- Они правы, - тихо выдохнула девушка, опуская голову. – Я все испортила.
Ее мама поссорилась с подругами из-за нее. Она хотела съехать, но в последний момент Лиса уговорил женщину с отчимом остаться. Последний хранил молчание, все чаще присматриваясь к парню и уже почти не задевая его словесно. Возможно решил, что были проблемы поважнее его собственных страхов.
- Эй! – она почувствовала, как Елисея переплел их пальцы, пока они сидели друг напротив друга за столом-стойкой, держась за руки. – Ничего ты не испортила. Херня все это. До этого пережили кризис и это переживем.
- Ты поссорился с семьей, с другом, мама не разговаривает с твоей, - всхлипнула Алиса, до побелевших костяшек сжимая пальцы и подняв на него лицо. – Что может быть хуже? Из-за меня разваливается ваша семья! Многолетняя дружба родителей! Если бы я сразу сказала…
Договорить она не смогла, захлебнувшись словами и с трудом уловила момент, когда Елисей расцепил их руки, перебравшись на ее сторону. Он крепко обнял Ежову со спины, зарываясь носом в волосы и осторожно покачиваясь с ней, пока Алиса плакала.
- Ничего, слышишь? Ты ничего не испортила. И не испортишь. Мамы как поссорились, так и помирятся. А отец так поступил специально, дабы вывести тебя из-под удара. Никто еще не снял наше участие с конкурса – мы лишь пропустили второй этап.
- И лишились возможности на победу, - шумно вздохнула Алиса, вытирая кончик покрасневшего носа ладонью, тяжело вздыхая. – Не факт, что допустят в следующий.
- Допустят, когда найдем виновного. А мы его найдем, обещаю.
Хорошо было бы верить его словам, потому что иного выбора у Ежовой не было. Обхватив пальцами запястье Лисы, девушка сжала его чуть крепче и подняла голову, вглядываясь в любимые, до боли красивые черты. Сложно поверить, но он пошел на отчаянный шаг и несмотря на все сомнения, обвинения и доказательства вины – остался на ее стороне. Она скользнула пальцами по мягкой ткани зеленого джемпера, ощутив его дыхание у своих губ, когда Лиса наклонился.
- Мне надо будет уйти. Ты не расстроишься? – спросил он осторожно, получив в ответ отрицательный ответ.
- Нет, - добавила к качанию головы Алиса, с сожалением отпуская Лису, отчаянно кусая губу, чтобы не попросить остаться с ней. В большой квартире Канарейкина, одной – ведь отчим уел расстроенную мать девушки проветрить голову.
- Вернусь поздно, надо съездить по делам. Новый поставщик мяса, что был на дне Открытых дверей – хочу еще раз посмотреть договор, - прижался ненадолго губами к ее губам, сжав плечо. – Точно все хорошо?
- Ага.
- И не вздумай лезть в интернет!
- Ладно.
Едва закрылась дверь и стало тихо, Алиса обхватила себя руками. Рассматривая черный ремешок смарт-часов на светлой поверхности стола, она снова всхлипнула, ощутив сбегающие по щекам горячие слезы. Пока за окном день сменялся вечером, девушка боролась с нарастающей паникой и страхом. Что если Лиса не вернется? Что если они так и не смогут решить проблему? И их родители не помирятся?
- Хрен редьки не слаще, Алис, - пробурчала про себя, в очередной раз набирая в поисковой строке запрос по взлому телефона.
Открывая одну ссылку за другой, погружалась в чтение непонятных значений и слов, которые и в школе то ей не очень давались. Теперь, по прошествии времени, тем более не было шансов. Едва ли не каждое второе или третье слово приходилось заносить все в ту же поисковую строку, ища его значение. Было тихо, грустно и очень одиноко. Отложив подальше планшет, девушка со вздохом поставила локти на стол, обхватив свою голову руками и зарываясь пальцами в волосах, ероша светлые пряди.
Несколько раз она прогулялась по квартире, заглядывая в комнаты и даже в гостевую, где спали родители. В их с Елисеем спальне уже не стоял привычный бардак. Утром они обычно опаздывали, не успевая заправить постель после парочки бурных «подъемов». Теперь же у Алисы была масса времени: она даже перегладила постельное белье! Точнее, загрузила им домашнюю паромашину и теперь шелковые покрывала был настолько гладкими, что ни единой складочки не появилось за день. Идеально ровный, роскошный синий шелк и точно такие же шторы, сейчас слегка колышущееся от потока воздуха из приоткрытого окна.
