем роду до сих пор! — с
