Читаем без скачивания Вечная жизнь - Джек Вэнс

— Солнце сейчас на юге — это для нас лучший проводник.

Дерва Кориме еще раз пожала плечами, и они вошли в тень леса. Деревья высились над их головами, и солнечные лучи, с трудом пробиваясь сквозь густую листву, еще больше подчеркивали ощущение полумрака. Дойдя до небольшого ручейка, они пошли вдоль его берега и через некоторое время дошли до истоков широкой большой реки.

На берегу реки, неподалеку от привязанного плота, сидели четыре человека в лохмотьях. Кугель критически осмотрел Дерву Кориме и сорвал пуговицы из драгоценных камней с ее платья.

— Скорее всего — это бандиты, и мы не должны провоцировать их на преступление, хотя они и кажутся жалкими на вид.

— Еще лучше, если мы обойдем их стороной, — сказала Дерва Корине. — Они не более, чем звери.

Кугель пожал плечами.

— Нам нужен их плот и проводник через этот лес. Говорить придется в приказном тоне. Если мм будем просить и мяться, они решат, что у них есть выбор и станут неуправляемыми.

Он решительно пошел вперед, и волей-неволей Дерва Кориме вынуждена была пойти за ним.

Бродяги не стали выглядеть лучше при ближайшем рассмотрении. У них были длинные спутанные волосы, кривые лица с глазами, как у пчел, и ртами, из которых торчали гнилые желтые зубы. В общих чертах, вид у них был достаточно безобидный, и они наблюдали за приближением Кугеля и Дервы Кориме скорее с опаской, чем с враждебностью. Один из них, по крайней мере так казалось, был женщиной, хотя догадаться об этом по одежде, лицу и манерам поведения можно было лишь с большим трудом. Кугель отсалютовал им, как аристократ салютует своим подданным, и они в удивлении заморгали.

— Что вы за люди? — спросил Кугель.

— Мы называем себя базьякос, — ответил самый старый из них. — Это одновременно и название нашего племени, и нашей семьи. По привычке мы не делаем различия между этими понятиями.

— Вы — обитатели леса, знакомые со всеми его дорогами?

— Это хорошо и верно сказано, — согласился базьякос, — хотя наше знание невелико и относится только к этой части леса. Не забывай, что это — Великий Эрм, который тянется лига за лигой и никогда не кончается.

— Это неважно, — заявил Кугель. — Нам требуется лишь переправиться через реку, а там выйти на удобную и безопасную дорогу к южным землям.

Человек посовещался о чем-то со своей семьей, и все они отрицательно покачали головами.

— Такой дороги нет: на пути стоят Магнацкие горы.

— Ах вот как? — сказал Кугель.

— Если я переправлю вас через реку, — продолжал старый предводитель, — можно считать, что вы уже погибли, потому что зги места населяет множество бормотунов и гру. Твоя шпага против них бесполезна, а волшебство, которым ты располагаешь, очень мало и незначительно — это я знаю, потому что мы, базьякос, нюхом чувствуем волшебство, как бормотуны — мясо.

— В таком случае, как же нам достичь цели нашего путешествия? — вновь требовательно спросил Кугель.

Базьякос почти не обратил внимания на этот вопрос. Но второй человек, несколько моложе первого, посмотрел на Дерву Кориме, внезапно, видимо, о чем-то задумавшись, потому что тут же перевел взгляд на реку и опять посмотрел на девушку, как бы размышляя. Однако это усилие, очевидно, вконец вымотало его, и, так ничего и не придумав, он покачал головой, но не произнес ни слова.

Кугель, внимательно наблюдавший за ним, спросил:

— Что тебя смущает?

— Вопрос не очень сложный, — ответил базьякос. — Мы вообще мало разговариваем и думаем, и поэтому любая мысль трудна для нас. Я просто задумался, чем ты можешь заплатить нам за то, что мы проведем тебя через лес.

Кугель сердечно улыбнулся.

— Великолепный вопрос! Ни я владею лишь тем, что вы видите: самая обычная одежда, шляпа и шпага — и все это мне необходимо. Хотя, честно говоря, я знаю одно волшебное заклинание, с помощью которого можно сотворить несколько пуговиц из драгоценных камней.

— Это нам не подходит. В склепе неподалеку отсюда сокровища навалены горой выше моей головы.

Кугель задумчиво потер свою щеку.

— Щедрость базьякос известна повсюду. Может быть, вы проведете нас мимо этого склепа?

Базьякос безразлично махнул рукой.

— Если ты этого пожелаешь, но этот склеп примыкает к пещере огромной самки гру, у которой как раз сейчас период жора.

