договора и НАТО на 1 июля 1988 года (видимо, год заняли подсчёты). Согласно этим данным, Советский Союз имел в странах Восточной Европы и на своей европейской территории 5955 боевых самолётов фронтовой авиации, авиации ПВО и ВМФ (из них 3682 — в ВВС, 1605 перехватчиков ПВО, 668 в морской авиации). Количество бомбардировщиков, истребителей-бомбардировщиков и штурмовиков составляло 2276 машин.
Чтобы было понятно всем, отметим, что страны НАТО (включая США и Канаду) имели в Европе 7130 боевых самолётов, тогда как страны Варшавского договора (в том числе СССР) — 7876. Кроме того, в этот перечень не вошли бомбардировщики Ту-16, Ту-22 и Ту-22М советских ВВС.
Чуть позже в печати появились официальные данные об общем количестве вооружений в Советской Армии на 1 января 1990 года. Из них следовало, что ВВС располагают 162 тяжёлыми стратегическими бомбардировщиками (в том числе 97 несут крылатые ракеты большой дальности), а фронтовая авиация ВВС, авиация войск ПВО и ВМФ имеют в общей сложности 8207 боевых самолётов и 4014 боевых вертолётов.
Довольно значительная часть этого авиапарка базировалась за пределами Советского Союза: Западная Группа Войск (бывшая ГСВГ) имела в своём составе 940 самолётов и 785 вертолётов, Северная Группа Войск (в Польше) — 300 самолётов и 134 вертолёта, Центральная (в Чехословакии) — 127 самолётов и 189 вертолётов, Южная (в Венгрии) — 120 самолётов и 123 вертолёта. В общей сложности эти четыре ударные группировки располагали 1487 самолётами и 1231 вертолётом.
Официальные советские данные о соотношении боевой авиации ОВД и НАТО на 1 июля 1988 года
Но после объединения Германии и волны «бархатных революций» в других странах «народной демократии», бывшие союзники стали настойчиво задавать один и тот же вопрос: дорогие гости, вам хозяева не надоели? Пришла пора собирать чемоданы. Но как не хотелось уходить из уютной, обжитой, культурной Европы в столь ненавистные родные трущобы и дебри!
Главной сенсацией 1990 года стало подписание в ноябре в столице Австрии Вене договора об обычных вооружённых силах в Европе. В соответствии с его условиями, Советский Союз обязался предоставить другим участникам договора сведения о своих вооружённых силах: места дислокации, действительных наименованиях частей и соединений, данные о количестве боевой техники и вооружения в них, т.е. те сведения, за разглашение которых советские суды давали до сих пор большой срок лишения свободы. Более того, договор предусматривал проведение инспекций на местах — раньше о таком никто даже заикнуться не смел. С началом проведения инспекций на страницах советских газет и журналов тоже впервые появились действительные наименования частей и соединений.
Советская официальная пропаганда, как обычно, преподнесла заключение договора как очередную большую внешнеполитическую победу Советского Союза. Однако с этим барабанным боем трудно было согласиться: ведь 9/10 всех сокращений приходилось на страны Варшавского договора. С учётом того обстоятельства, что уже в 1991 году планировалось начать массовый вывод войск из Групп советских войск в Восточной Европе, а предсмертную агонию Организации Варшавского договора не замечал только Горбачёв, установление коллективных потолков для военных блоков было делом, мягко говоря, недальновидным.
Договор окончательно поставил крест на возможности советского танкового блицкрига в Европе. Распад СССР, в свою очередь, немедленно вызвал к жизни активную «приватизацию» вооружений бывшей Советской Армии бывшими союзными республиками.
Подписывая этот договор, равно как и «Парижскую хартию для новой Европы» Горбачёв, видимо, пытался выстроить сложную дипломатическую комбинацию. В общих чертах схема её была такова: ломка традиционного «образа врага», обеспечение благоприятных политических условий для получения внешней экономической помощи, ослабление влияния США в Европе за счёт того, что Штаты вслед за Советами сократят своё военное присутствие в этом регионе, и одновременно игра на экономических противоречиях между Америкой и ЕЭС. Наконец, использование для достижения своих внешнеполитических и экономических целей стремительно возрастающей мощи объединенной Германии. Цель казалась такой близкой! Но Михаил Сергеевич переиграл самого себя, инициатива очень скоро перешла в другие руки.
Попутно заметим, что сведения о военном потенциале Советского Союза «периода расцвета эпохи застоя», давным-давно известные всей Европе, если судить по российской военной печати, сегодня по-прежнему продолжают оставаться тайной для народов многонациональной России.
Низкая живучесть конструкции МиГ-29 затрудняла его использование в качестве истребителя-бомбардировщика
Истребители Су-27 эффективно смотрелись в воздухе, поэтому их отправляли на всевозможные авиашоу для пропаганды достижений советской техники. Один из таких визитов в Италию закончился катастрофой
В соответствии с условиями договора СССР должен был сократить количество своих боевых самолётов в Европе до 5150 единиц, ударных вертолётов — до 1500. В это число входили машины фронтовой авиации, истребительной авиации ПВО, средние бомбардировщики дальней авиации, учебно-боевые самолёты ВВС и ПВО (кроме Л-29 и Л-39, число которых не ограничивалось).
Согласно сведениям, представленным Москвой, к моменту заключения договора СССР имел в Восточной Европе и на европейской части своей территории 6611 боевых самолётов (из них 4323 в составе ВВС) и 1338 ударных вертолётов (из них 225 в составе ВВС). Таким образом, предстояло снять с вооружения 1461 боевой самолёт (733 — в составе ВВС, 728 — в авиации ПВО) путём уничтожения, помещения в стационарную экспозицию (музей), использования в качестве наземной учебной материальной части или мишеней, перевода учебно-боевых машин в невооружённые учебные самолёты.
В ВВС было запланировано следующее. Из 733 боевых самолётов, подлежащих сокращению в течение 40 месяцев, 290 уничтожить путём разрезания на части, 208 учебно-боевых машин переклассифицировать в невооружённые учебные, 160 машин использовать в качестве самолётов-мишеней, 15 — в качестве наземной материальной части, 24 самолёта МиГ-25РУ представить на сертификацию, 36 самолётов поместить в стационарную экспозицию (в музеи). После реализации договорных обязательств в составе ВВС планировалось иметь 3590 боевых самолётов (в том числе 300 средних бомбардировщиков), а в составе истребительной авиации войск ПВО — 1560 истребителей-перехватчиков. В это число должны были также войти до 550 учебно-боевых самолётов МиГ-21У, МиГ-23У, МиГ-25У, Су-15У и Су-17У, превращённых в невооружённые учебные самолёты.
Руководство министерства обороны, узнав о грядущем заключении договора, не смогло обойтись без мелкого мошенничества. Например, в срочном порядке оно стало передавать части фронтовой авиации в состав ВМФ (морская авиация под ограничения не подпадала). В результате 132-я бомбардировочная авиадивизия 4-й воздушной армии (Черняховск) превратилась в штурмовую авиадивизию Балтийского флота; 119-я истребительная авиадивизия (Тирасполь) 5-й воздушной армии стала именоваться 119-й морской ИАД Черноморского флота.
В 1989 году
