— Нет. Чуть дороже возьму. 1500 споранов или 300 горохом, — не смущаясь, прибавил он цену на треть.
— Это с учетом, что ружье мое? — немного опешил я.
— Если бы ружье было моим, то я бы за него жемчужину просил, а то и полторы. Эта штука для охоты на молодую элиту и что бы легкую броню бить, а не пукалка автомат, — неподдельно возмутился он.
— Ладно. 1,5 тысячи так полторы тысячи, — вздохнул я и полез за кошельком, предназначенным специально для пластиковых денег.
Приобрел когда сдавали ненужные нам патроны, что бы ни таскать пластиковые карточки россыпью или перетянутыми резинкой, как это многие делают. Лучше уж иметь предмет и для таких целей. Тем более сделан он был из натуральной кожи и стоил совсем недорого.
Забрав оружие, вернулся домой и застал сцену, как Эльза своего бывшего выпроваживает. Снайперша была почти готова разрядить в него свой рельсовый револьвер, который даже дома почти всегда был у нее на бедре. По крайней мере, рука угрожающе лежала на рукоятке пистолета, а девушка кипела гневом. За ее спиной стояли парни тоже готовые пустить в дело оружие. Пришлось спешно вмешаться и, скрутив человека, силой выставить его за ворота. Он пытался сопротивляться, но не смог ничего сделать, несмотря на то, что в Стиксе находился в несколько раз дольше меня. Сила кваза и владение рукопашным боем нивелировали время, проведенное им в Улье и даже дали мне некоторое преимущество.
— Чего он хотел? — поинтересовался я, выкинув мужчину.
— Хотел, что бы я вернулась в его отряд, — пробурчала еще пышущая гневом раскрасневшаяся девушка.
— И как он это видел? — подивился я.
— Обещал мне рельсовую винтовку подарить. Хотел купить меня как бордельную девку, — всплеснула она руками.
— Как его хоть зовут-то? — спросил не став выражать радости по поводу этого ее отказа, а то еще подумает, что и я ее считаю "бордельной девкой".
— Уиллис, — буквально выплюнула имя она.
— Это как лысый актер или как автомобиль? — уточнил я.
— Как актер, — сказала уже спокойнее.
Не стал уточнять, почему Уиллис, несмотря на то, что мужик был с волосами и на известного в моем мире тоже Крепкого орешка ну вот совсем никак не походил. Вообще ни грамма.
К вечеру явилась целая делегация от группы этого Уиллиса, но без него самого. Эльза встретила их довольно ласково. Говорили они при мне, так что я слышал, что разговор протекал спокойно. Люди просили Эльзу вернуться, поскольку такого снайпера нужно было еще поискать. Помимо навыков у моей подруги был еще и большой природный талант. Они пробовали охотиться без нее, но теперь любимая тактика отряда: вывести приманкой из шустрого иммунного молодого элитника на позицию, так что бы он оказался споровым мешком к снайперу не работала. Теперь двух трех пуль, что бы завалить матерого монстра, было мало. Приходилось тратить патронов на элитника не меньше чем на всю его свиту и не всегда обходилось без потерь. Группа уже потеряла троих, хотя тщательно выбирала цели для охоты, подбирая молодую элиту с небольшой свитой, а по возможности без нее.
Эльза оказалась тверда и не поддалась на уговоры и обещания повышения ее доли в добычи аж в два и даже три раза. Сказала им, что в одну воду в реке дважды не войти и теперь она в моей группе. Назвала нашу группу начинающей, но имевшей куда больше перспектив, нежели их группа под управлением не развивающегося Уиллиса. На этом стали прощаться. Я без злобы и сарказма посоветовал парням менять тактику для продолжения охоты. Ну, или готовить нового снайпера, что тоже потребует времени и сил. Когда они ушли, Эльза сказала, что хочет вступить в мой отряд на общих основаниях с крещением моей кровью и всем остальным.
