каждым мигом становился все злее. Некр стер с глаз выступившие слезы, вздохнул, тщательно прислушиваясь к себе. Воздух оставался ледяным, но больше не ранил. Ветер с осторожностью перебирал его волосы, покрывая черные пряди инеем, а всего в трех шагах от пещеры плакал дракон.
— Как-то не везет нам с тобой, — пробормотал Некр, подбираясь ближе. — А жаль. Я не против был бы завести знакомство.
В дальнейшем ритуал был не столь и сложен: драконья слеза, собственная кровь, несколько фраз на мертвом языке. Мороз вновь вгрызся в кожу. Потусторонний мир, ласковый к своим порождениям и душам людей, не жалел живых, чуть ли не разрывал на куски, выцарапывая душу.
Дракон больше не собирался убивать. Он признал за Некром победу в этом поединке и теперь с любопытством следил за его действиями.
— И зачем ты спасаешь? Ведь не родич, не ученик, даже не друг, — наконец поинтересовался он низким глубоким голосом.
— Якорь, — ответил Некр так, словно это слово все объясняло.
Возможно, действительно объясняло, во всяком случае, дракон не стал расспрашивать подробней, только фыркнул, выдув пар из ноздрей. Тот закружился, подхватывая Некра, словно ураган песчинку. Тот едва успел договорить последнее слово, выгнулся, пронзенный сильнейшей судорогой, и открыл глаза уже в реальном мире.
Часы на стене отсчитывали шестой час — и не понять, утра или вечера. Портьеры на окнах были занавешены (впрочем, как и всегда). Сумрак разгоняла лишь одинокая свеча на столе. Рядом с ней, опустив голову на скрещенные руки, дрых Елисей.
— Некр! — зато Дерк оказался рядом и тотчас принялся обтирать уксусом лоб и щеки, проверять пульс, суетиться, как квочка над выводком. Впрочем, прогонять его или одергивать не имелось никакого желания. — Руки-ноги двигаются? Встать можешь?
— Не кричи, разбудишь, — сказал Некр замогильным, хриплым баритоном, которого самому впору испугаться, откашлялся, провел руками по лицу.
— Я не сплю, — Елисей ожидаемо вскочил и, разумеется, потребовал разъяснений. — Все удалось? Роман спасен? Не молчи же!
Некр собирался ответить, но в горле встал ком, грудь заболела, перед глазами вспыхнули изумрудные искры и закружили по комнате, увлекая мебель в развеселый хоровод.
— Ты совсем не видишь, что творится?! — рыку Дерка мог бы позавидовать и дракон. Хотя вряд ли Некр не дал бы волю собственному раздражению, если бы пришлось спешно ловить табурет, согласно неким законам бытия, едва не двинувшим его по голове. А там еще и кресло под рыцарем закачалось совсем уж подозрительно. — Учитель!
— Просил же звать по имени, — совладав с огнями перед глазами, успокаивая сущее и заодно себя, проговорил Некр и поморщился от начинающейся мигрени. — Вот, — он коснулся медальона, висевшего на шее, — ничего особенно ценного и интересного: старая бронза, из которой отлили змея, кусавшего себя за хвост, прозрачный кристаллик внутри. Пожалуй, лишь выдающийся артефактер смог бы распознать в нем знаменитую драконью слезу — средство от всех болезней. — Отнеси Роману. Я, разумеется, все уже сделал, но пусть медальон побудет у него какое-то время. Если брезгует носить на теле, то хотя бы засунет в шкаф.
Елисей принял артефакт с таким благоговением, что некромантам стало неловко.
— Я немедленно отправлюсь к нему! — заверил Елисей и вынесся за дверь раньше, чем вновь закашлявшийся Некр успел его остановить.
— А какой нынче час?.. — поинтересовался он, спустя некоторое время, и бросив взгляд на дверь, заявил: — Вот ведь дурной.
— Четвертый ночи. Не дурнее твоего рыцаря, — ответил Дерк. Кажется, он наконец успокоился, решив, что Некр прямо сейчас не станет падать в обморок и явно не спешит разваливаться на части.
— А… — начал тот, уставившись на часы.
— Заклятия отвратительно сказываются на приборах учета времени, — пожаловался Дерк. — В который раз придется менять во всем доме.
Некр фыркнул.
— Замена часов — существенная статья расходов, мэтр, — именно такие интонации обычно были у Грая, не просто поселившегося в особняке, но и взявшегося за ведение дел, до которых у Некра обычно не доходили руки.
— А мы не собираемся идти по миру, — в тон ему отозвался Некр, — но я не об этом волнуюсь, — произнес он уже нормально. — Глухой час, кто только не шляется по пустынным улицам.
— Мальчишка — огненный маг, — напомнил Дерк.
— Он рыцарь, а это многое значит, — возразил Некр. — Поиск неприятностей для него — образ жизни.
Дерк согласно покивал, пожал плечами и все же пояснил:
— Ничего страшного. Я к нему охранного духа приставил. Заодно проследит, как бы дворник не решил не открывать.
Некр покачал головой, которая немедленно откликнулась тупой болью.
— Какая щедрость…
Дерк предпочел не заметить иронии, проскользнувшей в его голосе. О скупости на магические действия ассистента главы Гильдии некромантов ходили легенды, а здесь он ни с того ни с сего озаботился безопасностью никому не известного рыцаря.
— Нам следует проверить запирающие заклинания по всему особняку, — как говорится, делу время, потехе — час. Некр нашел в себе силы подняться и осмотреться по сторонам.
— Непременно, — согласился Дерк, поддерживая его за локоть.
— Проклятье я развеял, но вместе с ним могло исчезнуть и что-нибудь очень нужное.
— Я понял. Конечно.
— А потом ты засядешь за зеркала, опросишь всех наших и постараешься разузнать, что такого сверхъестественно-важного произошло в реальности. Хочу знать, кому понадобилась моя временная кончина и для чего.
***
Роман вошел в комнату и с наслаждением вдохнул аромат пряных трав. В обиталище Некра ему всегда было уютно, в отличие от большинства побратимов, обходивших «обитель смерти» десятой дорогой.
— Как ты себя чувствуешь?
Некр яростно зыркнул на него покрасневшими злыми глазами больного человека — видно, подобные вопросы уже доводили его до белого каления — и неожиданно тепло улыбнулся.
— Ты не расстаешься с моим подарком? Мне приятно.
Роман коснулся груди, где под несколькими слоями ткани висел медальон с символом Гильдии.
— Я бы хотел переадресовать вопрос о здоровье тебе, но поскольку имею счастье наблюдать воочию, то полагаю это излишним, — длинная фраза далась нелегко. Голос падал по мере того, как он произносил слова, в конце сойдя на глухое сипение, Некр закашлялся и досадливо поджал губы.
Роман со вздохом опустился на край табурета, стоявшего рядом с кроватью, поправил одеяло. Некр не слишком любил, когда в его