— Мы пойдем прямо на юг, — торопливо ответил Кугель. — Вставай же, мы отправляемся немедленно!

Базьякос остались сидеть все в тех же неудобных позах.

— Так тебе нечего предложить нам в уплату?

— Только свою благодарность, а это не так уж мало.

— А твоя женщина? Она, правда, немного уродлива, но не неприятна. Так как ты все равно должен умереть в Магнацких горах, то зачем понапрасну губить женщину?

— Верно. — Кугель повернулся и посмотрел на Дерву Кориме. — Возможно, нам удастся договориться.

— Что? — в ярости крикнула она. — Ты осмеливаешься предложить такое? Скорее я утоплюсь в реке!

Кугель отвел ее в сторону.

— Недаром меня называют Кугелем-Разумником! — прошипел он ей прямо в ухо. — Поверь мне, неужели мне не удастся перехитрить этого полуидиота?

Дерва Кориме оглядела его с большим недоверием, потом отвернулась, и горькие слезы бессильного гнева потекли по ее щекам.

Кугель обратился к базьякос:

— Твое предложение я считаю достаточно мудрым, так что пошли скорее.

— Женщина может остаться здесь, — сказал базьякос, поднимаясь на ноги. — Мы пойдем по заколдованным тропинкам, и нам следует вести себя предельно осторожно.

Дерва Кориме решительно шагнула к реке.

— Нет! — торопливо вскричал Кугель. — Она — очень сентиментальная женщина и хочет видеть, как я доберусь до Магнацких гор, даже если очевидно, что я там погибну.

Базьякос пожал плечами.

— Мне все равно.

Он подождал, пока они заберутся на плот, отвязал веревку и принялся грести через реку. Даже не грести, а отталкиваться шестом, потому что река оказалась мелкой, и длинное весло ни разу не погружалось в нее до конца. Кугелю показалось, что с тем же успехом они могли просто перейти через реку, рискуя вымокнуть не более чем по пояс.

Как бы угадав, о чем он думает, базьякос посмотрел на него и сказал:

— Река кишит прозрачными рептилиями, и когда человек, не знающий этого входит в воду, они немедленно нападают на него.

— Вот как? — сказал Кегель, с сомнением глядя в реку.

— Да. А теперь я должен предупредить тебя о тропинке. Пока ты будешь идти по ней, тебе встретится много соблазнов, но если ты дорожишь своей жизнью, не сворачивай с нее в сторону и иди точно за мной.

Плот доплыл до противоположного берега. Базьякос вышел и привязал его к дереву.

— А теперь следуйте за мной.

Он уверенно пошел между деревьями. Дерва Кориме двинулась следом за ним, а Кугель замыкал шествие. Тропинка была настолько незаметна, что Кугель с трудом различал ее, но базьякос ни разу не остановился, Солнце, низко висящее над деревьями, было видно лишь изредка, и Кугель ни разу не смог точно определить, в каком направлении они идут. Так они и продолжали продвигаться вперед в полном одиночестве и тишине, так как не слышно было даже пения птиц.

Солнце, пройдя зенит, начало клониться к западу, а тропинка оставалась все такой же незаметной. Наконец Кугель не выдержал и крикнул идущему впереди базьякос:

— Ты уверен, что мы идем правильно? Мне кажется, что мы все время отклоняемся то влево, то вправо.

Базьякос остановился, чтобы объяснить.

— Мы, обитатели леса, народ простой и неискушенный, но у нас есть одна особенность. — Тут он с важностью постучал себя по расплющенному носу. — Мы нюхом чувствуем присутствие волшебства. Тропинка, по которой мы идем, была проложена в такие древние времена, что сейчас о них уже никто не помнит, и направление ее могут определить только такие, как мы.

— Очень может быть, — неохотно согласился Кугель, — но мне все-таки кажется, что мы ходим кругами, и где те ужасные чудовища и опасности, о которых ты нам говорил? Правда, я видел мельком одного волка, но нигде нет и запаха бормотунов.

Базьякос в недоумении покачал головой.

— Совершенно необъяснимо, но они куда-то ушли отсюда. Уж, конечно, ты не возражаешь против этого? Давайте лучше продолжим наш путь, пока они не вернулись.

И он вновь пошел вперед, следуя по тропинке, которую кроме него никто не мог даже различить.

Солнце опустилось уже довольно низко. Лес немного поредел, злые лучи свободно проникали сквозь деревья, освещая перевитые корни и золотя опавшую листву. Затем базьякос вышел на поляну, остановился и триумфально воздел обе руки вверх.

— Мы успешно достигли цели нашего путешествия!

— Как так? — возмутился Кугель. — Мы все еще в самой гуще леса.