class="p1">Я с облегчением опустилась на пятки.
— Если бы не ты, она была бы у меня, — бормотала я, протягивая запястье, и агент, стоявший передо мной, срезал ленту, но реально ли это? Я не собиралась прыгать с высоты трех этажей.
— Они ее поймали, — сказал Трент, присоединившись ко мне, и я поборола желание сбежать вниз и убедиться в этом. Дженкс, похоже, тоже считал, что все под контролем, его пыльца была золотистого цвета, когда он поднимался к потолку, чтобы за всем следить.
— Спасибо. Ты в порядке? — ответила я, когда пальцы Трента переплелись с моими, успокаивая их дрожь. — А как Ли? — добавила я, внезапно почувствовав себя так, словно мне было двенадцать лет, и я случайно зашла слишком далеко. Опять.
— Она меня укусила, — с отвращением сказал Ли, когда я опустился на колени рядом с ним. Но он побледнел, когда парамедик разрезал его рубашку и хлынула кровь.
— Ладно, мы забираем этого, — сказал мужчина своему напарнику, и они опустили Ли на пол, после чего один ушел за носилками.
— Где моя сумка? — сказала я, чувствуя тошноту в животе. Ли уставился в потолок, медленно дыша. — Где моя сумка!
— Мэм?
Это был тот самый агент службы О.В., и я взяла свою сумку, опустив голову в поисках противоболевого амулета.
— Ли? — я протянула уже активированный амулет, и парамедик, обслуживающий его, нахмурился. — Это просто противоболевой амулет, — успокоила я, больше парамедика, чем его. — Они не дадут тебе ничего сильнее аспирина, пока ты не попадешь в больницу.
Не обращая внимания на гримасу парамедика, Ли взял амулет, пальцы дрожали.
— Спасибо, — сказал он, и выражение его лица тут же разгладилось. — Ты повсюду носишь с собой вызванные амулеты от боли?
— Носит их? — Легкий голос Трента плохо скрывал беспокойство. — Она делает их в промышленных масштабах.
— Смейтесь, — сказала я, и мое беспокойство росло, пока двое санитаров грузили Ли на носилки и поднимали их с ужасным, знакомым звуком. Он уходил, и я коснулась руки Ли. — Ли, спасибо тебе. Не так много людей, которые могли бы встать между мной и опасностью.
— Не за что. — Ли скорчил страдальческую гримасу, держась за плечо. — Прости, я был недостаточно хорош.
— Твоя ошибка в том, что ты пытался взять ее на себя, — сказала я. — Думаю, мы могли бы сделать это вместе.
— Да, — прохрипел он, выглядя еще более больным. — Безусловно.
— Рейчел… — сказал Трент, его желание остаться с Ли было очевидным.
Волнуясь, я искренне обняла Трента.
— Иди, — сказала я, уже чувствуя его утрату. — Дай мне ключи. Я привезу твою машину. Со мной Дженкс. Со мной все будет в порядке.
Поза Трента расслабилась.
— Спасибо, — прошептал он, доставая из кармана брелок и рассеянно протягивая его мне. — Я напишу тебе, когда он выйдет из реанимации.
— Я постараюсь отыскать твой кофе, прежде чем уйду, — сказала я, когда его хватка на мне усилилась… ослабла… и исчезла.
Даже не оглянувшись, Трент перешел на завидно ровный бег, чтобы догнать Ли. На лестнице Дойл занимался своими детективными делами и пропустил Трента вперед, не потребовав предъявить удостоверение личности. Мне бы, наверное, так не повезло. Хотя Дойл и помогал мне в прошлом, он не прочь был усложнить мне жизнь просто ради удовольствия. Вздохнув, я подняла сумку повыше на плечо и принялась за дело. После такого падения они должны были отвезти Паркер в больницу, прежде чем поместить ее под стражу. Дойл должен знать, где находится Паркер.
И тут возникает вопрос: откуда Паркер узнала, где была я?
Глава 20
Я была в больнице уже в четвертый раз за три дня, но, по крайней мере, я была посетителем, а не пациентом.
— Спасибо, — сказала я служащему отделения неотложной помощи, забирая свою сумку с конвейера и направляясь к пункту выдачи удостоверений личности, громыхая сапогами.
— Расслабься, Рейч, — сказал Дженкс, его небольшие касания моих волос раздражали, пока он боролся с раздражением. — Они сканируют на наличие запрещенных лекарственных заклинаний, а не пластика высокой плотности.
— Да? — Ну, сонные чары в пистолете не совсем безобидны. Пронос сонных зелий, чтобы избежать «больничного налога» на те, что они предоставляли, был не редкостью, но именно кольцо с проклятием чакр заставило меня беспокоиться. Но то ли кольцо осталось незамеченным, то ли женщина, занимавшаяся проверкой заклинаний, узнала меня.
В любом случае, первое препятствие я преодолела без проблем, и, отдав человеку за стойкой водительские права и улыбнувшись в камеру, получила временный штамп с указанием времени и даты посещения. Я наполовину ожидала, что меня задержит какой-нибудь строгий бухгалтер с карандашом, желающий поговорить со мной о том, что я вчера натворила, но чем ближе я подходила к приемной, тем сильнее становился недовольный ропот, и я решила, что им есть о чем беспокоиться, кроме четырех пациентов в коме, пришедших в сознание при сомнительных обстоятельствах.
— Вау! — Я остановилась прямо перед большой, разделенной на несколько частей комнатой с заполненными людьми креслами. На потолке беззвучно мерцали телевизоры, и пока я наблюдала, санитар выкатил из приемного покоя в комнату ожидания мужчину в уличной одежде, выглядевшего болезненно, и припарковал его почти у самой проходной. Больше его поместить было некуда.
— Охрана минимальная, — предложил Дженкс, и я посторонилась, чтобы выйти из широкого дверного проема. Как обычно, в больнице было два человека: один офицер у раздвижных дверей, ведущих в приемный покой, а другой стоял почти рядом со мной. Шум дождя то приближался, то удалялся, когда широкие двери открылись и вошли еще два человека, оставляя мокрые следы, когда они направились к стойке регистрации. Было тепло, и влажный воздух начинал пахнуть мокрым волчьим аконитом. Неудивительно, ведь на желтых стульях сидели татуированные люди с сумками, украшенными логотипом фестиваля.
Мне было жаль женщину, которая держала окровавленную руку, а ее муж успокаивал их суетливого ребенка. Очевидно, она распорола руку в панике, пытаясь выбраться. Мужчина в приемном покое жаловался на боль в лодыжке после того, как споткнулся на лестнице. Третий мужчина лежал в углу, его, вероятно, из-за приступа паники увезли, чтобы проверить на наличие серьезных проблем с сердцем.
Две медсестры, работавшие в приемном покое, были заняты раздачей бланков и направлением наиболее тяжелых больных на немедленную сортировку. Трента я не видела, значит, он, скорее всего, уже в палате с Ли или в самой больнице, и, опустив голову, я стала копаться в сумке в поисках телефона.
— Привет, Рейчел, — позвал знакомый голос, и я повернулась, чтобы увидеть Стеф, выглядящую уверенно в своей красной больничной одежде. — Пожалуйста, скажи мне, что ты
