Гоблин всхрапнул, упал на колено, кашлянул, на землю выплеснулись сгустки крови.
Я воспользовался этим, отбежал подальше создавая очередной шарик. Противник зарычал начал подниматься, но урона получил столько, что каждое движение дается тяжело. Судя по сообщению, он не только получил более двухсот пятидесяти урона, но еще и внутреннее кровотечение и переломы из-за чего наложился дебафф отнимающий каждую секунду по тридцать очков жизни.
Сформировав заклинание, я метнул его в гоблина. Черный шарик ударил в голову, пространство раздалось в стороны, а голов противника лопнула как арбуз, забрызгав округу черной кровью и белыми осколками костей.
Гоблин-командир. Убит.
Получено: 600 зен. 600 опыта -60 за убийства монстра ниже вас уровнем.
Он явно слабее саламандры. Пусть очков жизни у него больше, но проблем он доставил мне меньше, чем саламандра, которая может огнем плеваться. Так как я в группе с Лаской, то опыт и деньги разделились между нами. То же самое и с убитыми гоблинами.
Я оглянулся. Ласка тем временем спустилась с вышки, на которой осталось порубленное тело лучника. Мы направились в сторону девушек, что спрятались в одной из палаток.
— А ты, оказывается не такой козел, каким казался мне.
— Ну спасибо за комплимент, — пробурчал я.
— Нет, я серьезно. Не каждый станет тратить время на спасение других, когда собственная жизнь на кону.
— Ты не представляешь, какое у меня было желание просто пройти мимо, потому что и правда есть много дел и без этого.
— И почему не прошел?
Я нахмурился, мотнул плечом.
— Не знаю. Чего пристала? Дурак может?
Мы подошли к палатке. Оборванная одежда еле прикрывает девушек, они смотрят с страхом и надеждой.
— Эй, вы нас слышите? — спросил я.
Они уставились в мою сторону, приглядевшись, понял, что смотрят над моей головой. Понятно, увидели красный ник. Чертыхнувшись про себя, глянул на Ласку.
— И что с ними будем делать?
— Снимем кандалы для начала.
Как только мы их освободили, девушки поднялись и отошли поближе к Ласке, с опаской глядя на меня.
— У нас нет времени вести их в поселение, а оставить здесь тоже не можем. — сказал я.
— Не беспокойся, я уже написала знакомому с просьбой помочь и поставила отметку на карте. Отведем их в первый лагерь и там оставим. Через пару часов за ними придут.
— Есть еще проблема. Они видели мой ник и тебя рядом со мной.
— Мы никому не скажем! Честно слово! — воскликнула чернокожая девушка, выступив вперед.
Ее подруга вздрогнула, опустила взгляд, а затем в уголках глаз заблестели слезы. Она медленно опустилась на колени и заплакала. Похоже шок от произошедшего прошел, и она наконец осознала, что кошмар, в котором обе находились последнее время, закончился. Чернокожая подошла к подруге, обняла ее. Ишка и Мистири — две девушки которых мы освободили.
— А нормально оставлять их в том лагере?
— Гоблины если и придут только под утро. Час переждут. В крайнем случае убегут. Они не маленькие, все-таки проходчики. — сказала Ласка. — И так, обещайте что не скажете, что видели Тима и пойдем.
— Клянемся.
Я хмыкнул, но напоминать о том, что слова клятвы в наше время ничего не стоят. Какая в этом разница? По крайней мере мне меньше всех стоит беспокоится о том, что девчонки могут рассказать. На мне и моей участи это никак не скажется, а вот если они скажут, что мне помогала Ласка и мы в группе — то у нее будут проблемы.
Полчаса мы потратили на то чтобы отвести девушек и вернутся в лагерь.
— Пончи напишет мне, как заберет их, — сказала Ласка, когда мы прошли мимо разгромленного лагеря.
— Хорошо. Давай продолжим путь. Надеюсь, впереди мы не повстречаем еще таких несчастных.
— Боишься, что опять придется помогать.
— Ага. И паршивое то, что не смогут молча пройти мимо.
Я почувствовал на себе взгляд, повернул голову, наши глаза встретились.
— Что? — спросил я.
