станет хуже. Запретный плод всегда сладок. Получается, что само государство, Верховный Суд пропагандируют это АУЕ. На данный момент это происходит именно так. Причем на тех, кто уже имеет отношение к преступности, эта пропаганда не влияет, у них и так уже есть своя формация. И на так называемую организованную преступность это не повлияет, она всегда сможет подстроиться под новые законы. Так что я не знаю, для чего сделали эту шумиху» [эксперт 4].
Информационный шум вокруг «движения АУЕ» рекламирует его, а точнее — формирует, превращая обычные правонарушения в деятельность брендированного «движения АУЕ». В связи с этим стоит прислушаться к мнению А. М. Сапожникова, главы администрации Читы: «Три года назад, когда это вот все звучало, АУЕ, мы предложили средствам массовой информации, и обратились через прокуратуру больше про это не писать. Когда мы начинали много об этом писать, или где-то это все звучало, понимаете, мы давали, если быть откровенным, какую-то рекламу. Непонятно чему, но кому-то давали рекламу. Это неправильно»[702].
Академик В. А. Тишков 9 декабря 2020 года после моего выступления в Общественной палате Российской Федерации с докладом «АУЕ: чего стоит опасаться?» сказал следующее: «Действительно, повышенное внимание к той или иной проблеме не всегда ведет к ее решению; иногда, наоборот, более выгодной тактикой является ее игнорирование. Например, так произошло с обществом „Память“ — когда мы перестали о нем говорить, оно исчезло из медийного пространства. Так же и здесь — отказ от повторения ключевого слова АУЕ может привести к быстрому забыванию этого понятия».
Что касается общественной актуальности представленной читателям книги, она связана не только с АУЕ (которое уже несколько лет как вышло из моды у подростков и скоро исчезнет из общественного сознания, если его там не закреплять силой). В большей степени актуальность связана с пониманием моральных паник.
Как уже говорилось выше, некоторые авторы рассматривали новое информационное общество как среду, неблагоприятную для распространения моральных паник. Предполагалось, что доступность самой разной информации позволит легко осуществлять ее проверку и создавать для общества адекватную картину происходящего. К сожалению, оказалось, что новые технологии не способны преодолеть инертность человеческого восприятия; и в виртуальном «информационном раю» также продолжаются вспышки общественной тревожности, связанные со страхом разрушения моральных устоев и снижения безопасности. Порой даже кажется, что моральных паник становится больше. В обществе существует множество линий напряженности, позволяющих формировать образы «чужих» («народных дьяволов»), виноватых в существующих социальных проблемах. Общественные конфликты формируют моральную повестку. Имеется огромное количество разнообразных моральных предпринимателей — любителей и профессионалов, институционально заинтересованных в борьбе против нарушений морального порядка. Наконец, никуда не исчезают устойчивые фобии, которые раз за разом мобилизуют общество на выстраивание и воспроизводство моральных паник. Сохраняют актуальность базовые причины общественной тревожности, укорененные в человеческом сознании.
Но опыт должен чему-то учить, и хочется надеяться, что случай «движения АУЕ», рассмотренный в данной книге, поможет в будущем распознавать и понимать эпизоды моральных паник, которые возникали, возникают и будут возникать в России, как и в других странах мира.
Приложение
Представления подростков и молодежи о «движении АУЕ» Онлайн-опрос
Опрос проводился по принципу случайной выборки, в нем приняли участие 147 человек от 11 до 22 лет, проживающие в более чем 35 населенных пунктах Российской Федерации, а также пяти населенных пунктах ближнего зарубежья. Для поиска респондентов я обратился к пользователям сетей Facebook и «ВКонтакте», читающим записи в моих аккаунтах, а также к участникам Fb-сообщества «Группа городской антропологии ИЭА РАН». Они обратились с просьбами к знакомым подросткам и молодым людям; большинство ответов было получено в течение суток.
В приведенной ниже форме опроса обязательными для ответа были только вопросы 3 и 11 (они отмечены знаком *). Учитывая, что «движение АУЕ» признано экстремистским и принадлежность к нему может принести вред и респондентам, и модераторам сообществ, я сделал сами ответы и представленную в них информацию максимально анонимными.
Форма опроса
Уважаемые участники опроса!
Последние годы в средствах массовой информации много говорят об АУЕ; часто высказывается мнение, что подростки очень хорошо знакомы с этим понятием. Задача опроса — выяснить, насколько это так. Я представляю научную организацию, результаты анонимного исследования будут использованы для написания научной работы.
Если Вы подросток (школьник, учащийся колледжа, техникума, училища) или были подростком совсем недавно, пожалуйста, ответьте на вопросы.
Опрос анонимный; имена, адреса и прочие конкретные вещи называть не надо!
Вопрос 1. Ваш возраст.
Вопрос 2. Ваш пол.
Вопрос 3. Известно ли Вам, что такое АУЕ?*
— впервые такое слово слышу;
— это всего лишь слово, и не более того;
— это не только слово; АУЕ — криминальное движение;
— другой вариант ответа.
Если Вы выбрали «другой вариант ответа», поясните, что Вы имели в виду.
Вопрос 4. В каком году Вы узнали про АУЕ?
— раньше 2017 года;
— в 2017–2018 годах;
— позже 2018 года;
— я же говорю: впервые это слово слышу.
Вопрос 5. Откуда Вы впервые узнали про АУЕ? (не больше двух ответов):
— от ровесников офлайн (в реальном общении);
— от знакомых онлайн;
— из публикаций в интернет-СМИ и блогах;
— из передач телевидения;
— от педагогов;
— другое;
— узнал только что, из этого опроса.
Вопрос 6. Совершал ли кто-то из Ваших одноклассников, друзей, знакомых действия, связанные с АУЕ?
— да, выкрикивали лозунги соответствующего содержания;
— да, рисовали граффити на стенах и мебели;
— да, постили в социальных сетях картинки про АУЕ;
— да, делали надписи и рисунки про АУЕ в школьной тетради, на листках контрольных и проч.;
— нет, никто ничего такого не делал.
Если Вы ответили «да», то расскажите, пожалуйста, поподробнее.
Вопрос 7. Посещали ли Вы посвященные АУЕ
