облегчить ушибы, но не без того, чтобы не причинить ей еще большего дискомфорта.
По-видимому, ни боли, ни выгоды.
— Будь моя воля, ты бы осталась здесь на ночь, — сказал Флетчер, протягивая ей пузырек с обезболивающим.
Алекс застонала при этой мысли, но когда доктор прищурился, то быстро стерла гримасу со своего лица и проглотила содержимое флакона.
— К счастью для тебя, не думаю, что у меня достаточно причин держать тебя под наблюдением, когда тебе действительно нужен хороший ночной сон, — сказал он.
— Значит ли это, что я могу идти?
Он протянул ей ириску для регидратации, одно из немногих лекарств, которые она узнала, изучив их на уроке медицинских наук.
— Только если ты пообещаешь сосать это, пока не закончишь, и отправишься прямо в свое общежитие, чтобы отдохнуть.
— Оооо, мне это нравится, — сказала Алекс, нетерпеливо забирая у него похожее на конфету лекарство и засовывая его в рот. В течение нескольких движений ее языка она начала чувствовать, что ее голод и жажда исчезают.
— Тогда иди, — сказал Флетчер, но когда она спрыгнула с кровати и собралась уходить, он остановил ее и снял свой лабораторный халат, передавая его.
Она перевела вопросительный взгляд с халата обратно на него.
— Еще не комендантский час, — объяснил он. — Это может помочь тебе избежать любопытных взглядов. И это заставляет тебя выглядеть так, будто ты пришла прямо из химической лаборатории, а не подверглась нападению стаи диких животных.
— О. — Алекс натянула халат поверх своего изорванного платья. — Думаю, ты прав. Спасибо, Флетчер. Я верну его завтра.
— Просто оставь до тех пор, пока не придешь как пациент, — сказал он. — Больше никаких травм на некоторое время, хорошо?
— Я буду стараться изо всех сил.
— Ты всегда так делаешь, Алекс, — сказал он ей с недовольным вздохом. — Тебе действительно нужно стараться больше.
Она улыбнулась ему и вышла из палаты, чуть не налетев прямо на Джордана, который ждал снаружи.
— Что ты все еще здесь делаешь? — спросила она.
— Ты же не думала, что я уйду без тебя?
— Ну… да, — призналась она. — В этом был отчасти смысл того, чтобы заставить Флетчера отпустить всех остальных. Я не единственный измученный.
— Но ты единственная, кто едва может стоять без посторонней помощи, — сказал он. — И это правильно, учитывая все, через что ты прошла за последние два дня.
— Джордан…
— Мы не спорим об этом, — сказал он, обнимая ее за талию, чтобы снова поддержать ее вес. — Я собираюсь проводить тебя в твою комнату, с твоего разрешения или без него.
— Хорошо, — фыркнула она, благодарная ему за помощь, но не желая говорить об этом вслух. — Но ты должен пообещать, что после этого сразу ляжешь спать.
— Конечно, мам, — сказал он, его голос сочился фальшивой искренностью.
Она весело покачала головой и позволила ему вести — и наполовину нести — ее к их зданию общежития. Когда они добрались до ее пустой комнаты, Джордан помог Алекс добраться до кровати, где та села и, наконец, сбросила каблуки, с облегчением пошевелив пальцами ног. Она нашла на подушке записку от Д.К., в которой говорилось, что она и Биар были в комнате отдыха, но у Алекс не было сил встретиться с ними. Ей просто нужно будет ввести их в курс дела завтра.
— Залезай, — сказал Джордан, натягивая одеяло, чтобы она могла скользнуть под него.
Алекс не волновало, что она все еще была полностью одета. Теперь, когда она лежала на своей удобной кровати, она никуда не собиралась уходить. Но у нее, по крайней мере, хватило присутствия духа снять халат Флетчера и повесить его на прикроватный столик.
Лежа на спине с закрытыми глазами, Алекс почувствовала, как Джордан наклонился, чтобы подоткнуть ей одеяло. Закончив, он наклонился и нежно поцеловал ее в лоб.
— Люблю тебя, Алекс, — прошептал он.
Ее глаза резко открылись, и Джордан расхохотался.
— Успокойся, — сказал он между хохотом. — Я не имею в виду любовь — любовь. Но ты одна из моих самых близких друзей… ты — моя семья. Конечно, я забочусь о тебе. — Его тон стал спокойнее, когда он признался: — Ты действительно напугала меня сегодня вечером. Не знаю, что бы я делал, если бы с тобой что-нибудь случилось…
Эмоции в его глазах чуть не довели ее до слез.
— Я тоже люблю тебя, Джордан. Точно так же. И мне жаль, что я напугала тебя.
Он протянул руку и сжал ее руку, прежде чем озорная улыбка появилась на его лице.
— Кстати, о слове на букву «Л»… Что происходит между тобой и Кайденом, а?
Джордан многозначительно пошевелил бровями, и Алекс не смогла сдержать румянец, который, как она почувствовала, разлился по ее щекам.
— Не понимаю, о чем ты говоришь, — пробормотала она, отводя взгляд.
Он весело покачал головой.
— Если ты так хочешь действовать, я могу подыграть.
Она нахмурилась, увидев его понимающее выражение лица.
— По предписанию врача мне нужно немного поспать… то, чему ты мешаешь.
— Хорошо, пусть будет так, — сказал Джордан, ухмыляясь. — Увидимся утром. И не волнуйся, это может стать еще одним из наших маленьких секретов.
— Мне нечего скрывать, — сказала она ему, а затем с ухмылкой добавила: — В отличие от тебя.
— От меня?
Она лукаво кивнула.
— У меня есть глаза, знаешь ли. Я видела, как ты иногда смотришь на Дикс. Это я должна была спросить тебя, что происходит.
Его испуганное выражение лица было единственным подтверждением, в котором она нуждалась.
— Я так и знала! — воскликнула она, взволнованно садясь. — Как давно она тебе нравится?
— Не будь смешной, Алекс.
— Ой, ну же, Джордан, — умоляла она. — Ты же знаешь, я ей ничего не скажу.
Он провел руками по волосам и опустился на край ее кровати.
— Послушай, не похоже, что из этого когда-нибудь что-нибудь получится, — устало сказал он. — Она… ну, ты же знаешь, кто она такая.
Принцесса. Это было