— Ничего, — ответила она, отведя взгляд и поспешив вперед. — Не отставай Тим.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
К моему облегчению в следующих лагерях были гоблины, но пленных не видно. Солнце тем временем зашло, вокруг стало темно. И пусть сияющая луна взошла на середину неба, но ее света совсем не достаточно чтобы разогнать мрак. Я иду, ориентируясь по силуэту впереди. Девушка же пробирается через кусты так словно прекрасно видит в темноте, что не исключено.
Впрочем, так даже лучше, так как проще обходить лагеря гоблинов. Наверное, даже лучше, что мы потратили лишнее время пока отводили девушек и продолжили путь, когда уже стемнело, так как в нескольких местах нам попались сразу несколько лагерей, что занимали все пространство ущелья. Мы буквально ползком по траве пробирались между двумя лагерями оставаясь в тонкой полоске черноты докуда не доставал свет факелов. Будь это вечером, когда солнце еще не зашло — нас бы тут же заметили.
Я успел насчитать почти двадцать лагерей, в каждом от двадцати до тридцати гоблинов. Не удивительно, что проход никак не могут расчистить. А ведь это далеко не все вражеские силы и наверняка дальше будет только больше.
Впрочем, лагеря находятся на приличном расстоянии друг от друга — в ста или двухстах метрах. Учитывая, что дорога то и дело виляет из стороны в сторону, то поднимается, то опускается, а в самом ущелье растут деревья, пусть и довольно редко, но все же увидеть что-то, что происходит в одном лагере из другого — практически невозможно.
— Где живет главный гоблин? — спросил я.
— Там впереди будет крепость.
Я задумался.
— То есть, теоретически можно будет ее обойти?
— Нет. Вот увидишь. Если бы все так было легко уже кто-то да выбрался бы во внешний мир.
По мере того, как мы продолжили двигаться, я заметил, что горы справа и слева начинают приближаться — пусть сужался. Изначально расстояние между ними было метров двести, потом уменьшилось до сотни, затем до пятидесяти и вот спустя полчаса лишь двадцать шагов отделяют одну гору и другую. Самое интересное, что за все это время нам попалось лишь два лагеря. И то в самом начале. Вот уже прошли почти пол километра мы не встретили больше ни одного лагеря.
Крепость выросла внезапно. Только ничего не было и тут внезапно навстречу выплыла крепость. Она расположилась между горами полностью перекрыв проход. Стены не высокие — два с половиной человеческих роста. Две башни по краям от ворот. За стенами возвышается донжон. Сделано все так, что стена плотно прилегает к крутым скалам, так что обойти крепость не получится. По горам тоже не перелезешь: уступов нет, специализированного снаряжения нет, опыта в скалолазание и навыков тоже. Так что единственный путь — это через крепость.
Девушка резко затормозила, юркнула за куст, я не понял, что случилось, но она резко дернула за рукав. Не удержавшись на ногах, бухнулся рядом с ней.
— Ты чего…
— Тихо!
Я замолчал, проследил за ее взглядом. В нашу сторону идут двое гоблинов. В руках по факелу, что создают вокруг них два световых пятна.
— Патрульные? Что-то новенькое.
— Здесь и гоблины сильнее, присмотрись, — прошептала Ласка.
И правда, гоблины выше обычных на голову, да и крепче. Свет от факелов оставляет блики на металлических нагрудниках. На поясах у гоблинов небольшие булавы с острыми шипами. Идут оба не спеша, о чем-то переговариваются.
Ласка тем временем обнажила топоры. Монстры иду в нашу сторону, а прятаться нам, кроме как за кустом негде. До ближайшего дерева несколько шагов, то что наше перемещение заметят — это сто процентов.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Постой, — шепнул я.
В руке стал создаваться черный шарик. Пространство стянулось к нему. Как только до гоблинов оставалось несколько шагов я метнул заклинание. Монстры даже не поняли, что произошло. Шарик застыл между ними, а затем пространство резко расширилось. Раздался хруст кровь брызнула во все стороны. Так как гоблины шли плечом к плечу, то гравитационный разрыв, произошедший между ними, нанес практически полный урон. Конечно, я называю это заклинание гравитационный разрыв, но это не значит, что он происходит с грохотом и спецэффектами. На самом деле пространство само искривляется бесшумно, а звуки в основном исходят от жертв: ломание костей, скрежет металла, выплескивающаяся под давлением кровь.
