Сама земля и светящиеся бирюзовые растения служили его опорой, защитой и ускорением. Новое тело могло быстро бежать собственными ногами. Чувствовались мышцы. Раньше этот процесс никогда его так не занимал.
— Ты здесь, ученик, — приветствовал его учитель Манри.
— Да, мастер. Учитель Мордред прислал меня сюда.
— Ошибка, ученик. Он не мог тебя «прислать». Только направить. Ты не посыльный. Ты древо великого Леса.
Рейдал кивнул. Концепцию он понимал, но ещё не всегда принимал. Всё же в нём были цепь биологического живого организма и память тела.
— Как думаешь, кто мы, Рей? — вдруг спросил Манри тар Ланкдор.
— Мы — дети Леса?
— А что есть Лес?
— Лес — это все мы, его деревья. Вместе мы и есть лес.
— Верно, — в голосе Манри послышалось удовольствие.
Рейдал улыбнулся. Учитель часто задавал ему каверзные вопросы и проверял его. Наверное, потому Манри тар Ланкдор нравился ему больше, чем холодный и до предела рациональный Мордред Тёмный. Хотя и его он по своему любил.
— Теперь расскажи, что ты видел.
Рейдал пересказал то же, что и Мордреду, только добавил тактических подробностей о том, какие конкретные виды вечно беспокойного технноцита он видел, где они находятся, и что известно о нападающих.
— Думаешь стоит вмешаться? — задал Манри ещё один вопрос-проверку.
— Мне жаль беспокойных, — честно ответил Рейдал. — Они ведь совсем не способны насладиться посмертием и миром вокруг. Их дом похож на разворошенный улей, а души не знают ничего, кроме рабства.
— Ты говоришь так, потому что сам имеешь душу, — ответил бывший командор.
Их Орден носил одно имя, но миры были разными. Видимо, Тишь имела свои орды нежити далеко не в одном мире. Хотя в Лесу это было уже не важно, но Рейдалу было приятно думать о том, что и в прошлой жизни они с учителем делали одно дело, пусть и в разных мирах. Мордред Тёмный был из Анклава Мрака, совсем другой организации.
— Будь ты неразумным или бездушным, ты бы так не мыслил, — продолжил он. — Сострадание — признак души. Почему так?
— У меня нет ответа на этот вопрос, учитель.
— У меня тоже, — Рейдал почувствовал усмешку в голосе, несмотря на то, что сам Манри имел лишь череп. — Просто размышляю о том, кто все мы на самом деле. В глазах каменного мира мы неразумные чудовища. Наш бог и создатель, владеющий материнским древом, называет нас братьями. И мы все — часть леса. Но мы отличаемся от них.
— Учитель, ты говорил, некогда великое древо Дайермонтул, отказалось служить Хранителю Леса.
— Да. Тогда нас было семеро. И каждый из нас сделал свой собственный выбор. Тогда это поразило меня. Если мы — одно, то почему каждый нашёл свой собственный ответ?
— Были те, кто встал на сторону Древа?
— Были, — коротко ответил Манри.
— А почему ты сделал свой?
— Из-за прошлой жизни, — не задумываясь ответил учитель. — Ты ведь помнишь, что ставил высшей целью наш орден в прошлой жизни?
— Борьба с мёртвой магией?
— Я помню, как уже будучи нежитью в ордене, нас отправили на зачистку города вокруг академии магов. Мы должны были обращать всех в нежить, чтобы те не смогли заразиться злом. Разумные очень этого не хотели. И меня это печалило ещё больше. Дайермонтул послал бы меня и моих братьев делать то же самое с верхними. Я не хотел делать этого. Слишком много беспокойства внутри. Путь Хранителя предпочтительней.
Рейдал кивнул.
— Мордред говорит, что мы можем просто уйти. Когда-то он захватывал города и обращал разумных в нежить. Но он сам желает просто исследовать. Его причины похожи на мои. А что бы ты выбрал, ученик?
— Я хотел бы спасти как можно существ от беспокойства. Чтобы они ощутили то же, что и я. Верхние очень много беспокоятся. Но этим — ещё тяжелее. Мы попробуем им помочь?
— Это благородная цель, — ответил учитель.
Шелест трав изменился. Стал гуще и громче.
За спиной у бывшего рыцаря-командора Ордена Тиши из бирюзового моря трав выходили ряды благословлённых тенью некродендроидов учителя Мордреда.
— Стандартная гуманоидная форма нерациональна, если мы ходим добиться большей мобильности, которой суть Леса не обладает, — так он говорил, впервые показывая свою армию, созданную из множества разбитых костей. — Потому нам нужно обратиться к другой цепи нашей сути. В прошлом я был сильным некромантом и аниматургом, а ветвь нежити имеет зацепки за скорость. Это единственный способ избежать силы короля беспокойных. Нельзя пересобрать то, что ты не можешь поймать.
Двуногие тощие древни с собранными из осколков черепами, которых было сразу несколько на одном теле, были по своему красивы. По крайней мере, в глазах Рейдала.
А за их спинами были огромные цветы, ещё меньше походящие на гуманоида — на множестве подвижных корневищ располагался крупный куст с большими алыми рыжеватыми бутонами, между которых проглядывало множество черепов.
— Мы должны сделать ставку на магию смерти, сделав её источником скорости. Они будут быстры и неуловимы, словно моровое поветрие, — говорил Мордред.
И сейчас Рейдал и его учитель со своим фамильяром, могли видеть результат этой работы воочию.
Манри отдал ментальный приказ, и существа нырнули в траву, будто в настоящее море, растворяясь в нём, и за считанные секунды оказываясь у самого края локации. Лишь у самого стального древа придётся остановится — там трав уже не было.
Пока не было.
Там, где есть вода, вскоре вырастут бирюзовые травы. Таков был договор с ними, выгодный обеим сторонам.
* * *
Тия ушла от смертоносного удара чёрным лезвием навыком каард. Вместо шаманки Ангедонию попытались поймать два летуна с огромными пастями и щупальцами.
Оба оказались быстро выпотрошены чёрными лезвиями, а противник ринулась к телу Дины.
Псионический щит заблокировал полетевшие в суггестора лезвия, но те обогнули защиту и устремились к ней слева и спрва. Сбежать от этого небоевому классу не удалось. К счастью старый артефакт, который уже однажды сработал в бою с Тией, всё ещё был при ней. Никто даже не нашёл скрытый артефакт, кроме новой хозяйки тела.
Вот только дальше
