— Как я уже говорил ранее, меня прислали убить вас. Думаю, вы сами догадаетесь, кто.
— Этот ваш Первый? Значит, клятва не имела никакой силы… Поэтому ты запросто указал мне путь прямо в ловушку, а этот ваш Бледный пообещал позабыть о моем существовании.
— Забавно. Как вы догадались, что в камере был именно я?
— Да так… Один ворон на ухо нашептал, — я усмехнулся.
Съел, бледнолицый? Именно твое имя мне передал Руди от мессира. Имя кровососа, который был оцарапан зачарованным амулетом в виде летучей мыши. Но тебе знать об это не обязательно.
— Ну так что там с клятвой? Пустышка?
— Вовсе нет. Клятва Крови, принесенная должным образом, действительно для нас нерушима. Более того — клятва первого из рода имеет силу для всех членов его семьи, словно это они сами принесли ее на клочке кожи.
— Тогда я совсем ничего не понимаю… Ты поклялся, и тут же отправил меня на обеденный стол престарелого и выжившего из ума вампира…
— Я должен был сделать так, чтобы вы попали к нему в положенный срок. Но я действительно не желал вам вреда. И поэтому заставил вас сомневаться, чтобы у меня появился повод продемонстрировать ритуал Клятвы Крови.
— Но она же не имеет смысла без ошметка плоти вашего безумного полубога?
— Верно. Но вы ведь его и получили в итоге?
— …наговоры и проклятья вредителей не действуют на вампиров, — дошло, наконец, до меня.
— И я рад что не ошибся в вас, и вы распорядились этим сокровищем наилучшим образом.
— Но… Зачем? Как?!
— Однажды некий молодой вампир задал себе очень непростой вопрос. И получил на него столь же непростой ответ. Ответ, который заставил его усомниться… Он понял, что бессмертные ведут не тот образ жизни, который подобает вести высшим, но… Его идеи не нашли понимания, и даже наоборот — излишнего любопытного юношу привели к Первому. Мало кто из молодых удостаивается такой чести, если, разумеется, это можно назвать так.
— Уж не о себе ли ты говоришь?
— Именно так, — склонился Эрик в полупоклоне, — И тогда на молодого вампира была наложена мира. Нечто вроде клейма позора, делающего его почти изгоем. Чтобы избавиться от этой метки, нужно совершить деяние, значимое для всего рода. Например, отыскать и привести человека, рожденного под багровой звездой.
— Так это ты! Ты тот мерзавец, из-за которого я попал в этот кошмар наяву!
На какую-то долю секунды я позабыл о том, что передо мною находится вампир, который быстрее и сильнее любого из людей. Вскочив с места, я ударил наотмашь. Косой прищур через левое плечо с плевком. Ненависть. Ненависть и снова ненависть. Увы, весь мой запал пропал впустую, разве что я лишился отличного крепкого табурета, тут же рассыпавшегося под вампиром на части. Сил почти не осталось, так что, вздумай кровосос меня прикончить, я даже болотной простудой чихнуть на него не смогу. Он же просто встал, словно ничего и не случилось, и уважительно поклонился.
— Достойная попытка, господин Кей. К сожалению, вредительством меня не взять.
— Это мы еще посмотрим, — угрюмо пробурчал я. Эта его слащавая манера речи при совершенно каменном лице меня начинала бесить.
— На ваш след мне удалось выйти благодаря связям в Информатории. И все время я не сводил с вас глаз. Должен признать, что вы — весьма достойный человек. И мне было очень жаль отдавать вас на растерзание этому спятившему от осознания собственного могущества старику.
— Что?! Я не ослышался?
— Все верно. Первый не простил меня. И тогда я решил лишить его желанной добычи, тем более, что проникся к вам симпатией. Наверное, именно так назвали бы это чувство люди.
— Сентиментальный вампир? Ты вообще что книги читал, клыкастый?
— Вам столько не прочесть и за три жизни, — усмехнулся вампир.
— Значит, Первый отправил отверженного, чтобы прикончить меня?
— Верно. Никто, кроме меня и прекрасной госпожи Корианны не знает, где вас искать. К тому же, таких, как я — не жалко. Нарушение клятвы грозит смертью от голода. Это самая жуткая смерть для подобных нам.
— И поэтому ты решил умыть клыки? — я ухмыльнулся, — Ты струсил! Испугался за свою драгоценную бессмертную шкуру!
— Ни один вампир не способен ослушаться приказов основателя своего рода. Потому что во время ежегодного ритуала все члены семьи сливаются воедино, и впитывают кровь от крови, плоть от плоти своего прародителя. А обессилевший глава рода должен испить крови того, кто был рожден в особую ночь и в особый час, чтобы восстановить свои силы…
— Магическая сила! Вы что — осушаете собственного прапрапра… какого-то там дедушку?
— Это дает нам силу и способность чувствовать друг друга и общаться на расстоянии. А глава рода обретает над нами особую власть, и никто из подданных не в силах ослушаться его… Эта власть опьяняет, и вынуждает снова и снова искать новую жертву каждый год. Нам же Первый рассказывает сказки о том, что Ритуал — источник бессмертия вампиров, дающий защиту от серебра и прочих вещей, способных уничтожить бессмертного.
— Я смотрю, у вас там весело. Все лгут. Вампиры лгут всему миру, а их, в свою очередь, обманывает собственный папаша. Боюсь, что в этом году у него поубавится верных сторонников и преданных марионеток.
— Не думаю. Другой рожденный в свете багровой звезды был доставлен в замок как раз перед моим отъездом. Ритуал будет проведен, пусть и с опозданием.
— То есть, ты на него не попадаешь… Наверняка есть еще вампиры, которым по каким-то причинам не могут попасть на этот пир. И что тогда?
— Возможно, что ничего. А возможно, что кто-то из них начнет задавать непростые вопросы. И, быть может, даже получит на них очень непростые ответы…
— И свободу воли… Которая позволит плевать ему с высокой виселицы на приказы и клятвы трижды благословленного Первого, — продолжил я за него.
— Вы очень проницательны, господин Кей, — усмехнулся вампир.
И в этот момент снаружи раздались гневные выкрики. Десятки кулаков замолотили в дверь, и кто-то в приказном порядке потребовал подать ему вредителя немедленно…
Эпилог
Эрик прислушался и спокойно заявил:
— Там четыре человека и один хаммут. И, как я понимаю, они все крайне возбуждены.
— Ты можешь уйти в любой момент.
Вампир посмотрел на меня с интересом и улыбнулся.
— Я бы хотел испросить у вас позволения остаться. Собственно, для этого я и пришел в этот дом.
— Остаться? Зачем?
— Возможно, я смогу быть вам полезен. Жизнь в замке стала просто невыносимой. А когда повелитель отправил меня верную смерть, то я решил уйти. Так почему бы и не к вам?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
