Одноглазому лагерь путешественников во времени явно понравился. День за днем он болтался вокруг, а во время охотничьих экспедиций в почтительном отдалении следовал за Янси. Понемногу он стал смелее. В подходящих местах специально для него оставляли мясо, которое он поначалу утаскивал в заросли. С течением времени он перестал стесняться: садился прямо на виду у охотников, негромко рыча, разрывал мясо руками и зубами и отправлял сочащиеся кровью куски в рот.
Он слонялся вокруг костра, как бродячий пес, открывший источник сытой жизни. Каждый вечер он подходил к огню все ближе и ближе, садился на корточки и что-то лопотал, ожидая, когда ему дадут поесть.
И однажды, окончательно уверившись, что ему ничего не грозит, он присоединился к людям, щурясь на огонь и возбужденно лопоча.
— Возможно, это он с нами разговаривает, — предположил Паскаль, — Если и так, язык очень примитивен. Десятка полтора слов, не больше.
Потом выяснилось, неандерталец любит, чтобы ему чесали спину. Удовольствие он выражал, похрюкивая, как счастливый поросенок. Еще он привык выпрашивать кусочки сахару.
— Надо же, обзавелись домашним любимцем, и как далеко от дома! — сказал Камерон.
— Он нечто большее, Хью, — покачал головой Янси.
Между Янси и неандертальцем сложились отношения, очень похожие на дружбу. Когда по вечерам одноглазый дикарь входил в круг света у костра, он всегда усаживался рядом с Янси. Болтал он тоже обычно с Янси, а днем, на охоте, следовал за ним, как косолапая тень, когда — в почтительном отдалении, когда — открыто и рядом.
Однажды вечером Янси дал неандертальцу нож. Любопытно, сообразит ли пещерный человек, что это такое? И Одноглазый действительно понял, что этот чудесный кусок блестящего металла подобен ручным рубилам, которыми его народ снимает шкуры с убитых животных!
В восторге Одноглазый пускал слюни, поворачивая нож и так, и эдак. Он возбужденно тараторил, касаясь плеча Янси с неуклюжей ласковостью. Внезапно неандерталец покинул круг света у костра и бесшумно растворился во тьме — ни один сучок под ногами не хрустнул.
Янси сонно протер глаза:
— Интересно, что это старый дурак затеял?
— Не терпится опробовать новую игрушку, — предположил Кабот, — Обмыть подарок свежей кровью.
Янси прислушался. Совсем недалеко тоскливо рычал саблезубый тигр; подальше, у реки, ревел мамонт.
Янси с сомнением покачал головой:
— От всей души надеюсь, что наш приятель сейчас хорошенько смотрит, куда идет. Старость не радость, и он уже не так скор, как когда-то. Боюсь, для того тигра он окажется легкой добычей.
Но прошло не более четверти часа, и Одноглазый вернулся, так же бесшумно, как и исчез.
Оглянувшись через плечо, Янси увидел неандертальца в одном шаге за спиной. Одноглазый вытянул руку, сжатую в кулак; между пальцами в свете костра что-то сверкнуло.
— Он тебе принес подарок, — сказал Паскаль, — В обмен на твой нож. Он знает, что такое натуральный обмен. Поразительно!
Янси встал и протянул руку ладонью вверх. Одноглазый с готовностью уронил в нее сверкающий предмет. Охотник невольно зажмурился: даже в тусклом свете костра предмет сверкал так, что глазам было больно.
Драгоценный камень! Прозрачный, а в самом сердце горит льдистый голубой огонек! Янси благоговейно повернул его — грани заискрились всеми цветами радуги.
— Что это, Янси? — спросил Кэбот шепотом.
— Бриллиант. — Голос Янси сорвался, — Бриллиант, как видишь, — с кулак величиной!
— Вот именно! Камень, ограненный мастером-ювелиром!
Янси кивнул:
— Остается понять, что делает ограненный алмаз в раннем палеолите.
Глава 4 ВСЕМ, ВСЕМ, ВСЕМ!Одноглазый указал пальцем в устье пещеры и возбужденно залопотал. Янси ласково потрепал его по плечу, и неандерталец затанцевал от радости.
— Ну вот мы и пришли, — сказал Янси.
— Очень надеюсь, — заметил Камерон, — Пришлось-таки попотеть, объясняя, что нам нужно. Я и сейчас с трудом верю, что у нас получилось.
Кэбот помотал головой:
— Все равно я ничего не понимаю! Неандерталец и бриллианты. Бриллианты величиной с кулак!
— Пойдемте посмотрим, — предложил Янси.
Устье пещеры круто уходило вниз. Вслед за Одноглазым путешественники во времени друг за другом соскользнули в круглую камеру, тускло освещенную отблесками дневного света от входа. Кэбот включил фонарик и не сдержал изумленного возгласа.
На полу пещеры, вдоль стен, сложенные в пирамиды, как пушечные ядра, и просто россыпью, в лучах фонарика сверкали и переливались драгоценные камни.
— Ура! — завопил Камерон.
Стоя на коленях, Паскаль запустил руки в груду камней, вытащил горсть, ссыпал обратно. Пещера наполнилась деликатным шепотом.
Кэбот посветил фонариком вокруг. Груды камней; аккуратные штабеля золотых слитков, отлитых будто вчера; серебристые бруски иридия и платины; сундуки кованой меди; кожаные мешки, переполненные золотыми самородками.
Дрожащей рукой Янси оперся о стену.
— Боже милостивый! Сокровищница императору впору!
Луч фонарика на мгновение выхватил из мрака потрясенное лицо доктора Паскаля.
— Но как?! Откуда здесь взяться металлургам и ювелирам?
Из темноты раздался рассудительный голос Камерона:
— Объяснение обязательно должно найтись. Сокровищница погибшей цивилизации, например…
— Не похоже, — сказал Паскаль, — Слитки будто вчера отлиты. Да и платина известна лишь с недавних пор, не говоря уж об иридии.
В голосе Кабота зазвенел металл.
— Спорить о происхождении всего этого будем потом, — сказал он, — Паскаль, ты и Хью — подгоните сюда машину. Мы с Янси начинаем выносить ценности наверх прямо сейчас.
Подниматься к устью пещеры с грузом на плечах было нелегко. Выбравшись наружу, Янси сбросил мешок с драгоценными камнями на землю и отер пот со лба.
— Работенка, однако, — сказал Янси Камерону.
Камерон кивнул:
— Ничего, конец уже виден, — утешил он. — Еще часок-другой — и мы все погрузим. Потом можно и домой.
— Разумная мысль, — согласился Янси, — Мне тоже не по себе. Кто-то ведь все это здесь спрятал. Понятия не имею, кто и как, но только мне почему-то кажется, что лучше нам не попадаться на глаза хозяевам.
Паскаль выбрался из пещеры и сбросил на землю золотой слиток.
— Пойду к машине, попью водички. Потом поволоку эту чушку дальше, — объявил он.
И когда Янси наклонился за своим джутовым мешком, раздался и заметался эхом между скал крик доктора Паскаля.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
