мастеру на послезавтра.
И лишь после этого, успев даже раньше расчётного, вошёл в штаб. Ноги бы моей здесь не было.
* диакон — молодой, низший священнослужитель.
Глава 20
Приоткрытое закулисье
— Здравия, — кивнул я, войдя в кабинет офицера, к которому меня отправили в своеобразном вестибюле.
Человек, который должен выдать мне назначение был мужчиной средних лет. Магом, лишь слегка сильнее меня. И выглядел, опуская ругательства, мягко говоря уставшим.
— И вам не хворать, — едва кинув на меня взгляд ответил распределитель, — Звание, имя, квалификации?
Кабинет был… безликим. Деревянные стены, едва украшенные полками с цветами — создающими то же ощущение отсутствия какого-то характера за ними. Три на три метра, стол, стул за ним, на котором вяло, — хотя как это так я сказать бы не смог, — сидел мелкий армейский чиновник. А рядом с ним ещё один стул со стопками каких-то бумаг.
— Адепт Хейст, адепт цеха Алхимии, — я мог бы перечислить и всё остальное, но… чем меньше говоришь в армии, тем тебе проще.
Инициатива очень любит своего инициатора, а вышестоящие офицеры и вовсе обожают его, всего такого хорошего. То же самое и относиться к способностям: чем больше ты можешь, тем больше ты будешь делать.
Но и совсем дубовым лучше себя не выставлять: это будет выглядеть либо как полноценный откос от обязательств, либо слишком достоверно — и не понять что хуже. В первом случае возможна встреча с тем, кто исполняет обязательства замполита в королевской армии, притом с неясными последствиями. А во втором — добро пожаловать в отряды дружной штурмовой пехоты.
Хорошо хоть магической, да.
— По моей информации ты у нас… — не особо заморачиваясь вежливостью, армейский клерк сверился с бумагами, которые достал из стопки на стуле рядом с собой, — Да, вот ты где у нас… Адепт Цеха Алхимии, Боевой, Исследовательской и…
Он поднял взгляд удивлённых глаз, лишь потом спросив:
— Магии разума?
— Да, Адепт Фенд, — спокойно кивнул, припомнив имя, что мне называли, направляя сюда.
— Странно, — с замешательством и даже лёгким страхом произнёс он, — Обычно вас направляют… в другие отделы.
— У меня нет таланта, — пожав плечами, пояснил, не особо желая как-то менять «отдел», — Едва сдал экзамен, так что от меня просто отмахнулись.
Не зря Герой Юга советовал не иметь дел со спецслужбами. А зная как именно они могут работать несколько лучше, чем местные, — спасибо, хех, первой молодости и эре интернета, — я и сам не особо спешил надевать тёплый и плюшевый ошейник.
Так что в этом разговоре я лучше дам понятную причину не копать дальше, а важнее — не передавать мои бумаги куда-то в другой кабинет. Заодно и получу лёгкий плюсик к моему личному мнению в глазах распределителя, когда дело дойдёт, собственно, к распределению. Всё же факт контакта с «агентами» отрицать нельзя. А это — вес, даже если я не способен (скорее не хочу) это реализовывать.
— Вон оно как. Ладно… — протянул мужчина, вновь опуская взгляд на моё дело, — Тогда у нас, как понимаю, лишь два варианта.
«Алхимия и боёвка, разумеется» — сразу понял я, — «Исследовательский корпус мне не светит даже если бы у меня был лучший аттестат на курсе. В этот новоорганизованный отдел при главном штабе хотят попасть самые умные, нужные и перспективные — те, у кого есть связи или выдающиеся заслуги. Соответственно, и набирают туда либо гениев, либо тех, кто 'достоин». Мне же, без влиятельных покровителей и громкого имени, туда дорога закрыта.
— Я слушаю.
Так что в реальности остаётся два пути: алхимический цех, где можно работать в относительном спокойствии, или боевой корпус, где знания придётся применять в куда более, назовём это так, напряжённых условиях.
— Либо алхимия, либо в подготовительный боевой корпус, — достав форму из ящика стола, он начал заполнять ту, — Как понимаю, подавать будем в первую группу?
— Да, пожалуй, — ответил я очевидное.
Будь я жадным до боёв и славы — уже был бы в тренировочном лагере за стенами столицы. Со всех сторон это выгоднее, чем ждать своего призыва по списку, когда придёт время. Так уж вышло, что выпускники моего призыва полностью понимали это.
— Ну вот и хорошо, — хмыкнул распределитель, сверяя данные на двух документах. Он переносил данные с тех бумаг, что я видел в кабинете «Суда» в Академии, на рукописный бланк, пока, по-видимому, не наткнулся на что-то сбившее его с темпа, — Один из учеников уважаемого Мастера Райнера?
Он спросил это удивлённо, приостановив заполнение формы.
— Имел такую честь, — коротко подтвердил.
— Тогда, думаю, я смогу прописать в рекомендуемые направления и Исследовательский корпус…
— Это было бы замечательно, — не постеснялся подтолкнуть его, легко улыбнувшись.
После коротких раздумий, мужчина всё же сделал это. Хотя особых надежд на одно лишь имя преподавателя, что, говорят, отказался вступать в корпус, не было — но чёрт его знает, может кто сверху и подмахнёт бумаги не глядя?
Удача — такой же атрибут для мага, как и сила, если верить нашим боевикам.
— Всё, это теперь твоя головная боль, — поставив печать на бумаге, маг подписал ту с применением тех самых алхимических чернил, что имеют свойство поглощать ману, — Отнесёшь на третий этаж, в шестой кабинет. Свободен.
Если предыдущий кабинетосиделец был уставшим от жизни человеком, погасшим магом, кои обычно и входят в бюрократическую карьеру (наравне с теми, кто имеют политические амбиции вместо привычных магу), то этот — создавал ощущение того, кто именно что активно строил собственную карьеру.
Таких заслуженно называли тыловыми крысами и в моём мире. А тут, хоть такой термин и не существовал, но «норочные змеи» я уже слышал. Могу даже сыграть с кем-то ставку, что в ближайший год это «обзывательство» станет довольно популярным.
— Присаживайтесь, Адепт… — довольно вежливо начал благовидный маг, что был слабее даже меня.
Относительно высокий, с зачёсанными на бок тёмно-зелёными волосами и небольшой аккуратной бородой. Но слабее меня как маг. И не сказать, чтобы особо старше меня — лет на пять, думаю. Наверняка и растительность
