дрожал, зажмурившись.
По мановению руки Чародейки стол откатился в сторону. Теперь она стояла в самом центре комнаты. Поддельный Чарли подошел к дверному проему. Светоплетение рассеялось, явив существо, лишь отдаленно напоминающее человека, — рептилоида с золотыми глазами и зубастой пастью.
Скорее всего, Чародейка хотела подсадить его на «Воронью песню», чтобы расправиться со мной окончательно. Мне кажется, она начала беспокоиться насчет нашего пари. И насчет того, что столь близкому ко мне человеку удалось проникнуть в ее крепость, пусть и в качестве пленницы.
На лице Чародейки не отразилось ни одной из этих эмоций. Однако она отбросила приветливость. Взгляд ее сделался твердым как камень. Губы сжались в линию. Ей не понравилось, что Прядка раскусила ее хитрость. Кроме того, ее беспокоило кое-что еще. Возможно, для вас очевидно, что именно. Если нет, через мгновение все разъяснится.
Ни на что не обращая внимания, Прядка прижимала к себе крысеныша Чарли. Он и правда пытался ей обо всем рассказать, причем несколько раз. Когда у него не получилось произнести «Чарли», он хотел выговорить «Чак». Но из-за проклятия получилось только «Ак».
— Чарли, — прошептала Прядка. — Ты присылал мне кружки.
Он поглядел на нее.
— Это было в прошлой жизни, Прядка.
— Я люблю их. Особенно ту, что с бабочкой над морем. Она как мы, Чарли. Парит там, где и не думала побывать. И пьютерную кружку люблю. Она как мы, Чарли. Сильнее и прямодушнее, чем мы имеем на то право.
— Но мы все равно у нее в руках. Из-за меня мы оба у нее в руках. Она сказала… что для меня единственный способ обрести свободу — это привести к ней человека, которого я люблю, чтобы она его прокляла. Она сказала, что заставит меня смотреть. Луны, я так мучился, наблюдая, как ты подбираешься все ближе. Нужно было выброситься за борт. Тогда ты никогда не узнала бы, как попасть внутрь…
Он запнулся, когда Прядка подняла его перед собой и встретилась с ним взглядом.
— Чарли, — прошептала она. — Я хочу этого.
— Я…
— Помнишь, что ты мне сказал? Перед тем, как мы расстались?
— Всегда, — прошептал он. — Всегда, вс ё, что ты хочешь.
— Я хочу этого. Быть с тобой.
Чарли заглянул ей в глаза и увидел силу, которой хватит на двоих. Потом вскинул голову. Одна и та же мысль посетила их одновременно.
— Чарли, если для снятия проклятия нужно привести к Чародейке человека, которого ты любишь, почему ты все еще крыса? Потому что… ты любишь кого-то другого?
— Нет, тебя! Но…
— Все потому, — сказала Чародейка у них за спиной, — что я еще тебя не прокляла. Его мучения прекратятся, только если он приведет тебя ко мне специально для этого.
Прядка поднялась, держа Чарли на ладони, и повернулась к Чародейке. Та словно стала другим человеком: та же внешность, иная душа. Никакой игривости, лишь бесстрастность чудовища. Некоторые ученые утверждают, что, когда становишься бессмертным, как Чародейка или я, душа подменяется чем-то другим, как при образовании окаменелостей.
В случае Чародейки место души занял чистый лед. И растаять ему не давало ее мерзлое сердце.
Впрочем, за время путешествия Чарли и сам менялся день ото дня.
— Ты ошибаешься, — тихо сказал он. — Я все еще крыса и останусь ею. Чтобы снять проклятие, я должен привести Прядку в обмен на свободу. По дороге я понял, что не сделал этого. Я привел ее, Чародейка, но не для обмена. Не для того, чтобы ее прокляли. Я привел ее, чтобы победить тебя.
— Поразительно, — отозвалась Чародейка. — Я не наделяла тебя интеллектом крысы, но, похоже, ты перенял его по доброй воле. Меня не может победить…
Ее прервал красный огонек на столе.
Еще несколько огоньков вспыхнули на стене. А потом еще несколько. Чародейка удивленно обернулась и приказала домашнему духу показать, отчего сработала сигнализация. В воздухе у стены появился большой экран: через бурлящие полуночные споры пробивался корабль.
Как я уже сказал, она не проявила должного внимания. Иначе поняла бы, к чему все идет.
Ибо прибыла «Воронья песня».
Глава 62. Охотник
Как?
Давайте вернемся на день назад, к команде, ожидавшей, что Прядка вернется целой и невредимой. Даг, дежуривший на самом верху грот-мачты, разглядел через подзорную трубу, что ее похитили полуночные чудища. Он поспешно спустился на палубу, чтобы рассказать остальным.
Команда оказалась в сложном положении. И как же они поступили? Не гнаться же за похитителями через Полуночное море? Тогда их схватят те же чудища, что пленили Прядку. Возможно, им следовало развернуться и попытаться сбежать через Багряное море в более безопасные споры. Именно этого хотела Прядка, если верить ее же словам.
Вместо этого они устроили экстренное совещание, на котором было предложено решение. И высказал его не кто иной, как Форт.
Ему выпал шанс заслужить звание величайшего охотника своего народа — поохотиться на чудищ, порожденных полуночными спорами. Остальные офицеры выслушали его план, а затем предложили его Дагам. Вся команда, не считая Лаггарта, единогласно проголосовала «за».
И вот они пересекли границу Полуночного моря. Через пятнадцать минут появились первые полуночные чудища. Трое, совершенно неуязвимые для обычного оружия, вползли на палубу в поисках теплых тел и крови, в поисках жидкости, воды, чтобы нести смерть.
В центре палубы они обнаружили здоровяка в окружении бочек с водой. Над каждой бочкой висел на веревке бочонок со спорами.
«Добро пожаловать, — написал Форт, а Энн произнесла слова вслух на случай, если твари не умеют читать. — Сегодня хочу предложить вам отличную сделку».
Чудища подползли ближе. В свою очередь, Форт приготовился перерезать одну из веревок.
«Осторожнее, — предупредил он, когда его примеру последовали Даги. — Если будете действовать не подумав, мы отдадим всю эту воду другим спорам, и вам ничего не достанется».
Полуночные чудища замерли. Они не нуждались в словах, поскольку чувствовали, что человек говорит или подразумевает. Их сущность тянулась к людям в поисках уз Люхеля. Поэтому слова Форта нашли в них отклик.
Они посовещались друг с другом, шевеля щупальцами. И Форт… понял. Не потому, что знал другой язык жестов, а благодаря тем же узам. Чудища жаждали воды. Однако на корабле были источники крови, которые ее прекрасно заменят.
«Предупреждаю, — сказал он, подав знак остальной команде. Вооружившись пистолетами, матросы собрались на корме. — Если не остановитесь, они прыгнут за борт и отдадут свою воду спорам. Другим спорам. Не вам».
Наконец до чудищ дошло. Перед ними головоломка. Так много воды. Но… если не проявить осторожность… вся
