— Виктор…
— Да-да, Хамза, закругляюсь, — нервно перебил Виктор. — Давай, подгоняй свою машину вон к тому синему фиату.
Хамза сделал выбор в пользу нового корейского джипа, поскольку планировал в случае чего ехать проселочными дорогами, а то и вовсе по бездорожью. Надо сказать, ему повезло — бак машины был почти полон, а в емкий багажник с легкостью уместилось еще шестьдесят литров бензина в канистрах. Хамза порывался поставить еще несколько на задний ряд, но на той заправочной станции канистр больше не было, а другие АЗС находились на порядочном удалении, и добираться до них, вероятно, пришлось бы через полчища зомби, прущих к Сене.
Виктор и сам не ожидал, что бывший военный будет с таким интересом разглядывать, как он сооружает примитивный самодельный насос для откачки чужого бензина. Наверное, это был первый и единственный раз, когда Хамза был в роли подмастерья, а не маститого учителя.
Бензин глухо ударил по жести канистры, когда легкий западный ветер принес пока еще далекий и едва уловимый вертолетный стрекот. Звук рассекающих воздух лопастей становился все ближе, и вскоре в небе уже можно было различить три маленькие темные точки, неспешно бороздящее воздушное пространство над французской столицей.
— Надо уходить, — нервно облизал сухие губы Хамза. — Они сейчас самолеты подгонят, и начнется. Черт, я думал, это будет не так быстро!
Да, вот-вот, похоже, все и закрутится. Даже в воздухе заискрилось напряжение, предвосхищение грядущего торнадо. Только бы успеть выехать на шоссе! Там уже будет более или менее безопасно. Виктору еле хватило терпения залить канистру до горловины. Едва закрутив крышку, они с Хамзой прыгнули каждый в свою машину и, не медля, поехали за Анжеликой.
Приближение зомби теперь можно было заметить, даже когда зараженные не попадали в поле зрения. Все начиналось с тихого шипения, которое можно принять за помехи в радиоэфире или даже за ветер. Чем ближе были зомби, тем отвратительнее становился звук — иногда это шипение расщеплялось на невыносимое сочетание высоких и низких звуков, а иногда просто обращалось в писк или, напротив, низкий глухой рокот, от которого все внутри начинало прыгать.
В таких случаях Хамза, ехавший впереди, сразу же менял маршрут, сворачивая в проулки и даже в сквозные дворы. Он очень спешил, и Виктору стоило больших усилий не отставать от проводника. Пару раз Хамза выбирал неверные направления, и тогда телепатическая атака зомби обрушивалась на них всей мощью, заставляя стискивать зубы и впиваться пальцами в руль.
Кажется, Виктор уже успел кое-чему научиться. Теперь он мог воспрепятствовать возникновению странных и чужеродных образов в его разуме, блокировать эти всплывающие окна. Боль никуда не делась, при каждом попадании в область мысленного излучения она принималась с новой силой пульсировать в висках, гулким эхом отдаваясь в темени и затылке. Но теперь Виктор не терял контроля над своим телом и разумом, уверенно управляя автомобилем и начисто игнорируя попытки зараженных телепатов поведать ему о своих последних воспоминаниях и ощущениях. Причем Виктор был стопроцентно уверен, что зомби показывают свое кино непреднамеренно — оно само по себе вертится в их головах, и бедняги наверняка и знать не знают, что выжившие тоже это все видят. Судя по уверенным маневрам Хамзы, он тоже не терял контроля.
Пандемия была похожа на падение метеорита, который вмиг уничтожил старый мир, а новый возникал постепенно, по мере того, как приходила в себя планета, как рассеивалась в воздухе пыль, скрывающая землю от солнца. Точно так же рассеивалась и пыль в сознании зараженных, проясняя его и открывая его носителям их общие цели. Этакий коллективный разум, выкристаллизовавшийся после разрушительного удара инфекции, собирал зараженных вместе и вел их в неизвестном для Виктора направлении. Ясно было одно, зомби становятся слишком сильными и опасными, и пора бы решать этот вопрос с помощью остатков армий разных государств. Жаль, конечно, города, архитектуру и память, но, если уж выбор стоит между окончательным уничтожением крупнейших оплотов цивилизации и жизнью, решение очевидно.
А вот и ставший за эти два дня хорошо знакомый дом. Спокойно уехать из города уже не получится, остается лишь в спешке забрать все оружие и как можно больше продуктов, чтобы потом не было нужды останавливаться в магазинах в ближайшие дни.
Конечно, Анжелика удивилась и даже слегка возмутилась из-за такой спешки, но Хамза терпеливо разъяснил ей, что самолеты могут подойти в любую секунду, и тогда всем не поздоровится. В подтверждение его слов в квартиру через приоткрытое окно ворвался оглушительный грохот.
Хамза автоматически рухнул на пол, а Виктор с Анжеликой остались стоять, разинув рты. Авиаудар пришелся западнее. Пыльная туча вперемешку с дымом взметнулась в воздух, тонко задребезжали стекла, откликаясь дрогнувшей земле.
— Не успели, — процедил Хамза. — Они уже начали.
Новые взрывы сотрясли Париж. Один раз грохнуло совсем рядом, и тогда стекла не выдержали и брызнули осколками. К счастью, Виктору и Анжелике хватило ума отойти от окон подальше.
Виктор насчитал двенадцать ударов, после которых весь город завыл автомобильными сигнализациями. Какофонию дополнял рокот авиационных моторов, доносившихся сквозь облака.
— Это не конец, — предупредил Хамза. — Не знаю даже, бежать сейчас или ждать здесь и рисковать.
— Ждать, — немедленно отреагировала Анжелика и вцепилась в крепкую руку Хамзы. — Я никуда не иду, ни-ку-да. В этот раз точно, и не надо снова бить меня по лицу.
Виктор с удивлением уставился на Хамзу, тот сделал виноватое выражение лица, а потом укоризненно сказал Анжелике.
— Скажи спасибо, что не оставил тебя тогда, а потащил за собой, а то сейчас ты была бы для них хорошей мишенью.
Он показал пальцем вверх. Внезапно один из самолетов снизился, и Виктор различил стремительные очертания темного корпуса. Участок, подвергшийся бомбардировке, наверняка представлял собой бесформенное месиво, затянутое к тому же непроницаемым облаком пыли и дыма.
Никто сперва не понял, как это произошло. Из клубов пыли вырвался луч ослепительно-желтого света. Достигнув самолета, он вдруг лианой обвился вокруг корпуса и дернул вниз.
Самолет заревел, нос устремился к небу, точно ребенок на руки к матери, но взлететь не удавалось. Железного хищника все сильнее тянуло вниз, и сопротивления мощного мотора хватило лишь на пару секунд. Потрясенные увиденным, Виктор, Хамза и Анжелика наблюдали, как бомбардировщик камнем рухнул вниз, рассекая воздух своей массивной тушей. Он с треском упал прямо в серую завесу, немедленно внеся свою ленту в общую картину разрушения.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
