Еще до приезда западногерманской делегации на стол советских руководителей лег подготовленный Комитетом госбезопасности СССР документ. В нем излагались сведения, касавшиеся целей визита делегации ФРГ, тактики ведения переговоров, характеристики на Аденауэра и членов его делегации и другие, представлявшие интерес секретные данные. В этом документе в значительной мере содержались разведывательные сведения, добытые «Гердом». Так, он, в частности, сообщил в Центр, что Аденауэр не намерен отходить от подписанных с западными державами договоров, что во всех вопросах разрядки он собирается проявлять исключительную осторожность, основные усилия западных немцев будут сосредоточены на том, чтобы добиться от Советского Союза освобождения немецких военнопленных. В этом Аденауэр, как канцлер, видит свою историческую миссию. Отмечалось, что к установлению дипломатических отношений с Советским Союзом канцлер относится отрицательно, так как в этом случае ФРГ пришлось бы отказаться от претензий на «единоличное представительство» всей Германии. «Герд» сообщал, что в Москву перед приездом делегации из ФРГ прибудет специальный поезд, где разместится штаб делегации и где в специально защищенном от подслушивания вагоне можно будет вести деловые разговоры и проводить внутренние совещания. «Герду» удалось многое узнать о визите, так как в его подготовке самое активное участие принимал Гелен и его организация. На прощание генерал предупредил канцлера и его коллег о всевозможных «хитростях» русских. Например, о том, что перед официальным приемом — обедом или ужином обязательно надо выпить немного оливкового масла, чтобы не опьянеть, так как русские любят накачивать алкоголем своих партнеров, чтобы с ними легче было договориться.
Своевременно полученная от «Герда» разведывательная информация помогла советской делегации правильно построить переговоры, добиться реализации одной из своих основных позиций — установления с ФРГ дипломатических отношений. Как впечатляющий гуманный акт было расценено в мире решение советского правительства освободить немецких военнопленных, которые по прибытии в ФРГ подверглись пристрастному допросу со стороны службы Гелена.
* * *
Из Берлина в Центр, тов. Васильеву.
«Герд, несомненно, является ценным помощником. Переданные им фотокопии документов разведки Гелена и агентурные сведения являются фактически основным материалом, на базе которого составлено более правильное представление о структуре организации Гелена, ее методах и направлениях работы.
С помощью «Герда» выявлен ряд геленовских разведчиков и агентов. В целях обеспечения безопасности «Герда» арест выявленной агентуры не производился. В отдельных вызванных оперативной необходимостью случаях осуществлялась перевербовка агентов Гелена с целью их использования в наших оперативно и дезинформационных акциях.
Большой интерес представили добытые «Гердом» сведения по визиту западногерманской делегации в Москву в сентябре этого года.
С нашими органами «Герд» работает добросовестно.
Светлов
* * *
Как профессиональный разведчик Фельфе хорошо понимал, что из всех видов информации самая ценная — документальная. Ее преимущество состоит прежде всего в том, что она, как минимум, всегда достоверна и правдива и поэтому может быть использована без какой-либо дополнительной проверки. Но если документ к тому же содержит важные секретные сведения, ее ценность становится очевидной. Именно поэтому Фельфе уделял большое внимание добыче документальной информации. Это было рискованным делом, так как проходившие через его руки в БНД материалы приходилось фотографировать в служебном кабинете во время рабочего дня, поскольку сверхурочная работа в разведке не приветствовалась.
В один из январских дней 1958 года Фельфе вышел по графику на воскресное дежурство. Через три дня предстояла встреча с советским коллегой «Альфредом», но большая часть полученного от него задания еще не была выполнена. Собственно говоря, материалы, которые интересовали «Альфреда», уже лежали в личном сейфе, и в воскресное дежурство, в основном всегда спокойное, можно было без всяких помех перефотографировать их. Закрыв на замок дверь служебного кабинета и установив на столе штатив с мини-камерой, Фельфе ввернул в настольную лампу более мощную лампочку и принялся за работу. Он отснял уже две пленки и решил сделать маленький перерыв. За окном словно на мохеровых парашютиках плавно опускались крупные снежинки. По веткам растущей во дворе раскидистой липы сновали туда и сюда вертлявые синицы. Незаметно для себя он увлекся и стал отыскивать среди них самцов — более крупных и ярких птиц с черным шаром на желтой груди.
