– Вот зануда! – скривился Брент и дернул коленом так, что клешня шмякнулась на пол. – Ладно, надеюсь, хоть потом, в отеле, ты не испортишь всю игру.
– Что ты имеешь в виду? – нахмурилась она.
– А ты подумай сама, милая. – Он лукаво подмигнул ей так, что у нее бешено заколотилось сердце. – Представь себе, как твой теплый, нежный и влажный ротик чмокает у меня между бедер. Он целует меня, он ласкает меня, он дразнит меня! – Тут он сам вздрогнул и чуть ли не простонал: – Тысяча чертей! Поторопись и кончай свой обед! А не то я не вытерплю, затащу тебя под стол и буду любить, любить с бешеной страстью – прямо здесь, не сходя с места!
Они продолжили поиски Ральфа на следующее утро, методично прочесывая весь город из одного конца в другой. Зная пристрастие Маттона к выпивке, они не пропускали ни одной пивнушки, попавшейся на пути.
Наконец, отчаявшись, Брент подозвал уличного мальчишку и решил попытать счастья, порасспросив его.
– Представь себе, что ты новичок в городе и присматриваешь себе место, где проще всего заработать пару-другую долларов, не набивая мозолей – неважно, честно или нет, – куда бы ты посоветовал мне податься?
– Тебе что, нечего делать? – осведомился мальчишка.
Брент молча протянул ему пятидолларовую золотую монету.
Мальчишка проверил монету на зуб и лишь после ответил:
– На треке. Сегодня вечером в Пимлико – лошадиные бега.
Он повернулся было, чтобы уйти, но Андреа вцепилась в его лохмотья.
– Ты ловок, но неопытен, – заявила она хладнокровно. – А ну-ка, верни джентльмену его часы, и тогда мы, так и быть, не сдадим тебя ближайшему констеблю.
Бродяжка злобно покосился на нее и протянул Бре-нту часы. Андреа отпустила его. Он удалился, крича:
– Ну, прям жисть пошла, ну не дадут заработать честному человеку!
– Я совершенно не почувствовал, – покачал головой Брент.
– Иногда только один вор может поймать другого, – заговорщически подмигнула ему Андреа. – Мое искусство то и дело приносит пользу, не так ли?
Этим вечером в Пимлико должны были пройти два заезда. Конечно, это были не столь интересные гонки, что состоялись еще в мае этого года в Прикнессе, но и здесь участвовали в состязании неплохие лошади. Так что, несмотря на середину лета, стадион оказался полон, что было совсем не на руку Бренту и Андреа – в густой толпе искать сложнее. Они решили расположиться поближе к месту, где сидели букмекеры. Конечно, вряд ли у Ральфа было достаточно денег, чтобы делать ставки, но зато именно здесь он мог легче всего обчищать карманы зазевавшихся болельщиков.
Первый заезд должен был вот-вот начаться, болельщики суетились, пробираясь к своим местам на трибунах, и вдруг Андреа увидела его. Поначалу она даже не поверила своим глазам, так как в глубине души не верила, что им удастся вот так запросто его выследить. Она судорожно вцепилась в рукав Брента, чтобы привлечь его внимание, и взглядом указала направление.
И в тот же миг Ральф оглянулся и посмотрел прямо на нее. От неожиданности у него буквально отвисла челюсть, он на секунду застыл в полной неподвижности, и Андреа удостоверилась, что это именно он. В следующую секунду Ральф вскочил и принялся улепетывать, словно преследуемый борзыми кролик, и Андреа даже не успела набрать воздух в легкие, чтобы окликнуть его.
Брент рванулся вслед, за ним Андреа. Не думая о приличиях, она подобрала юбки как можно выше, чтобы они не мешали ей бежать.
– Ральф! Погоди! Пожалуйста! Где Стиви? – кричала она изо всех сил, не обращая внимания на удивленные взгляды окружающих. – Погоди! Кто-нибудь, остановите же этого человека!
Если даже Ральф и расслышал ее вопли, он не подал вида, что это так, и никто из присутствовавших не проявил желания вмешаться. Маттон не сбавил скорости, когда помчался по трибунам, и волей-неволей ему пришлось распихивать болельщиков, попадавшихся ему на пути. Ничего удивительного, что его преследователей встречали не очень-то приветливые возгласы.
На какое-то мгновение им показалось, что они вот-вот схватят Ральфа, к тому же они заметили, что ему наперерез спешит местный охранник в штатском. Но в тот же миг раздался стартовый выстрел, и начался первый забег. Вся толпа, как один человек, дружно вскочила на ноги, крича и подбадривая своих фаворитов, рвавшихся к победе, и Ральф тут же пропал из виду, укрытый людским водоворотом.
– Туда! – крикнул Брент, схватив Андреа за руку и толкая ее к лестнице, ведущей с трибуны вниз. – Кажется, он побежал в сторону конюшен!
Андреа кубарем скатилась по ступенькам на своих каблуках. Она пребольно ушиблась обо что-то локтем, так что слезы чуть не брызнули у нее из глаз, но сдержала себя, понимая, что главное теперь – скорость. Они обогнули угол трибуны – и в ту же секунду оказались в настоящей преисподней.
Прямо перед ними находилась площадка, на которой тренеры и жокеи держали лошадей, которые должны были участвовать в следующем заезде. И тут появилось что-то или кто-то – скорее всего, именно Ральф, – что привело в неистовство этих нервных животных: они заметались по стадиону в полной панике. Там и сям тренеры висли на удилах, стараясь привести в чувство своих горячих чистокровных скакунов. Жокеи припали к лукам седел неистово брыкавшихся лошадей, которые метались, били в воздухе копытами, бешено ржали и вращали обезумевшими, налившимися кровью глазами. Земля сотрясалась под ударами подков.
Один из совершенно потерявших контроль над собою жеребцов сорвался с места и понесся прямо на Брента и Андреа. В узком проходе они не могли ни убежать, ни спрятаться. Вдруг Андреа почувствовала, что ее отпихнули в сторону. Рухнув лицом в пыль, она едва не задохнулась, когда сверху на нее всей тяжестью навалился Брент. Андреа показалось, что она сейчас задохнется, но Брент уже освободил ее и осторожно поднял. Она все еще переводила дух, когда он нежно прижал ее к груди.
– Ты жива? – нетерпеливо спросил он. Поскольку она не сподобилась мгновенно ответить, он так встряхнул ее, что чуть не вышиб из нее последний дух.
– Прекрати! – кое-как пропыхтела она наконец. – Дай мне отдышаться!
Однако прошло еще несколько минут, пока он поверил, что Андреа не причинили серьезных повреждений. Ему, кстати, тоже, и было удивительно, что их не растоптали обезумевшие кони. Да, погоня за Ральфом становилась с каждым шагом все более опасной для жизни.
– Он снова ушел от нас, – проворчала Андреа, поднимаясь на ноги и скривившись от боли, пронизавшей локоть. – Просто не верится, какую скорость способен развивать тот безмозглый буйвол! Если бы не тот факт, что он нужен живым – иначе как же мы узнаем, что он сделал со Стиви, – клянусь, я бы без сомнений пристрелила его! Ах, ну почему у меня нет оружия!