- Домохозяйка с меня тоже отстой, - проворчала, падая поверх покрывала и уставившись в потолок, задумчиво рассматривая софиты в виде звезд.
Если выключить главный свет, оставляя вспомогательный – они горели точно звезды на небе, таким мистическим голубоватым сиянием в ночи. Елисей утверждал, что они напоминали ему детство, когда им с родителями удавалось выбраться на природу подальше от городской суеты. Только семья, никого больше. И лежа в спальном мешке, он часто рассматривал звездное небо, пока его отец безуспешно разыскивал там млечный путь. Она задумчиво разглядывала каждый софит, приказав системе включать их по одиночке и скользя пальцем от одного к другому.
- Миндальная мука, кассонад, кофейная паста, темный шоколад, краситель… – проговаривала под нос, помогая собственному воображению готовить рецепт, на который в обычной жизни никогда бы не решилась.
Внезапное осознание пришло к ней где-то на середине приготовления кофейного бисквита с черным горьким шоколадом, как части одного большого и невероятно вкусного рецепта. И не песочное, и не бисквитное полностью с нежнейшим кремом, напоминающим маленькую, удивительную галактику в миниатюре.
Подскочив с места, девушка на секунду зажмурилась. Какой толк переводить продукты, если ее карьера в ресторане на волоске? Прикусила губу и оглядела спальню.
- Алиса Владимировна, администратор на первом этаже передает, что к вам прибыли гости. Они уже в лифте. Их двое: Анастасия Павловна и Владислав Сергеевич, - проскандировала система «мумный дом», вырвав Алису из потока навязчивых мыслей.
- Ко мне? – выдохнула удивленно, судорожно одергивая падающую с одного плеча лямку джинсового комбинезона с дырками на коленях.
- К вам, - потвердел электронный голос, и Ежова сорвалась с места, бросившись к входной двери, открыв ее за секунду до того, как палец Насти коснулся сканера для видеозвонка.
- О! – удивилась слегка Тасманова, вздрогнув и оглядев подругу с ног до головы. – Я думала придется дверь выбивать.
- Она угрожала сделать это моей головой, - закивал Радов рядом, проведя ладонью по рыжей макушке и тяжело вздыхая. – Злая женщина.
- Захлопнись, рыжий, - огрызнулась Настя, вручая ему свою сумочку в добавок к трем пакетам, что Влад держал в одной руке.
Бесцеремонно заставив отойти ошарашенную подругу в сторону, Настя буквально «вплыла» в коридор квартиры своего старшего брата во всем своем величии и великолепии. Повязанные в высокий хвост темные волосы и алая помада добавляла удивительно таинственный антураж ее присутствию, особенно, когда Алиса разглядела наряд лучшей подруги: черные спортивные треники, спортивная майка, перчатки с обрезанными пальцами и тяжелые берцы. Все это с таким видом, словно она королева, а не бомж при макияже с укладкой.
- Э-э-э-э, - потянула Ежова. Глаз непроизвольно дернулся, в пакетах что-то подозрительно загремело, когда Влад с таинственным видом кряхтя зашел в коридор и покосился на подругу, скосив глаза на Настину брендовую сумочку подмышкой.
- Вы что принесли? – озадаченно наклонила голову Алиса, убирая один из пактов, ахнув от его тяжести, затем содержимого.
- Успокоительное и антидепрессанты в бутылках, - отчеканила Настя, зорко покосившись на второй пакет. – Владик, неси это на кухню. У нас там будет штаб!
- Чего? – открыла рот Ежова, пропуская Радова, едва снявшего свои кроссовки и понесшего пакеты с шампанским в сторону кухни Елисея.
- Бухать будем, потом делать дела, - гордо крикнул парень, с грохотом ставя бутылки. – Не закрывай дверь, щас корги прибежит.
- Кто? – выпучила глаза Алиса, ощущая, как пакет оттягивает ей руку и цыкнув от боли в ладони, посмотрела на Настю, задумчиво высматривающую что-то на своих смарт-часах.