Вдруг сердце екнуло. В дверь постучали… Постучали не сильно, но уверенно. В одно мгновение в ящик стола полетели штатив и камера. Уже подойдя к двери, Фельфе оглянулся и увидел, что настольная лампа горит предательски ярко. Моментально выключив ее, он открыл дверь и выглянул в коридор. Перед Фельфе стоял старший дежурный по центральному аппарату господин Майер.
— Добрый день, что с вами, — спросил он, внимательно глядя на Фельфе. — Вы себя плохо чувствуете. Вы какой-то бледный.
— Да, что-то весь день нездоровится. Разболелась голова. Сам не знаю от чего.
— Возьмите у меня таблетку. Хорошо, что я их ношу всегда с собой. Майер полез во внутренний карман пиджака и вытащил лекарство.
— Не стоит беспокоиться, господин Майер, большое спасибо, но я уже принял одну. Все обойдется, к тому же у меня завтра отгул — отдых, сами понимаете, лучшее лекарство.
— Ну что ж, дай Бог. Да, извините, что я вас побеспокоил. Но кончилась моя смена и я хотел с вами просто попрощаться, а заодно узнать, не поступало ли новых сведений из Берлина по обстановке в городе.
Узнав, что ничего нового нет и, понимая, что ничто не омрачит конец его рабочей недели, Майер, любезно попрощавшись, удалился довольный и улыбающийся.
Закрыв дверь на ключ, Фельфе подошел к столу, сел в кресло, вытянул ноги и попытался расслабиться. Глубоко вздохнул. В горле пересохло. Он взглянул в окно и с удивлением обнаружил, что на дереве, где пять минут назад порхало столько синиц, никого не было. Как будто кто-то невидимый поймал их всех и унес неизвестно куда. Фельфе почему-то стало не по себе. Он тотчас попытался прогнать эту мысль, переключиться на другое, чтобы избавиться от внезапно набежавшего неприятного чувства. Случай с Майером заставил принять дополнительные меры предосторожности. Как фокусник-манипулятор, Фельфе добился такой отточенности и быстроты движений, что ему требовалось 4–5 секунд, чтобы снять фотографирующее устройство и спрятать его в выдвинутый заранее ящик стола.
* * *
Из Берлина в Центр, тов. Васильеву.
Авторитет «Герда» в БНД возрос, он неоднократно использовался Геленом для подготовки и проведения важных оперативных мероприятий разведкой ФРГ. В качестве поощрения за хорошую работу «Герд» в составе группы сотрудников БНД выезжал в США для ознакомления с работой Центрального разведывательного управления.
Карпов
* * *
В годы работы в БНД Фельфе участвовал во многих операциях. Некоторыми из них он руководил сам. Так, по заданию Гелена им были проведены сложные в оперативно-техническом отношении несколько операций по установке на телефонах и технических средствах советского посольства в Бонне и торгового представительства в Кельне подслушивающих устройств — «жучков» для контроля разговоров. Аналогичные «жучки» устанавливались я на квартирах сотрудников и технического персонала советских представительств в ФРГ. Одну из таких операций — установку совместно с ЦРУ подслушивающей техники в новом здании советского торгпредства в Кельне — Фельфе запомнил особенно хорошо. Десятки микрофонов в различных помещениях были подключены тогда к проходящей под штукатуркой внутренней электропроводке.
Напротив представительства в соседнем здании был размещен стационарный пункт подслушивания. И вот в здание наконец въехали сотрудники советского торгпредства, и в доме напротив круглосуточно заработала на прием подслушивающая и записывающая аппаратура. Но проходила неделя за неделей, несколько месяцев, а в эфире царила мертвая тишина. Гелен был вне себя: «Фельфе, вы не умеете работать. Операция, на которую ушло столько сил, потрачены сотни тысяч марок, осталась лишь на бумаге. Все оказалось впустую. Почему, спрашиваю я вас?»
«Лучше было, видимо, все делать самостоятельно, без американцев. А так как вся техническая сторона операции сделана американцами, то нам остается спрашивать только у них, почему система не функционирует», — возражал шефу Фельфе. Не мог же он ему рассказать, что незадолго до вселения русских в новое здание там побывала группа технических специалистов советской разведки, которая с помощью специального устройства пропустила через электросеть исключительно сильный заряд тока. После такой электротерапии все установленные «жучки» в одну секунду «сдохли».