Больше в этот день ничего примечательного не случилось за исключением того, что Смельчак не пришел ночевать домой, а явился только утром с опозданием к наряду. Пришлось вместо него поставить Фому. Хотел спустить на Смельчака всех собак, но парень объявил о своем уходе и потребовал свою долю трофеев от рейда, в котором мы его нашли вместе с Фомой. Я попробовал с ним поговорить, но уговорить парня остаться не получилось. Не дать ему часть трофеев я просто не мог, ведь он участвовал в их добыче, а кое с чем в Улей еще и провалился. Вдобавок он сам заговорил о компенсации и обязательно стал бы ее требовать пойди я в отказ. Был бы скандал. Да и не справедливо выпроваживать парня пустым.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Отдали ему один гранатомет Панцершрек, оставил парню всю его экипировку вместе с оружием и сверху отдал последнюю остававшуюся у меня красную жемчужину. Меньше дать никак не мог, а больше у меня не было. Смельчак ушел не обиженным и даже довольным. Нагружая его добром, я предлагал ему еще раз подумать и остаться, но это не возымело эффекта. Этот паразит и вышедшего его проводить Фому зазывал уйти с ним в задержавшуюся ради него группу, где состояла его пассия. Говорил, что уйдут, прихватив с собой Тигр и будут жить припеваючи. Вроде как, в той группе им будут давать стабильную долю. Фома в своей обычной манере не поверил, что за забором трава зеленее и решил остаться с нами.
После ближе к вечеру Смельчак приходил еще раз явно по чьему-то наущению. В этот раз он стал требовать с нас компенсацию за его долю Тигра, сказав, что до этого он получил только свою долю добычи. В принципе прикинув в уме собранную добычу, я осознал, что он не просто прав, но еще и не дополучит причитающегося. В общем, мы не стали посылать его и дали компенсацию, но далеко не такую как он хотел. Урезали сумму от половины машины вдвое. Правда и так его уход оставил нас почти без споранов и без пластиковых рублей. Встал вопрос, чем станем рассчитываться за работу механиков над Тигром.
Слышавшие наш разговор парни не одобрили поведения Смельчака, и кое-кто позволил себе сказать лишнего, за что прямо на месте получил словесный выговор и подзатыльник. Я же проводив бегунка, велел Эльзе навести справки, что там за группа, в которую ушел наш перспективный боец. Снайперша сказала что, если группа местная, то навести справки, в принципе будет не сложно, но если группа залетная, то правду о них можно и не узнать. Это был факт, который оказалось не возможно отрицать.
Для поправки финансового положения запланировали отправиться в рейд, но не как обычно наудачу по ближним кластерам, а по реке как это делал рейдер Лось. Сразу же решили, что Эльза, как второй командир, останется дома вместе с подчиненной ей частью группы, а пойдет только моя пятерка, точнее четверка. Выходить решили ни сию секунду, а посетив знахаря со всеми, кто недавно принимал жемчуг. С Медеваком мы о приеме не договаривались, но это нужно было сделать. После этого предстояло выгулять всех наших иждивенцев по стандартным кластерам, что бы не возникло такой ситуации, как была не очень давно у Эльзы. Незачем доводить до появления явных признаков трясучки.
Позвонил Медеваку, и договорились на вечер следующего дня. Тогда же он предложил забрать Дизеля вместе с Джапом. Кот уже на момент звонка перестал мутировать, но за ним еще нужно было понаблюдать, прежде чем выводить из искусственного сна наложенного знахарем, а рука нового бойца, хоть и не будет готова до конца, но в постоянном наблюдении нуждаться перестанет. Достаточно будет приходить на прием раз в два — три дня. А через два — три таких приема и рука станет нормальной.
Следующий день посвятили прогулкам иждивенцев. Эльза, вместе со всей своей командой и Фомой забрала с собой всех: Ольгу, Василису, не иммунных детей, Кейко и убыла с самого утра медленно кататься вокруг стаба, в зоне ответственности патрулей Мехзавода. Дома остались только я, Гаяне и Кирпич. Один из нас дежурил на чердаке, а двое отдыхали, поскольку дежурства я так и не отменил. Кажущаяся безопасность стаба меня не обманывала и воспоминания о проникших во Внешний город сектантах с подпиленными зубами были еще свежи.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
К обеду у нас появился гость, которого я сразу не признал. Встретил его Кирпич и провел в дом. Гаяне тут же забежала на чердак и подменила меня, что бы я переговорил с человеком. Оказывается, нас нашел тот самый рыдавший после потери семьи полицейский, коего какой-то остряк, видимо с украинскими корнями, окрестил Цементом. К нам он пришёл не в той форме, что была на нем при прошлой нашей встрече, а в потасканном охотничьем камуфляже, поэтому я его сразу и не признал.
