Я ничего не могла выяснить на заводе. Кто, когда и как мог совершить это гнусное злодеяние, которое ставило весь наш Город Надежды в затруднительное положение. Мы не только срывали поставки питательных продуктов в голодающие страны, мы не могли теперь даже прокормить население города. Я была в отчаянии.
Николай Алексеевич послал в ООН свое опровержение газетной „утки“ Генри Смита, в ответ на что опубликовавшие „утку“ газеты обрушились на академика Анисимова, который якобы не в состоянии опровергнуть факт компрометирующей искусственную пищу дегустации и все же решается якобы „в своих целях фальсифицировать решение погибшей комиссии. Бог да упокоит их души! Однако чудом оставшийся в живых единственный свидетель показывает иное!“
„Оставшийся чудом в живых!“
Я задыхалась от ярости, уподобилась львице, защищающей детенышей. Честное слово! Я стала „следователем“, хотя никто не уполномочил меня на такую деятельность. Решила вывести на чистую воду этого „пирата печати“, сумевшего обмануть и усыпить меня! Я почти ненавидела себя! Право-право!
Конечно, теперь, спустя какое-то время, я допускаю, что моя „самодеятельность“ могла принести больше вреда, чем пользы. Я делала все неумело, непрофессионально, давала виновным шанс укрыться! Выяснить по горячим следам то, что я была в состоянии, все-таки полезно. Даже пусть меня осудят за мои действия, но я такая, какая есть. Тем более что даже Николай Алексеевич, видимо, допустил ошибку, слишком доверяя завербованным в Антарктиду энтузиастам. У нас не имелось в городе, насчитывающем несколько тысяч жителей, ни полиции, ни судебных органов, как нет их в обычных научных поселениях — полярных станциях, экспедициях и тому подобное. Так решили в ООН.
Неожиданно Генри Смит явился сам, решил наглой прямотой „разоружить“ меня.
Он был возбужден, одет неопрятно, небрит, говорил отрывисто, перебивая сам себя, изображая человека, перенесшего величайшее потрясение.
— Мэм! Именно к вам я хотел прийти к первой! — начал он. — Перед вами чудом уцелевший. Я знаю, как волнуется сейчас весь Город-лаборатория. Не мне решать его судьбу. Достаточно того, что я сам определил собственную судьбу, не разделив участи тех, кто оказался на борту злосчастного самолета. Он исчез, исчез в районе Бермудского треугольника. И этим сказано все, ибо нет в мире места страшнее.
Я слушала Смита в кабинете Николая Алексеевича. Больного мужа осматривал сейчас в спальне доктор Танага.
Я сидела на диване, а Генри Смит расхаживал по ковру между письменным столом и книжным шкафом, размахивая руками и то дело поминая бога.
— Да! Только вмешательством божьей силы могу я объяснить свое чудесное спасенье, мэм!
— Но, кроме божьей силы, вам, очевидно, помогло и то, что вы трусливо не явились на самолет? — с достаточной холодностью спросила я.
— О да! Именно вам, мэм, я могу признаться в этой так называемой „трусости“! Я лично объясняю ее внушением свыше. И не боюсь в этом признаться, ибо это сохранило мне жизнь, а она для меня, поверьте, представляет некоторую ценность. Не то я вместе с недавно гостившими здесь почтенными членами Особой комиссии ООН метался бы сейчас за решеткой гнусного зоопарка.
— Что вы имеете в виду? — нахмурилась я. — Шутки неуместны.
— Помилуйте, какие шутки! Ведь я вам сказал о Бермудском треугольнике. Позвольте мне напомнить вам о нем. Прошу вашего внимания. Это очень важно.
— Безусловно, — согласилась я, едва преодолев неприязнь к этому человеку.
Журналист достал записную книжку и стал цитировать:
— Я приведу лишь несколько случаев из многих сотен. Но они наиболее впечатляющи и, безусловно, безупречны. Итак: „Исчезновение самолетов 5 декабря 1945 года, уже после окончания второй мировой войны, с военной базы на полуострове Флорида, США. Пять военных самолетов с опытными летчиками вылетели в обычный патрульный полет с возвращением обратно. Вылетели в 14 часов. В 15 часов 15 минут легли на обратный курс, все время поддерживая связь с военной базой. И вдруг такой разговор по радио:
База: Каковы ваши координаты?
Командир звена: Не можем сообщить, не понимаем, где находимся.
База: Держать в сторону запада.
Командир звена: Не можем установить, где запад.
Командир базы: Определите по солнцу.
Звено: Не видим солнца. Не знаем, в какой оно стороне“.
И дальше отрывочные радиосигналы терпящих бедствие. И все…
Я поежилась. Смит продолжал:
— С базы вылетел специальный спасательный гидросамолет, оборудованный на случай помощи при всяких катастрофах, способный сесть на воду, спустить лодки, гасить пожар и прочее. Он был снабжен самыми надежными приборами связи и локаторами.
— И что же? Он вернулся ни с чем? — спросила я.
— Он не вернулся. Он исчез, как и пять предыдущих. Это нельзя себе представить, но, увы, это так. В Бермудском треугольнике нарушаются обычные представления. Там возможно все!.. Вы можете прочесть об этом событии, обошедшем всю американскую прессу, и в книге исследователя загадочных аномалий Чарльза Бернина „БЕРМУДСКИЙ ТРЕУГОЛЬНИК“ начиная со 2-й страницы по 20-ю!.. Волосы поднимаются дыбом, когда читаешь!
— Целая книга об этом?
— Издание 1974-го, потом 1977 года. Очень серьезный труд. Но вот еще один случай. Он опубликован у вас, в России, в вашей газете „Правда“ 7 марта 1977 года под заголовком „ОПЯТЬ БЕРМУДСКИЙ ТРЕУГОЛЬНИК“. Цитирую: „Во время тренировочного полета американского бомбардировщика КА-6, пилотируемого капитаном-лейтенантом Полом Смитом…“ Это не мой родственник, мэм. „…с штурманом Ричардом Гленардом на борту, попав в зону Бермудского треугольника, самолет сразу же потерялся. Радиосвязь с авианосцем „Джон Кеннеди“ оборвалась. Поиски, как обычно в этом районе, результатов не дали“. Подписано спецкором „Правды“ Т. Колесниченко.
— Кажется, я читала это сообщение.
— Вы читали, а я переживал. И только вчера определял по этим сообщениям свою судьбу, мэм. А вы готовы назвать это вульгарной трусостью. Нет! Это предвидение, опять повторяю вам — внушение свыше. Но извольте вспомнить о кораблях тоже. Вернемся к 1918 году. 4 марта того года огромный рудовоз „Циклоп“ водоизмещением в двадцать тысяч тонн вышел с острова Барбадос, прошел мимо Кубы и… исчез. А на его борту находилась такая важная персона, как американский посол в сопровождении видных дипломатов. И никаких следов, ни одного спасательного круга, шлюпки, обломка… Ни одного сигнала! Об этом сообщала в свое время вся американская пресса. Но вас, конечно, убеждают лишь советские сообщения. Извольте. Журнал „Техника — молодежи“, номер 5 за 1965 год, страница 33. У меня все записано. Я мог бы перечислять вам загадочные случаи до вечера.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
